Сопротивленец
Шрифт:
При допросе Шульц рассказал, что за второй линией окопов чуть правее блиндажа стоят два грузовика, которые утром должны были забрать порядка 40 солдат и нескольких офицеров, чтобы отвезти к старым рубежам. Взвод быстро выдвинулся к месту стоянки и окружил автомобили. Ледков метнул нож, смертельно ранив часового, который захрипел, попытался крикнуть и упал. Спящие в кабинах водители и фельдфебель, озираясь спросонья, быстро подняли руки. Тут раздался выстрел из карабина, затем следующий. В результате на землю упал раненый солдат. Задержавшийся позади Чайкин, находясь далеко от машин, взглядом смог охватить картину в целом и заметить огненные вспышки при выстрелах. Андрей закричал:
Мы подошли к раненому немцу, и кто-то произнёс: «Видать, до ветру отошёл, да, увидев нас, залёг за деревом. Молодой ещё, идейный. Другой бы спрятался, а этот стрелять начал». Водители и фельдфебель при этом сжались, будто уменьшившись в размерах. Я же подумал: «Будь я в форме красного командира, парень однозначно выстрелил бы в меня». Затем отдал команду: «Андрей, добей фрица, а этих сдайте пехоте. Боголюбов, осмотри Семушкина. Что можно сделать - делай. Ивашов, возьми бойца и доставь Семушкина в полк к нашим фельдшерам, потому что Боголюбов поедет с нами».
Боголюбов разрезал гимнастёрку, пуля вошла в спину и, похоже, застряла в лопатке. Сделав перевязку, Ивашов с тремя разведчиками уложили раненого на плащ-палатку и понесли в полковой лазарет. Я же решил сфокусировать мысли товарищей на ситуации, отчего задал вопрос личному составу: «Бойцы, какие мы должны сделать выводы из сегодняшней ситуации? Мы проявили преступную беспечность! Имея подавляющее численное превосходство, умудрились потерять пятерых бойцов. Один наш товарищ тяжело ранен. Будем надеяться, что он выживет, и четверых, которые его понесли. А если бы там прятался фриц с пулемётом - полегли бы все. Значит, в будущем не выходим на открытые пространства, словно стадо баранов, а обязательно организуем разведку и огневое прикрытие, прежде чем выйти к контрольному месту».
Захватив два тентованных грузовика, оставшиеся бойцы взвода распределились по кузовам. С краю уселись солдаты в немецкой форме, водители тоже переоделись в немецкую униформу. Я собрал сержантский состав и объявил: «Товарищи младшие командиры, сейчас Ельня пустая. Немцы отходят на старые рубежи, занимая позиции по реке Десне до деревни Садки, а может быть, что и дальше. Наши пехотные части будут планомерно занимать территорию, наступая на Ельню. Поскольку мы разведчики, то и займёмся разведкой. К тому же, требуется выполнять приказы командования о ведении диверсионных действий с целью нанесения врагу наибольшего ущерба. Так что, братцы, сегодня же ночью на трофейной технике совершим боевой рейд в немецкий тыл. В местах, где обнаружим скопление пехоты или техники, проведём разведку и определим, какой урон врагу сможем нанести. У немцев «оrdnung muss sein», что в переводе означает «порядок должен быть», организован на высоком уровне, но из-за перегруппировки определённая неразбериха в частях будет. На этом и построимся наш расчёт».
Бойцы понесли раненого Семушкина в медсанбат, после чего должны были сообщить Недогарову о принятом мной решении. Мы же поехали по грунтовым дорогам, оставив за спиной порядка тридцати километров. По трофейной карте и попадающимся указателям населённых пунктов отслеживал наше местоположение. Наткнувшись на колонну из шести грузовиков, буксирующих гаубицы, пристроились в хвост и поехали следом. Прошли Дубовежье. Здесь проходил один из рубежей немецкой обороны, который не будет особо удерживаться. Колонна остановилась. Судя по всему, впереди располагался блокпост. Встали и мы, потому что если сейчас убегать, нас расстреляют из пулемётов, так что лучше ждать.
Как оказалось, дорогу контролировали два отделения солдат, имеющих станковый пулемёт.
На востоке небо уже серело, через час-полтора рассветёт. В связи с этим появилась вероятность того, что на следующем посту жандармы разглядят, что в кузовах не немцы. Доехав к центру посёлка Лысовка, колонна притормозила у дома бывшего сельсовета, на входе которого стоял часовой. Мы объехали съезжающие с дороги машины и продолжили свой путь.
Отмахав пять километров, даю вводную водителю: «Впереди Леонидово. Пока лес закрывает нас от деревни, ищем съезд, загоняем вглубь машины и дальше идём пешком». Проехав метров двести, Ломов свернул на узкую лесную дорогу, а вторая машина повторила этот манёвр. Углубившись метров на триста, автомобили остановились и все вышли на природу. Командую: «Птицын, выстави секреты!»
Бойцы парами разбежались в охранение. Собрав оставшихся и подсвечивая карту фонариком, обрисовал диспозицию, чтобы вместе прикинуть план действий. Затем командую: «До Леонидово примерно два километра. Порядок продвижения следующий: впереди дозор - Бурят, за ним на расстоянии через 30 метров через шесть человек в немецкой форме, а следом остальные».
Подобравшись к деревне, осмотрелись. Леонидово оказалось небольшим, дворов на сто, населённым пунктом. Сразу увидели стоящие под деревьями танки, насчитав с нашей стороны 14 «Panzer 3». Расставлены они были грамотно, готовые отразить нападение с любой стороны деревни. Для ведения боя экипажу оставалось только занять свои места.
– Ледков, Лосев, нужно взять «языка». Бурят, прогуляйся по лесу вокруг деревни. Начни со стороны въезда. Там наверняка сидит «секрет», отслеживая тех, кто появляется на дороге.
Через полчаса появился Ледков:
– Есть «язык», командир. Во втором доме от края вышел справить нужду, а заодно и покурить. Тут мы офицерика и «спеленали». Сейчас Лосев его притащит, а Бурят за домом присматривает. С той стороны насчитали ещё 17 танков, только более мощных. Там же на въезде под деревьями стоят три машины, у которых вместо кузова цистерны и уложенные вдоль неё шланги.
– Бензовозы.
– Так точно. А выяснить полные они или нет - не рискнули.
Тут зашелестели кусты, и появился Лосев, таща на плече оглушённого немца. Вместе с Лосевым, Боголюбовым и пленным фрицем отошли подальше от деревни, а то вдруг заорёт, когда очнётся, и его услышат. Водичкой и лёгкими пощёчинами привели солдата в чувство. Пленным оказался командир танка молодой лейтенант Гюнтер Флоэ. Я объяснил ему ситуацию, как солдат солдату, что оставлять его живым не стану, но либо он умрёт легко, либо помучается. Юноша не стал упираться и рассказал, что в деревне дислоцируется первый танковый батальон «Panzer 3» и «Panzer 4» общим количестве в 31 танк. Это остатки полка после боев под Смоленском. Кроме них в деревне стоят три бензовоза с полными цистернами, располагается отделение связи и штабная рота. Сегодня в два часа ночи 40 танков второго танкового батальона, являющегося резервным, и пехотный полк убыли на юг в сторону села Поповка. Километрах в трёх южнее Леонидово в лесу оборудованы позиции батальона 706-го полка тяжёлых орудий и находится пехотная рота прикрытия.