Чтение онлайн

Медленно выдыхаю. Господи, Чарский... Ты же сейчас не на футбол ее зовешь. Ты приглашаешь ее в свою жизнь. И, кажется, хочешь, чтобы она в ней осталась. Просто признайся!

Признаюсь, да… И сразу становится легче. Кладу телефон на стол. Встряхиваю рукой. И тут же снова его хватаю, как раз в тот момент, когда в поле ответа появляются три пульсирующие точки.

— Да что же ты там сочиняешь... — тихо бормочу себе под нос.

Экран, наконец, вспыхивает новым сообщением.

«А если я ничего не понимаю в футболе?»

Хмыкаю.

«Не страшно. Там и игроки порой мало что смыслят».

«А, ну тогда ладно», — строчит Инга,

добавляя смеющийся смайлик.

«Значит, мы заедем за тобой в десять».

«Буду ждать».

Лайкаю ее ответ и лишь в тот момент понимаю, что улыбаюсь уже минут десять кряду.

Инга

Понятия не имею, почему я соглашаюсь! Ведь воскресенье я вообще-то собиралась провести на работе, где наметила целую кучу дел. Нет, ничего особенного я не планировала. Так, хотела только разобрать документы, сверить остатки, посмотреть новые каталоги поставщиков, наконец-то переделать витрину, на которую уже неделю кошусь с раздражением. Словом, решить все те вопросы, которые обычно не требуют немедленного внимания, потому что ничего не случится, если задвинуть их в долгий ящик. И которые именно поэтому копятся. Убедив себя, что лучший отдых — это смена вида деятельности, я собиралась провести выходной с максимальной продуктивностью. Однако стоит Андрею написать про футбол, как я забываю и думать о том, что хотела.

Одно радует — о Кате он не пишет ни полслова, а значит… Что это значит, я понятия не имею, но, очевидно, что на этот раз вовсе не она подталкивает меня к новой встрече с Чарским. И это хорошо. Это честно. Мне бы не хотелось ничего от него утаивать. Особенно теперь, когда Андрей дал понять, что не прочь впустить меня в свою жизнь.

А я что? Я не знаю, господи! Мы всего ничего знакомы. Нравится ли он мне? Да, наверное… Хочу ли я его увидеть еще раз? Определенно. И провести время вместе с его друзьями мне тоже будет в радость. На Катюшином дне рождения у меня сложилось о них весьма хорошее впечатление. Да и я им вроде понравилась. По крайней мере, я не заметила от них никакой предвзятости. Все были очень доброжелательны. Та же Настя с первых минут разговаривала со мной так, будто мы не один год с ней знакомы. А я как-то растеряла подруг… И общение с ней неожиданно принесло мне много радости.

Вот и ответ на вопрос, да? Мне просто ужасно этого всего недостает.

Вытаскиваю джинсы, светло-серый лонгслив, легкую ветровку и кроссовки. Пока собираюсь, вдруг вспоминаю о своем обещании. Лимонный гель для душа! Настя так расстроилась, когда выяснилось, что их уже раскупили. Ну, ничего. Попрошу Андрея заскочить в магазин. Ему до него пять минут. Только бы застать его дома!

Открываю переписку.

«Привет. Можно тебя кое о чем попросить?»

«Если только не перенести нашу встречу».

Глупо, но я улыбаюсь.

«Нет. Ты не мог бы зайти в мою лавку? Помнишь, Настя хотела лимонный гель для душа? Тогда его весь раскупили, а как раз сейчас привезли новую партию. Я обещала ей передать. Лиза соберет для тебя пакет».

«Без проблем. Через десять минут выхожу».

«Минутку, дам Лизе ЦУ».

Гляжу на экран, а губы растягиваются в улыбке. И почему так? Это даже флиртом не назовешь, но почему-то после этих сообщений внутри становится удивительно тепло. Будто просить его о чем-то —

совершенно естественно. Разве не удивительно?

Стараясь не придумывать ничего лишнего, набираю номер Лизы.

— Доброе утро!

— Доброе. Лиз, слушай, сейчас к тебе заедет Андрей Чарский, помнишь?

— Конечно. Как забыть такого красавчика?

Закатываю глаза, в очередной раз подумав о том, что от Лизы надо все-таки избавляться, и ровным голосом замечаю:

— Отложи, пожалуйста, три лимонных геля для душа и красиво их упакуй. Андрей заберет.

— О-йо-йо… Чем это пахнет? Новым романом? А как же твой бывший?

— Лиза! Даже если так, тебя это не касается!

— Ладно-ладно. Я так понимаю, товар ваш красавчик оплатит?

— Нет. Просто отдай, и все. Как это провести, я разберусь завтра.

В конце концов, после матча ребята планируют шашлыки, и поскольку я не успела подготовить никаких угощений, будет честно хоть так внести свою лепту. Отблагодарив девочек за старания.

Эсэмэска «Мы подъехали» приходит минут через сорок.

Мы.

Значит, Катя все-таки с ним.

Я подхватываю ветровку и почти бегом спускаюсь вниз, ругая себя за совершенно нелепую торопливость. Машина стоит у подъезда. Андрей выходит из нее, чтобы открыть мне дверь, как только я выскакиваю на крыльцо, и у меня перехватывает дыхание. Господи... А ведь я впервые вижу его в неформальной одежде.

На нем темно-синяя футбольная форма, черные тейтсы и рашгард, облепивший широкие плечи и бугрящиеся мышцами руки. Почему-то именно в этот момент до меня, наконец, доходит, что он в отличной форме. А я почему-то совершенно этого не замечала. Или замечала, но до поры до времени это просто не имело значения. И никак меня не волновало.

— Доброе утро.

— Доброе...

Меня подводит собственный голос. Андрей улыбается.

— Готова?

— Кажется, да.

Я как последняя дура не могу отвести от него глаз. Чарский ловит мой интерес и хищно оскаливается. От его низкого смеха у меня становится горячо внизу живота. Господи. Что со мной происходит?

Смущенно отвожу взгляд, как тут распахивается задняя дверь, и мне навстречу выскакивает Катюша.

— Ма… Инга!

С облегчением обнимаю малышку.

— Привет, мое солнышко.

— Пливет! А мы узе заезжали в лавку! И взяли какао. Я хотела угостить и тебя, но как-то незаметно сама все выпила.

Она болтает без остановки, показывает новую заколку, рассказывает что-то про мяч и про то, что папа обязательно сегодня забьет гол.

Я улыбаюсь, отвечаю, глажу ее по волосам... Но не сказать, что малышка завладевает моим вниманием полностью, как это было раньше. О, нет. Я буквально каждой клеткой тела чувствую внимание ее отца. И, пожалуй, впервые оно волнует меня даже больше, чем Катино присутствие.

Это какое-то безумие. Мне сложно дышать! Грудь будто сковало тесным железным обручем. Все тело немного потряхивает…

— Давайте-ка по местам, а то опоздаем.

— Я назад сяду, — бормочу, отводя глаза от открытой передней двери. — К Катюше.

Надо же как-то возвращать себе самообладание!

Если Андрей и недоволен таким поворотом, то спорить со мной не берется.

Помогаю Кате устроиться в кресле и отхожу, когда Чарский ловит меня за руку.

— Только не думай, — говорит он, явно испытывая неловкость, — что я вновь хочу ее на тебя сбагрить. Там полно народу. Друзья, их жены, дети. За Катей всегда есть кому присмотреть.