Танкуоль и Костодер
Шрифт:
Какой-нибудь мелочный скавен отказался бы, но Танкуолю хватило великодушия помочь клану Творцов, несмотря на все унижения, которые претерпел от них. Благодаря блестящему руководству серого провидца бунт довольно быстро подавили. Сожаление вызывало лишь то, что в суматохе Шнырю удалось скрыться в туннелях и избежать заслуженного воздаяния за предательство хозяина и святотатство против Рогатой Крысы.
Однако опасность еще не миновала. Шнырь вновь проявил свою вероломную натуру и позволил колдунам северян использовать себя, чтобы ослабить Адскую Яму и дать диким ордам ее захватить. Танкуоль самоотверженно отложил возвращение в Скавенгниль, где Совет Тринадцати давно ожидал его доклада, и решил помочь клану Творцов избежать окончательной
Танкуолю пришлось признать, что новая армия клана Творцов куда лучше предыдущей. Однако и разработанный им план сражения был, разумеется, удачнее, хотя толстый визгливый Изак Гроттл и пытался приложить к нему руку. Когда все закончилось, Танкуоль имел удовольствие наблюдать за тем, как уже вторую на его счету орду северян разбивают вдребезги, будто череп новорожденного гнома. На этот раз обошлось без неловкости за то, что он оказался единственным живым скавеном, который наслаждался отступлением.
После битвы Танкуоль распрощался с кланом Творцов, Адской Ямой и двоедушным Изаком Гроттлом. Серый провидец получил от Верховного погонщика лишь малую толику вознаграждения. В конце концов, меняющие плоть — примитивная и глупая порода, и было бы нехорошо пользоваться превосходством над ними и указывать на то, что более щепетильный скавен едва ли назвал бы предложенную награду щедрой. Кроме того, Танкуолю не терпелось прибыть с докладом к Совету Тринадцати. В Скавенгниле у него найдутся друзья, которые помогут расплатиться с долгами, накопившимися за время, проведенное на севере.
Хилые рабы-скавены, подаренные ему кланом Творцов, несли серого провидца по туннелям Подземной Империи, а его разум пылал от планов на будущее и обид за прошлое.
Пытаясь справиться с зудом, Танкуоль потерся рогом, до которого не дотягивался скованными лапами, о плечо. Но как бы ни крутил шеей, как бы ни наклонял голову, все равно не мог найти нужное место. Еще одно оскорбление, несправедливо нанесенное теми, кто завидовал его гению и благосклонности к нему Рогатой Крысы!
Он прекрасно понимал, какой глубокой стала зависть сородичей после его возвращения в Скавенгниль! Вместо того чтобы приветствовать верного и умелого слугу, каким он и являлся, Танкуоля схватили элитные белые штурмовики, охранявшие Владык Разорения и Разбитую башню. Его притащили к Верховному провидцу Критислику в цепях, точно какого-то мятежного еретика! Критислик сообщил, что они недовольны тем, что Танкуоль не сумел захватить воздушный корабль гномов. А еще обеспокоены тем, что он не смог вовремя доложить Совету о нападении Арека Демонический Коготь на Кислев, чем они воспользовались бы в собственных целях. И, наконец, расстроены известием о том, что он без дозволения Верховного провидца организовал восстание рабов в Адской Яме.
Как ни старался Танкуоль объяснить эти мнимые неудачи, Критислик оставался глух к его словам. Танкуоля
Глаза Танкуоля привыкли к темноте, и он тут же замер. Все вокруг изменилось — серый провидец был уже не в унылой узкой яме. Он вспомнил те жалкие кости, которые стражники сбросили ему прошлой ночью. У костей был странный вкус, но в тот миг Танкуоль был слишком голоден, чтобы обращать на это внимание. А теперь догадался, что их пропитали каким-то снадобьем. И пока он оставался без сознания, тюремщики заткнули ему рот кляпом, связали и перенесли из тюрьмы сюда.
Но что же это за место? Желудок Танкуоля сжался, а опустевшие железы попытались выпустить мускус. Серого провидца посетило ужаснейшее предчувствие. Лабиринт Неотвратимой Смерти — самый коварный из способов Совета Тринадцати избавляться от тех, кто им не нравился. Переплетение туннелей и проходов, полных ловушек, ям, шипов и кипящего масла. Укрепленные стальными прутьями стены не смог бы прогрызть даже самый отчаянный скавен. За все столетия, которые прошли с момента постройки лабиринта, никому не удалось из него выбраться. А причина была проста — из этого места не существовало выхода.
Танкуоль уставился на потолок, и голова у него закружилась от вида крохотных мерцающих огоньков. Успокаивающая близость свода растворилась в бескрайней и пугающей пустоте ночного неба. Он знал, что это всего лишь трюк, созданная гномами иллюзия, которую похитили из разрушенных залов Города Столпов. Он понимал, что видит вовсе не звезды, а крошечные кусочки янтаря и жемчуг на выкрашенном в черный цвет потолке. Понимал, что это обман, но не мог побороть безотчетное отвращение, которое расползалось по его телу. Бесчисленные поколения скавенов рождались, сражались и умирали в тесных туннелях и захламленных пещерах Подземной Империи, что сделало их племенем агорафобов. Ужас перед открытым пространством отпечатался в самых глубоких и примитивных частях их разума.
Серый провидец попытался побороть страх своими знаниями, силой интеллекта подчинить неуправляемую природу. Жестокая натура безвестных и проклятых крысолюдов, построивших это место, проявлялась в том, что лабиринт должен был уничтожать скавенов с помощью их же естественных побуждений.
Инстинкт против интеллекта — неравная схватка для большинства скавенов, которые, по сути, немногим умнее своих соседей-крыс, однако если в дело вступает разум, подобный тому, которым обладает Танкуоль, то победу одерживает гений. Безымянные архитекторы лабиринта не рассчитывали на блестящий ум серого провидца!
Танкуоль поймал себя на том, что крадется к стене, борясь с отчаянным желанием коснуться усами влажной земли и убедиться, что не проваливается в пустоту огромного неба. Он заскрежетал зубами от досады. Надо же было позволить телу пойти на поводу у столь примитивных и ничтожных порывов! Строители лабиринта наверняка знали, что самым естественным для любого скавена, над которым раскинулся звездный покров, было прижаться к стене. А значит, они могли спрятать в ней какое угодно средство, способное расправиться со слабыми умами. Намазанные ядом шипы на пружинах, скрытые тонким слоем земли огнеметы, плюющиеся струями искажающего пламени, а возможно, даже потайной шарнир, благодаря которому стена могла повернуться и раздавить жертву.