Обман
Шрифт:
Я вернул ей уникальное орудие убийства.
— Видишь? Мои намерения так же безупречны, как и мой гардероб.
— Как странно, что тебе понадобилась лошадь из нижнего города, когда, я уверена, Корона с радостью снабдила бы тебя одним из собственных скакунов, — начала допрос она. — Как нелепо, что ты воспользовался потайным ходом вместо того, чтобы пройти по подъемному мосту. Уверена, ты мог бы пофлиртовать со стражниками и убедить их выпустить тебя.
Я закатил глаза.
— Я не собираюсь позориться и давать двору повод для сплетен, выставляя
Она подняла свободную ладонь.
— Тогда отдай мне свой клинок.
— Зачем? — спросил я. — Возможно, это шут не может доверять принцессе. — Когда она ничего не ответила, я ухватил ее за подбородок большим и указательным пальцами. — Я жду.
— Взаимно. Если ты хочешь, чтобы я тебе доверяла: Отдай. Мне. Клинок.
— Та-а-ак радикально. — Я прищурился, глядя на нее. — И как долго ты за мной следила?
Бриар вздрогнула.
— С тех пор, как ты покинул свою спальню.
Ах. Мне следовало бы догадаться, что зловещее присутствие в моей комнате — это она, а не списывать это на паранойю. Интересно, сколько углов она успела осмотреть, прежде чем пожалела о своих действиях — и прежде чем содержимое моей комнаты привело ее в смятение.
— Вот как? — Я склонил голову. — И ты увидела что-нибудь, что тебе понравилось?
Она сглотнула, ее уши залились румянцем. Действительно, эта назойливая маленькая королевская особа не только проникла в мою гардеробную, но и заметила мой ассортимент безделушек для удовольствия. Это не было редкостью в любой спальне Весны, хотя я сомневался, что она об этом знала.
С другой стороны, мне нравилось выставлять свои сокровища напоказ. Ее глаза невольно наткнулись бы на повязки, маски, шнуры, палочки с перьями и прочий ассортимент совершенно случайно.
Что же касается моего тайника с лентами, принцесса не смогла бы найти их, если бы только не обнаружила тайник, скрытый внутри изголовья моей кровати. Тут беспокоиться было не о чем.
Когда она не ответила, я покачал головой:
— Ну и ну. Стоило мне выйти на три минуты, как ты умудрилась протиснуться на эксклюзивную территорию.
Вина скользнула по ее лицу.
— Я… я прошу прощения. Мне не следовало навязываться в твое отсутствие.
— Хм. Каяться за вторжение, одновременно подозревая меня в преступлении и приставляя оружие к моему члену? Какая ирония. Ты и вправду из Осени.
— Я всего лишь намеревалась вернуть твою ленту.
— Но этот цвет так идет твоим волосам.
Ее глаза сузились.
— Тебе следовало быть благоразумнее. Разве замки не для этого нужны?
— Детали. Скажем, я был беспечным бунтарем, пусть даже на те несколько минут, что потребовались, чтобы одолжить баночку с глазным пигментом одному из моих товарищей-танцоров. Итак, — я медленно и густо пролил на нее свой вопрос, — что ты думаешь о моей кровати?
Она моргнула, покраснела, сделала все то, чего я от нее хотел.
Это доказывало, что принцесса
Она взяла себя в руки и ткнула копытным крючком в мои кожаные штаны, угрожая расчленить одно из моих лучших достоинств.
Я крякнул, отклоняя пах от зубцов:
— Ношение клинка не делает меня изменником, Высочество. Оружие нужно лишь для того, чтобы кромсать врагов, встающих на моем пути, а не для снятия шкуры с любопытных принцесс. Хотя я впечатлен тем, что ты вообще заметила нож. В моей комнате было темно.
Над ней какое-то неопознанное животное пробежало по ветке, спровоцировав лавину камней. Моя рука выбросилась вперед, чтобы поймать один из них, а затем я бросил его королевской особе, и она поймала его вытянутой рукой.
Этот момент высветил важные детали, которых она не заметила, а я — да. Во-первых, то, что она отпустила уздечку своей кобылы, позволив лошади свободно бродить рядом с моей. И во-вторых, охотничий капкан — старой модели, судя по его очертаниям — в пяти футах от нас.
Дерьмовое предчувствие закралось мне в душу.
— Я обращаю внимание на вещи, — заявила она. В этот момент принцесса взмахнула рукой, швырнула камень в сторону и решила нашу блядскую судьбу.
Камень с силой ударился об охотничий капкан. Его ржавые петли взвизгнули, и зубья с жутким эхом захлопнулись.
Лошади встали на дыбы. Их испуганные крики пронзили лес, и они галопом умчались в ночь.
— Давай сыграем в игру, — предложил я.
— Даже не начинай, — сказала принцесса, тяжело дыша, пока мы шли вдоль ручья.
— Ты же понимаешь, что мы уже дважды обошли эту местность по кругу.
— Я в курсе.
— Мне скучно, — притворно заныл я, просто чтобы позлить ее.
Эта упрямая женщина заслуживала наказания. Она перехватила мой вечер, лишила меня той единственной любимой вещи, которую я ждал всю неделю — каждую неделю — и из-за нее мы застряли здесь. Более того, то, что мои уши подверглись нападению праведных диалогов, лишь добавило соли на рану. И мои любимые сапоги были в грязи по самые блядские лодыжки.
Два часа спустя мы все еще искали лошадей. Я никогда не брал своего собственного жеребца из придворных конюшен для этих вечерних вылазок. Эти стойла находились под постоянным наблюдением, охранялись ворчливыми ублюдками, которые замечали каждого муравья, ползущего туда и обратно, и я не мог рисковать быть замеченным. Но хотя я и был избавлен от потери своего личного скакуна, мы потеряли пару, выставленную на продажу, что означало убытки для конюшни.
Впрочем, наши шансы вернуть животных были невелики. Я сдался еще час назад, ибо было слишком темно, чтобы идти по их следам. И как бы напуганы ни были лошади, они могли умчаться на три мили, прежде чем галоп высосал бы из них всю энергию.