Чтение онлайн

– Западные германцы – это англосаксы, а центральная и восточная Германия – это пруссы, то есть жители П-Руссии или Пегой Руси. А это означает, что жители этой области - онемеченные славяне, бывшие в прошлом лютичами, бодричами и представителями более мелких племён, то есть нашими братьями по крови. Просто германцы под предводительством Карла Великого собрались в кулак и ударили, а у славян каждый князь большой гонор имел, не хотел объединяться, вот и канули они в Бытие. Немцы - это не итальянские макаронники или румынские мамалыжники, это мощная сила!

Народ задумался, а я перевёл разговор с серьёзных тем на лёгкие, рассказав очередной тематический анекдот:

«Изобрели итальянцы танк, у которого четыре скорости:

три назад и одна вперёд.

Военная комиссия спрашивает, почему так сделано?

Инженеры отвечают, что три задних скорости нужны для того, чтобы оторваться от наступающего врага.

– А передняя тогда зачем?

– А вдруг он с тыла атаковать будет».

Народ смеялся, потому что уже были наслышаны о слабой боевой подготовке итальянских армий. Показывая врага в шуточном виде, спадает напряжение и страх перед ним. Затем на свою голову рассказал следующий анекдот:

– Карлссон, ты чего такой грустный?

– Да штаны с пропеллером улетели!

– Ну и хер с ними!

– Да вот в том-то и дело, что и он с ними».

Народ смеялся, но тут мне посыпались вопросы.

– Смешно. А кто такой Карлссон?

Я совершенно забыл, что Астрид Лингрен напишет своего «Карлссона и Малыша» в далёком 1954 году, и сейчас этот персонаж неизвестен. Пришлось придумывать:

– Карлссон - это учёный, живущий в Швеции и сумевший прикрепить к штанам моторчик с пропеллером, который поднимал его в воздух.

– Откуда вы знаете о таком учёном?
– спросил Горяев.

– Владимир Тимофеевич, что же вы мне легенду о великом учёном Карлссоне разрушили. Как-то я подумал: «А интересно изобрели современные воздухоплаватели пристёгивающуюся к телу крылатую конструкцию с мотором и пропеллером или нет? На таком мотоплане можно в ночную разведку летать или использовать на небольших расстояниях как посыльный аппарат. А шутку для ребят сейчас придумал.

– Ха-ха-ха, - засмеялся Горяев, - в том-то и дело, что и он с ними улетел. Выдумаешь же учёного.

А мы продолжили нашу философскую беседу. Заговорили о лингвистике, о новых словах и о том, что с развитием контактов происходит обмен слов из разных языков. Главное в этом деле - сохранить родную речь, а импортные слова использовать лишь в определённых случаях, например, в технике для названия деталей. Захотелось поделиться своими наблюдениями о смешных или ругательных словах, которые в иностранном языке означают вполне приличные вещи, а у нас стали «нарицательными»:

– А вот, например, вы знаете, что знаменитый русский хер, означающий очень важную часть мужского организма, на самом деле является лишь наречием на немецком языке. Вы же изучаете немецкий язык и должны знать, что слово «hierher» или просто «her» означает «сюда», а «woher» - «откуда». А в старославянском языке буква «Х» также произносилась как «хер» и означала отрицание. Если на прошение ставили это букву, это означало, что прошение «похерено», то есть отклонено. Но и это не всё, потому что пришлые иностранцы ещё со времён Петра 1-го изменили исконное значение буквы «х». В старославянском она писалась в кругу, и означала «херувим», то есть божественный, а круг есть Вселенная. Вот так-то, братцы.

Что ещё можно вспомнить? Шутка утрирована, но сама фраза для русского уха звучит смешно. Например, по-французски один из вариантов выражения «утерянная, уходящая любовь» может звучать как «l'amour perdu», то есть «лямур пердю». А теперь представьте ситуацию: царская Россия, дворянская пара, решившая расстаться. Оба говорят по-французски:

– Ах, Робер, между нами всё кончено!

– Почему, дорогая?

– Потому что l'amour perdu. Я ухожу от тебя, Робер!

