Браслет
Шрифт:
– Не знает он, куда деньги девать!
– заржал Пашка.
– У жены спроси!
– Так ведь именно она их и не приняла...
– Чё? Совсем дура?
– Пашка, как всегда, что думал, то и говорил.
– Уж какую Бог послал!
– вздохнул Санька, слегка поморщившись.
– Сам удивляюсь!
– Чудеса твои, господи!
– Пашка вскочил и в нетерпении забегал туда-сюда по мастерской.
– Ну чё телимся? Поехали?
*****
По
– пригород Земли. Впечатляющий, бесспорно, но, всё-таки, пригород. Окраины Приземелья. Инцидент с Биэлой вообще не в счёт. Там было не до красот...
И вот теперь я решил откликнуться на предложение Пашки и позволить себе совершить круиз по Галактике.
Если совсем честно, то я подсознательно выискивал причину, чтобы оттянуть тот момент, когда мне придётся выступить в роли просителя перед неведомыми хозяевами браслета. Ещё неизвестно, как они отнесутся к моей просьбе...
Но о плохом думать не хотелось. На меня смотрели две пары ожидающих глаз и отказать им, да и себе тоже, в удовольствии испытать приключение, я не мог.
Мы взмыли за облака, и уже через какую-то пару секунд были в открытом космосе. Поверхность Земли быстро уходила вниз и перед нашими глазами разворачивалась величественная панорама родной планеты. Ещё через полминуты Земля превратилась в шар, размером с Луну, как она видится дома из окна, а потом и вовсе - в яркую светящуюся точку. Сама Луна в тот момент была по другую сторону Земли и встреча с ней не состоялась. Да это и не входило в наши планы: мы держали путь к Марсу.
Для усиления эффекта я сделал, как и в прошлый раз, круговой обзор, а на месте слепящего Солнца повесил чёрный кружок, из-за которого выглядывала лишь корона светила.
На образовавшемся пятачке стояло только кресло, где, вцепившись в подлокотники и выпучив глаза, сидел Пашка, и диван, на котором разместились я и Санька, не менее того поражённый зрелищем. Особенно после того, как рамки экрана разъехались до исчезновения и мы оказались не перед экраном "телевизора", а по-настоящему в открытом космосе. Иллюзия была полной.
– Интересное кино...
– сдавленно промолвил Санька и на всякий случай тоже вцепился в подлокотник.
Марс я засёк по его перемещению среди звёзд. Мы двигались настолько быстро, что увидеть более близкий объект на фоне далёких не составило труда. Мы поменяли направление, которое я избрал ранее, ошибочно приняв за Марс одну из красных звёзд, и планета резко рванулась нам навстречу.
– Не гони лошадей...
– тревожно буркнул Пашка, не отводя глаз от разбухающего на глазах красного шарика, несколько секунд назад выглядевшего неприметной звёздочкой.
– Не боись!
– улыбнулся я, захваченный полётом.
– Всего лишь изображение!
– Изображение хорошее, должен тебе признаться, - исподлобья глянул на меня Пашка.
– Убедительное. Аж мурашки по коже...
– Живые?
– подыграл я.
Но он шутки не принял и только двинул подбородком в сторону катастрофически разрастающегося Марса:
–
Видя, как всё больше напрягались лица моих спутников, я с улыбкой вспомнил себя в аналогичной ситуации. А когда оранжевый диск планеты, занимавший уже больше половины неба над нашими головами, повинуясь моей мысленной команде, вдруг резко рванулся нам под ноги, у Пашки вырвалось многоэтажное упоминание всех моих бывших и будущих родственников.
– Живописно!
– восхитился я.
– Чего это ты так разволновался? Мы просто встали с головы на ноги!
– Я понимаю...
– серьёзно кивнул он, не выпуская подлокотников из рук.
Поверхность планеты, которую мы облетали на высоте около полукилометра, бодро подставляла нам свои бока для обозрения. Скорость была очень велика и картинка превратилась в смазанное оранжево-красное поле, раскинувшееся на полмира.
– А мы что, всё время так и будем скакать?
– спросил молчавший до того Санька.
– Хотелось бы немного и того... осмотреться. А если это в наших силах, так и прогуляться не мешало бы.
– Эт' мы мигом!
– согласился я, резко затормозил и пошёл на снижение.
Наш "летательный аппарат" плавно опустился на поверхность планеты. Песчаная пустыня агрессивно встретила нас: ураганный ветер, истошно завывая, гнал тонны песка. Видимости - почти никакой! Уже в пяти шагах можно было заблудиться. Прозрачная сфера, внутри которой мы сидели, казалась райским уголком.
– Кто-то, кажется, гулять собирался?
– съехидничал я, повернувшись к своим спутникам.
Санька молча поёжился, а Пашка буркнул:
– Пусть пьяный ёжик там гуляет!
Я довольно хмыкнул и, подняв "аппарат" метров на двадцать, на малой скорости двинул его вперёд.
Под нашими ногами бесновался клокочущий океан песка, обгоняя нас и вскидывая грязно-рыжие выплески, как бы силясь достать наш "пятачок", а мы постепенно набирали высоту, двигаясь по касательной относительно поверхности планеты. Перед нами разворачивалась панорама безжизненной равнины, пересечённой изъеденными временем горными хребтами, торчавшими из-под барханов ржавого песка. Они имели довольно жалкий и непривлекательный вид. Может мы и захотели бы поискать себе приключений среди этих каменных развалов, но "ветерок", охвативший, казалось, всю планету, напрочь отбивал всякую охоту. Поэтому никто и не возразил, когда я, по мере удаления от Марса, стал наращивать скорость.
– А издалека оно смотрится намного привлекательнее, - констатировал Санька.
– Да уж, не райские кущи...
– хмуро поддакнул Пашка, с кислой миной разглядывая знакомый по книгам пятнистый глобус.
– Просто мы попали сюда не вовремя, - сказал я.
– Хозяева заняты уборкой и гостей не принимают.
Совершив круг почёта возле негостеприимной планеты, мы вновь рванулись к звёздам. В стороне промелькнули и сразу потерялись микроскопические луны Марса, будто нарочно в тот момент собравшиеся сразу обе по эту сторону планеты. По их виду я бы ни в жисть не догадался, кто из них Страх, а кто Ужас. Самые обыкновенные булыжники, захваченные тяготением красной планеты, случайно оказавшейся на их пути в тот момент, когда они пролетали мимо по своим каменным делам.