Чтение онлайн

– Хорошо. Я больше не буду об этом думать. Вы двое, заходите. Быстро!

Мы с Заниб проскальзываем внутрь, и шлюз закрывается со щелчком. Диана, не садясь, оценивающе смотрит на нас.

– Хорошо, рассказывайте, что случилось.

Я проглатываю ком в горле и пытаюсь заговорить, в то время как Заниб уже успевает выложить почти все. Когда она заканчивает, лицо Дианы становится серым.

– Вся эта миссия с самого начала проклята. Я уже думаю, не завелся ли у нас на борту саботажник, - oна нажимает кнопку на планшете.
– Заметка. Срочность: высокая. Проверить личные дела всего персонала на предмет возможной

внутренней угрозы. Не может быть, чтобы множественные задержки и насилие были совпадением или даже внешним шпионажем. Искать внутри. Доставить в службу безопасности. Не только директору. Широкое оповещение. Отправить сейчас.

Планшет издает звуковой сигнал раз, два, три, затем звук, похожий на свист, и сообщение отправлено. Она снова обращает внимание на нас.

– Кто в вас стрелял?

– Не знаю, - отвечаю я.
– Я не успела их хорошо разглядеть.

– Заниб? А ты?

Она качает головой. Директор вздыхает.

– Не думаю, что Хелена сможет пролить больше света на это. И если я ее знаю, она сейчас бесится и готова разнести все, до чего дотянется.

– Не то слово, - говорит Заниб.
– То есть, э-э... да, госпожа директор.

Диана кивает.

– Теперь вопрос, леди: кто мог попасть сюда раньше нас? Кто знал, что мы идем? И у кого были ресурсы...

Диане не нужно говорить больше ни слова. Похоже, мы все пришли к одному и тому же выводу одновременно.

13

– Доброе утро, Куинн.

Самая незаметная из сотрудниц службы безопасности Хелены кубарем вываливается из своего кресла. Она спала (или почти спала), откинувшись назад, и слова Дианы так напугали ее, что она опрокинулась прямо на пол.

– До... доброе утро, госпожа директор, - дрожащим голосом отвечает Куинн, поднимаясь, ухватившись за край стола, - я просто... я только что прочитала ваше срочное сообщение. Мы работаем над проверкой файлов и...

– Что ж, придется поручить это Проссер и Тампе прямо сейчас. Вы не могли бы дать нам поговорить с пираткой?

Куинн смотрит на нее с недоумением.

– С... с пираткой? Да. Да, конечно.

В бриге[5] "Боргвардта" особо не на что смотреть. Этот корабль не предназначен для перевозки заключенных. Время от времени сотрудники напиваются, ведут себя вызывающе и устраивают драки, так что есть две отдельные камеры, но на этом все. Сейчас Ниа занимает одну из них. Она лежит на палубе, но выглядит так, будто не просто лежит ничком, уткнувшись носом в переборку. Словно слон или какая-то огромная призрачная сила давит ей на спину, прижимая к полу. Полный вес обычной корабельной гравитации давит на нее, что, учитывая, как долго она прожила в невесомости, вполне объяснимо.

Куинн гремит дубинкой по прутьям камеры.

– Вставай, вставай, трусишки одевай!

Ниа стонет.

– Просто убейте меня.

– Не искушай, безкожая.

Диана, с трудом опираясь на костыли, кладет руку на плечо Куинн.

– Это, э-э, пока все, Куинн. Можно нам остаться наедине?

Куинн оглядывается, немного раздраженно.

– Ну, я не совсем... То есть, наверное, это нарушение правил. Но вы - директор. Что вы скажете, то и будет, наверное.

– Что я скажу, то и будет, именно так. Спасибо, Куинн.

Диана дарит Куинн теплую улыбку,

или, по крайней мере, ее подобие. Выглядя так, будто ее обманывают, но не в силах найти лазейку, Куинн покидает камеры и возвращается в приемную, кивая на ходу. Диана стучит костылем по одному из прутьев.

– Эй, ты. Вставай.

Ниа медленно поднимает лицо от покрытой пятнами крови палубы камеры. Я никогда не думала о том, как сильно отличается вид освежеванной женщины по видео и вживую. Ее обнаженная плоть отвратительна. Должно быть, я ахнула или сделала какое-то маленькое подсознательное движение, потому что Заниб протягивает руку и берет мою ладонь, слегка сжимая в знак поддержки.

– Я не могу встать, ты, тупая корова, - рычит Ниа.

Мы с Заниб делаем шаг назад, будто пытаясь выйти из зоны грядущего гнева директора. Но гнев не материализуется.

– О, - говорит Диана вместо этого, - и это все? А я думала, ты чего-то стоишь.

Низкий, противный, хриплый смех вырывается из голосового аппарата Нии. Это совсем не похоже на ее радостные вопли, когда она наслаждалась нашими страданиями раньше.

– Почему вы просто не убили меня? Они всегда нас убивают. Как будто мы не люди. Как будто мы блохи. Зачем вы притащили меня сюда? Вам нравится пытать меня, нравится смотреть, как я страдаю? Вы получаете удовольствие от моих мучений?

– Пытки? Ну, это, могу тебя заверить, неправда. У нас есть видеозапись каждого мгновения твоего пребывания здесь с момента, как тебя доставили на борт. Мы ни на миг не прекращали съемку. Можем отчитаться за каждую секунду. И я приказала - мое строгое указание - чтобы никто из моих сотрудников не обращался с тобой жестоко, а они, давай будем честны, имеют все основания в мире хотеть пытать тебя.

– Вы сделали это, чтобы было что показать в "Хестл", когда сдадите меня за награду. Они не принимают испорченный товар.

– Тем не менее, никто тебя не тронул.

Безвекие глаза Нии дико вращаются, и она почти рычит.

– Вы не видите, что эта гравитация убивает меня?

Трудно отрицать. Она не просто гротескна. Она жалка. Ее легкие хрипят, она едва может двигаться. Каждый сантиметр ее тела прижат к палубе, будто кто-то расплющивает ее.

– Знаешь, когда я потеряла ногу, все врачи сказали, что я больше никогда не буду ходить. Повреждение нервов было слишком обширным. Они могли бы дать мне хороший протез, если бы я захотела, но это было бы скорее для эстетики, чем для чего-то еще. Я никогда не должна была вставать с кресла. Но знаешь, что я сделала?

– Произнесла длинную, бессмысленную речь перед тем, кому наплевать?

– Я сказала, пошли эти врачи к черту. Я сказала, пошло это кресло к черту. У меня теперь вообще нет кресла. Все сама. На своих двоих, так сказать. И знаешь почему?

– Потому что ты тупая бабка, которая не знает, когда пора сдаться?

– Именно. А теперь встань и посмотри мне в лицо, потому что у меня есть к тебе вопрос.

Трудно читать выражение лица безкожей. Без лица я не могу понять, где должны быть складки и морщины, какая у нее мимика. Но через мгновение она, кажется, принимает решение. Ее правая нога начинает подтягиваться вперед, пока бедро не становится перпендикулярно талии. Затем она начинает отталкиваться ногой, издавая низкий стон. Она оставляет за собой куски тела и длинный след из крови, словно улитка слизь.