Сопротивленец
Шрифт:
К охранникам бронетехники подбирались через стоящий на пути двор. Была опасность наткнуться на какого-нибудь мальца, вышедшего ночью пописать из сарая или скотника, куда наверняка были выселены хозяева домов. Один охранник стоял, облокотившись на редкий забор. Подождав, пока ходячий часовой зайдёт за бронетранспортёр, Бурят со спины подобрался к нему вплотную и, зажав рот рукой, полоснул по шее ножом. Я контролировал ситуацию из-за забора. Тут из-за машины вышел второй фриц и сразу получил от Бурята удар ножом в шею. Мужик постоял, захрипел и упал на землю. В это время я перемахнул через забор и лёгким движением руки продолжил шейные тренировки. Забросив убитых солдат в кузов грузовика, просемафорили общий сбор.
Ещё в лесу мы выяснили, что вместе со мной среди нас
Читая о ВОВ, я знал, что основным БТРом вермахта начала войны являлся «Hanomag 251», производимый одноимённой фирмой. И то, что писали о нём, оказалось правдой. Имея поворотные передние колеса и гусеницы сзади, обеспечивающие высокую проходимость, он оказался довольно удобным в управлении. Главное, не делать резких движений и не газовать, будто ты гонщик «Формулы-1». Выскочивший из избы вестовой начал что-то кричать. В ответ громко прозвучал выстрел из винтовки Бурята, и немец упал на крыльцо.
Ехали мы по этой просёлочной дороге не более 20 километров в час, а то и медленнее, всё время, ожидая преследования, из-за чего на втором БТРе пулемёт перенесли на вертлюг в задней части кузова. Так мы и пёрли к Орше на трофейной технике. С трудом разбирая в свете фар петляющую дорогу, мне в голову пришла светлая мысль, которой поделился с товарищами:
– Приготовьте белый флаг. Когда подъедем к нашим позициям, выбросим его, чтобы нас свои же не подбили. Сейчас как таковой линии фронта нет - бьются участками, так что очень может быть, что нам удастся проскочить без боя.
– Так нема у нас флага!
– Что значит «нема флага»! А рубашки на что или нижнее бельё? Чайкин, будешь своим детям рассказывать, как с помощью твоих кальсон мы немецкую технику пригнали.
Проплутав по деревенским дорогам, за несколько часов отмахали ещё несколько десятков километров. По пути мелькали таблички деревень «Червино», «Барань», а затем появились улочки пригородов Орши. Светало, наш боец держал в руке белую рубашку, периодически размахивая ею и крича: «Не стреляй, свои!» Нас тормознули в пригороде на ощетинившемся винтовочными стволами контрольно-пропускном пункте (КПП). За постом подъезды к городу, включая дорогу, прикрывала спрятавшаяся за реданом батарея 76-мм полковых пушек. Проверив документы, дали в сопровождение красноармейца, и мы направились в центр к городской комендатуре.
На улицах стояли баррикады, постоянно перемещались подразделения бойцов РККА, в общем, было видно, что город готовится к боям. Как я узнал у приданного нам бойца, вчера здесь прошёл крепкий бой. По его словам городские укрепления с Минской трассы атаковали немецкие танки, но были разгромлены и позорно бежали. Передовая часть армии Гудериана не смогла ворваться в город «с ходу», что было очень хорошо.
Дежурный комендантской роты по телефону кому-то звонил и докладывал, что отступающее подразделение РККА пригнало трофейную технику и имеет желание её сдать. В итоге, в холл здания вышел начальник комендатуры вместе с интендантом и воентехником. Представившись начальству, объяснили, кто мы, после чего все вышли во двор осматривать трофеи. Перед зданием красовались два БТРа и тяжёлый грузовик. Я построил своих бойцов, а комендант поблагодарил нас от лица командования. Интендант
В дальнейшем нам выдали новый продовольственный аттестат и направление на склад имущества, ибо наш потрёпанный внешний вид вызывал лишь чувство стыда за Красную армию. Далее нам предписывалось прибыть на железнодорожный вокзал, где такие же разрозненные подразделения отступающих бойцов распределялись по составам. Этими эшелонами из города вывозились документы, ценности, местные жители и красноармейцы, убывающие на переформирование. Все эти мероприятия были успешно выполнены: получили новую форму, продовольствие, прибыли на станцию, доложились начальнику вокзала и уже в ночь паровоз уносил нас в город Можайск.
Глава 3. Командир взвода разведки
Через трое суток, отстаиваясь на перегонах и пропуская другие эшелоны, побывав под бомбёжкой и просто медленно пыхтя, состав, наконец, прибыл в Можайск. Я сходил к военному коменданту, который перенаправил наш отряд в недавно созданный центр формирования новых подразделений. В моей голове созрел один план, но вначале переговорил с бойцами: «Товарищи, мы стали сплочённым и проверенным в боях коллективом. В связи с этим предлагаю и дальше держаться вместе. Хочу просить командира центра направить меня в подразделение полковой разведки. Кто из вас желает получать ордена и медали, стать элитой пехотных частей, давайте вместе со мной. Прошу всех высказать своё решение сейчас. Если кто-то имеет другую специальность, как наш лейтенант-артиллерист, или по каким-то причинам не хочет в разведку, не стесняйтесь, всё высказывайте сразу, чтобы я указал в рапорте готовый состав подразделения».
Попасть в разведвзвод изъявили желание 25 человек. Эх, молодёжь! Видать, мысль о медалях и подвигах хорошо засела у них в голове. Смертность у разведчиков высокая, но в пехоте ещё выше. А ещё я подумал о том, что раз уж попал в такое время - нужно ярче прожить подаренную мне новую жизнь. Не последнюю роль сыграли соображения о большей независимости действий и возможности сбора трофейных материальных благ, которые очень пригодятся мне в будущем. Но главное, мной двигало желание создать боевую единицу разносторонне подготовленных рисковых парней, которые сейчас научатся ходить на грани фола и которые в будущем могут помочь мне в решение различных жизненных ситуаций. Сейчас они молоды, их мозги ещё не зашорены догмами и готовы впитывать нужное мне отношение к ситуациям. Так что грамотно поданная информация и личный пример сейчас дадут мне команду единомышленников в будущем.
Подойдя к военной части, куда нам следовало явиться, прошли через КПП и предстали перед командиром Центра, пехотным майором Астаховым Андреем Ивановичем. Начальник прочитал нам вводную лекцию о том, куда мы попали, после чего «передал» старшине Степанычу: «Товарищ старшина доведёт до вас распорядок дня и определит на постой. В будущем все хозяйственные вопросы будете решать с ним».
После вводной я подошёл к майору и озвучил свою просьбу попасть в подразделение разведки, пройти наиболее полную в рамках возможностей центра разведывательно-диверсионную подготовку самому и указанным в списке солдатам, после чего вручил ему блокнотный лист с нашими фамилиями и званиями. Он ознакомился со списком и «специальностями» красноармейцев, посмотрел на меня и произнёс: «Что же, товарищ старший лейтенант, вы сами выбрали свою судьбу. Здесь формируется стрелковый полк, в котором по штату есть разведвзвод в 35 бойцов. Вас двадцать шесть человек, поэтому на базе вашей группы его и сформируем. Тем более что вы прибыли одними из первых. Полк формируется из числа вышедших из окружения бойцов. Все они - кадровые командиры или бойцы срочной службы, поэтому базовую военную подготовку получили до войны. В связи с этим уже через месяц полк будет сформирован и отправлен на фронт. Враг наступает и его надо остановить!»