Чтение онлайн

– Ну, так я ж не договорил.
– Я снова взял бразды правления в свои руки.
– Излучение звёзд, которые не входят в зодиакальное поле, стабильно и ничем не нарушаемо. Все возмутители спокойствия, то бишь светила и планеты, ходят только в плоскости эклиптики и "страдают" от их вмешательства только созвездия, входящие в этот самый зодиакальный пояс. Они периодически претерпевают "набеги" планет, у каждой из которых свой неповторимый норов. Именно этот пояс и определяет всё то изменчивое и непостоянное, чем богата наша земная жизнь. А те группы звёзд, куда планеты никогда не заглядывают, посылают на Землю стабильный, ничем не нарушаемый, информационный поток, который и определяет

всё то, что есть на свете неизменного: две руки, две ноги, голова. И форма и количество их не меняется. Во всяком случае, кардинально. Ну это я так, к примеру, в применении к человеку и с его точки зрения.

Но Санька опять ехидно сощурился:

– Позвольте вам заметить, командор, что тут у вас неувязочка имеет место быть.

– Какая же?

– Опасается, как бы ещё одна голова не выросла, как только Солнечную систему покинем, - хехекнул Пашка и, видя протестующий жест неправильно понятого Саньки, скривился: - Послушайте, может, хватит? Мозги уже набекрень. Не пора ли к практической части приступить?

Я пожал плечами:

– Если публикум просит...

– Просит-просит!
– заторопился Пашка, не давая Саньке рта раскрыть.
– Только для закрепления усвоенного не подбросишь ли нам пивка с ентим самым...
– Он выразительно вильнул раскоряченной ладонью: - С водоплавающими? М? Желательно - в сухом исполнении. А то всё чай, да чай!

На столе мгновенно появилось несколько запотевших бутылок "Жигулёвского".

– О!
– подпрыгнул Пашка, завидев пиво, и, открывая бутылку, ехидно осведомился: - А ежели чего поимпортнее? Как?

Я виновато развёл руками:

– Извиняйте, но чтобы сотворить чего-нибудь, мне надо себе это чётко представлять. Или хотя бы снять копию. А познания мои в ентой области очень даже смутные.

– И на старуху бывает проруха, - сочувственно вздохнул Санька и тут же предложил: - Может, перед штурмом Галактики высадим десант где-нибудь "за бугром"? Затаримся образцами, а там и покататься можно будет в своё удовольствие. М?

– А чё?
– хрюкнул Пашка в бутыль.
– Это идея! Не всё же по пляжам шастать?
– И напомнил: - Рыбки-то подкинешь, али как?

*****

Операция "за бугром" прошла блестяще. И вот уже наш "пятачок", сломя голову, мчался среди звёзд. Мои спутники потягивали пивко, развалясь на диване, а я занял место в кресле. Они настолько аппетитно чавкали и постанывали от удовольствия, что "совратили" и меня. Пиво оказалось на удивление приятным, только с непривычки закружилась голова.

Похоже, что к тому времени скорость света мы перевалили многократно, но никаких чудес, что описываются в фантастической литературе, не наблюдалось. Звёзды шустро ползли по небосводу, уступая место всё новым и новым, и постепенно, по мере того, как мы забирались всё выше по широте Галактики, перед нами разворачивалась потрясающая панорама соседних рукавов, которые нам не видны с того места, где в данное время находится Земля. Млечный путь - один из них, но это внешний, по отношению к нам, рукав галактической спирали. А вот по направлению к центру Галактики, скрытому от земного наблюдателя облаками космической пыли, в изобилии клубящейся ближе к её

экваториальной плоскости, открывалось захватывающее дух зрелище. Медленно, во всём своём величии, слитый в сиянии миллиардов солнц, выплывал центр нашего звёздного острова, его ядро. Правда, чёрные облака, кое-где подсвеченные изнутри увязшими в них звёздами, ещё закрывали большую его часть, но уже то, что открывалось глазу, не поддавалось описанию.

– Оно конечно...
– только и нашёлся Пашка, а Санька, зачарованно оглядывая звёздную россыпь, сверкавшую перед нами всеми цветами радуги, с сожалением заметил:

– Должен признать, что люди планеты Земля крайне обделены...

– Да, - вздохнул я, - местным можно только позавидовать.

– Только замечают ли они это великолепие?

– А то как же?
– возмутился Пашка.
– Совсем, что ли, дубы?

– Дубы, или не дубы, а только человек ко всему привыкает.

– Так то человек!

– А по-твоему, - усмехнулся Санька, - здесь одни монстры водятся?

– А вот это как раз самое время и проверить!
– оживился Пашка, хитро глядя на меня.
– Не отходя от кассы, а?

Идея сделать маленький привал всем пришлась по душе и мы решили "зарулить" на минутку к аборигенам в гости. Выбрали звезду пожелтее из тех, что в изобилии падали нам навстречу, как спелые абрикосы. А раз пожелтее, значит, попохожее на Солнце. А если будет похоже на Солнце, значит, можно ожидать при ней свиту из нескольких планет, на одной из которых, даст Бог, теплится жизнь. А там глядишь, и братьёв по разуму отыщем. Не старших, так младших. Всё равно интересно!

И вот, окрылённые надеждой первооткрывателей, мы притормозили наш "кадиллак" неподалёку от одной звёздочки, приглянувшейся Пашке. Уж не знаю, чем он руководствовался при выборе, но спорить я не стал: в сущности, какая разница? Их, вон, хоть пруд пруди! Не эта, так другая чем-нибудь порадует. Тем более, что наше средство передвижения вмиг удовлетворит любую прихоть.

Звезда, действительно смахивала на Солнце. И, если бы не экзотический звёздный рисунок, на фоне которого она смотрелась, можно было бы обмануться.

Стали мы искать её планеты. Поступили так же просто, как и раньше: при нашей-то скорости они сразу выдавали себя перемещением на фоне более удалённого скопища Галактики.

Однако, вопреки ожиданиям, их оказалось не так уж и много. Не отрицаю, возможно, мы были плохими искателями, но обнаружили только три планеты. Одна жалась вблизи звезды и ожидать на ней чего-либо путного не стоило. Уж очень жарко должно быть на её раскалённой поверхности. Поэтому её мы отбросили сразу.

Вторая оказалась по другую сторону звезды на некотором отдалении. Определить на глаз соответствие условиям жизнеобеспечения, конечно, было невозможно, и мы решили выяснить это при непосредственном контакте.

О третьей планете говорить не стоило: она попалась нам ещё на подлёте к звезде и при первом же взгляде было ясно, что холод, царящий на её поверхности, разговоры о жизни на ней делал, по меньшей мере, безосновательными.

Итак, вторая. Я лихо заложил крутой вираж и, чиркнув по фотосфере звезды, на что мои спутники отозвались изысканными "похвалами" в адрес моих предков, рванулся прямо к планетке.