Чтение онлайн

Инга начинает нелепо барахтаться в моих руках. Ставлю ее на землю, не в силах сдержать улыбки. Инга тоже смущенно посмеивается.

— Класс! Вы тепель позенитесь? Ты будешь моей мамой?

Улыбка гаснет, словно ее и не было, потому что жизнь не готовила меня к подобным вопросам. Впрочем, как и Ингу.

— Не будем заглядывать так далеко, — выкручиваюсь вроде бы я, но где там? Дочь не дает мне спуску.

— Пасиму?

— Потому что мне хотя бы второй тайм пережить. Кстати, кажется, меня ищут.

Может, это трусливо, да. Но я сбегаю. Жаль, от собственных мыслей не

убежишь, они несутся впереди со скоростью, опередившей бы олимпийские нормативы. И это поразительно, но я легко могу представить Ингу с нами. Не в первый раз я ловлю себя на мысли, что она запросто впишется в нашу семью. Но ведь мне не пятнадцать, чтобы так торопить события!

С другой стороны, никто не запрещает мне двигаться вперед постепенно, шаг за шагом. Давая шанс все хорошенечко взвесить и как следует к ней приглядеться. Так увлекаюсь своими думами, что второй тайм проигрываем с феерическим треском. Мяч то и дело летит мимо. А если удается все же им завладеть, пасую каждый раз с опозданием. В какой-то момент умудряюсь не попасть по воротам с расстояния, с которого даже Катя забила бы гол. Команда ворчит. Но так, благодушно, делая скидку на мои чувства. Про которые разве только ленивый не пошутил. Придурки…

Чтобы не слушать их дебильных приколов, подхожу к сидящей в компании других девочек Инге.

— Ну что? — спрашиваю. — Как впечатления?

Она делает вид, что крепко задумалась.

— Даже не знаю. Благодаря тебе я проиграла пять тысяч.

— А-а-а. Тоже ставила на победу?

— Ага. Три ноль.

Ух ты. Да неужели кто-то в меня так верит?

— В следующий раз буду стараться лучше, — заверяю я, притягивая Ингу к себе одной рукой за плечи. Прямо при всех. И к черту, как это выглядит. Протягиваю ей банку безалкогольного пива, заботливо открываю, чтобы Инга не сломала ногти.

— Держи.

— А сам?

— Позже. Пока так набегался, что аж немного подташнивает.

— Набегался он, — бурчит проходящий мимо Вадик, — да ты едва ноги переставлял. Мы продули с разгромным счетом. Тоже мне, блин, Роналдо.

Смеемся. Инга обмякает в моих руках. И я даже на какое-то время забываю о своей ревности.

Как и думал, несмотря на поражение, мы отлично проводим время. Домой возвращаемся уже по ночи. Катя сдается первой. Ее вырубает, едва мы выезжаем на трассу. Инга, севшая на этот раз со мной, улыбается:

— Вот это скорость отхода ко сну. Аж завидно.

В ее улыбке столько нежности, что я на секунду залипаю взглядом на ее красивом лице, отвлекшись от дороги.

— Дети всегда так.

— Еще бы. Она набегалась.

— Как и я… — зеваю так, что хрустят кости. Инга фыркает.

— А толку?

Усмехаюсь в ответ.

— Это ты виновата.

— Я?!

— Конечно. Я не мог ни о чем другом думать.

— А-ха-ха, — смеется. — Классное ты оправдание придумал. Наверное, обычно на такое ведутся? Ну, женщины…

— Без понятия. Ты первая, кого я позвал на игру.

Мне не свойственна такая прямота. Но с Ингой почему-то грешным кажется юлить и бездарно просирать отведенное нам время ровно так же, как и не хочется его торопить. Мы же не дети и точно знаем, чего хотим. А если

знаем, зачем ходить вокруг да около? Жизнь такая непредсказуемая… Мало ли.

Словом, говорю то, что чувствую, и скашиваю на нее взгляд. Инга сглатывает. Прикусывает щеку и накрывает мою лежащую на коробке передач руку своей.

— Спасибо, — произносит сипло.

До дома едем молча. Потому что все другие слова после сказанного как-то вмиг теряют всю свою ценность.

Не хочу, чтобы этот вечер заканчивался. А потому, когда останавливаюсь у подъезда, глушу двигатель, давая понять, что никуда, в общем-то, не тороплюсь.

Катя спит. Инга смотрит в окно. Уютная тишина между нами медленно занимается. Вспыхнувший огонь выжирает по капельке кислород. Дыхание становится поверхностным и частым. Бросаю взгляд назад — на спящую в кресле дочь, а убедившись, что она крепко спит, медленно тянусь через подлокотник, касаюсь пальцами Ингиной точеной скулы.

— Иди сюда...

Не узнаю собственного голоса. Он звучит ниже обычного. Инга отстегивает ремень и сама сокращает расстояние между нами. Наши губы жадно схлестываются. Первый поцелуй длится всего мгновение. Второй стирает это мгновение без остатка. Она выдыхает мне в губы, тихо, едва слышно, и я окончательно теряю сцепку с реальностью. Время замедляется. Мир сжимается до размеров салона машины…

Ладони Инги медленно скользят по моей шее, зарываются в волосы, заставляя кожу покрываться мурашками. Я прижимаю ее ближе, чувствуя, как частит ее сердце, едва не выпрыгивая из груди. Или мое. Так сразу не разберешь. Чувственность момента какая-то запредельная. Мы тихонько постанываем в губы друг другу. И если банальный поцелуй заставляет нас издавать все эти звуки, я боюсь даже представить, что будет дальше.

Боже мой! Мозги отшибает. А ведь я хочу запомнить каждое мгновение этого вечера. Каждое ее движение. Каждый вдох и прикосновение.

В какой-то момент, когда я вновь чуть было не затаскиваю Ингу на себя, мы синхронно с ней вспоминаем о Катюше. Наверное, только это и останавливает нас от того, чтобы довести дело до конца. Ну, и еще не очень комфортная для таких подвигов одежда. Мои тейтсы. И ее джинсы. Впрочем, даже она не может помешать нам ласкаться. Трогать ее между ног снова и снова. Глотать стоны, сорванное дыхание. Бессвязный шепот… И в промежутках шептать:

— Слушай, а тебе очень надо домой? Может, ко мне поедем?

А потом тоже стонать, да. На этот раз стонать от разочарования. Потому что магию момента разрушает очередной звонок.

Инга

Телефон начинает вибрировать в тот самый момент, когда я уже почти соглашаюсь. На все буквально. Еще секунда, и я сама бы начала его поторапливать. Орать что-то вроде — скорей, заводи свою ебалайку. И поедем! К тебе. Куда угодно, лишь бы не выходить сейчас из этой машины, не возвращаться в пустую квартиру, притворяясь, что я смогу уснуть как ни в чем не бывало после того, что мы только что вытворяли.