Слуги их слушают и разносят сплетни: «Соседка, знаешь, отчего мои хозяева расстались? От того, что она пердит от него!»

Со всей пролетарской радостью народ ржал над буржуйским языком и так разговаривающими глупыми дворянами.

После посиделок Воробьёв провожал Наташу, а Лене стал петь дифирамбы Миша Боголюбов. Наверное, уединившись, они обсуждали медицинские трактаты Авиценны.

Как оказалось, в этот вечер наши ловеласы успели схлестнуться с молодыми фельдшерами, которые решили заступиться за «своих» инструкторш, мол, нечего уводить наших девушек. На что Воробьёв, распушив свои перья и надув грудь - ну, а как же – он крутой разведчик, а какие-то мензурки в халатах будут ему указывать, что делать, приступил к хватанию «за грудки». Девушки активно бросились разнимать парней. Не хватало ещё, чтобы разборки увидели командиры или политработники.

Миша Боголюбов, резко оттеснив Воробья от фельдшера, сказал: «Ребята, мы же на войне. Какие могут быть разборки между своими? Ваших девушек мы у вас не отбиваем. А с этими подругами, - произнёс Михей, приобняв за плечи Лену, - от самой Вязьмы топаем. Столько повидали уже. К тому же, девушки сами выбирают, куда им ходить и с кем общаться. Так что, парни, давайте без обид». В общем, разошлись миром.

16 октября 1941 года началось наступление гитлеровских войск на Волоколамском направлении. Судя по численности противника, это больше напоминало прощупывание нашей обороны, так сказать, шла разведка боем. Фрицев встречали наши передовые части. Шубин на каждом совещании штаба ставил командирам подразделений задачи по укреплению позиций, требуя их «углубить и расширить».

Конный разведвзвод Лаврикова совершал краткосрочные рейды в сторону наступающих на нас войск вермахта и собирал разведданные, в том числе от отступающих из-под Ржева наших солдат. При этом его конники перенаправляли всех встреченных бойцов к нам в полк. Рядом стояла конная дивизия генерала Плиева, готовясь нанести проникающие удары в ряды наступающего противника, а севернее держали фронт курсанты военных училищ и конная дивизия генерала Доватора, защищавшая знаменитую деревню Бородино.

Честно говоря, я был далёк от тактики действий конных соединений в годы Великой Отечественной войны. В любом случае, лошадь медленнее пули, а при наличии автоматов один стрелок мог скосить взвод кавалеристов. Вот на просторах Казахстана, Монголии, Дальнего Востока, Кавказа, где вообще нет транспорта, либо он не пройдёт по лесным или горным тропам, кавалерия необходима, несмотря на наличие пулемётов. А воевать против современного оружия и танков в Центральной России, как мне казалось, приводило лишь к неоправданным потерям личного состава. Но, не берусь судить об этом, ибо не знаю. Конные корпуса тех же генералов Плиева и Доватора очень удачно воевали, сдерживая фрицев, правда, в пешем строю.

В одно прекрасное утро тыловики завезли в полк радиоуправляемые мины «Ф-10». В будущем немцы научатся обезвреживать их путём постановки радиопомех, но сейчас это было новым и грозным оружием. Внешне мина представляла собой здоровенную «дуру» в ящике весом в 35 килограммов, состоящую из блока управления, который мог располагаться как вместе с зарядом, так и на удалении до 50 метров, связанный с взрывчаткой спецкабелем, радиоприёмника «Аппарат Ф-10», дешифратора сигналов «Аппарат А» и батареи питания. Мина была настолько засекречена, что, читая формуляр с инструкцией, но, заранее не зная, что это такое, было трудно понять назначение этого «девайса» в принципе. Мина с любым количеством взрывчатки устанавливалась внутри объекта, а подрывалась по радиосигналу на расстоянии до 600 км. В 1941 году перед оставлением городов специальные подразделения сапёров успешно минировали здания, которые гитлеровцы могли занять под комендатуру или жилье для высокопоставленных лиц армии. Узнав о таком поступлении, я озадачил Филиппова достать их столько, сколько сможет. Досталось нам пять таких мин, а 15 штук забрала себе сапёрная рота.