Чтение онлайн

Подразделения 135-го танкового батальона 16-й армии Рокоссовского выстроили эшелонированную оборону на подходах к посёлку Лобня, а пехотную поддержку по этому направлению осуществляла 331-я стрелковая дивизия 20-й армии генерал-лейтенанта Власова, противостоя танкам 4-й армии вермахта.

К полудню по Рогачевскому шоссе со стороны Красной Поляны к посёлку Лобня подошла объединённая колонна из сотни бойцов нашего полка и остатков роты капитана Синицына, везя на самодельных салазках или поддерживая под руки раненых. Именно в это время в посёлке на позициях находился командир 331-й дивизии генерал-майор Король, вместе со штабными осматривавший организацию нашей обороны в направлении

на Красную Поляну. Встретив нас, Недогаров повёл строй солдат к генерал-майору на доклад:

– Товарищ генерал-майор, 117-й полк 16-й армии в количестве 87 человек прибыл из Красной Поляны и готов занять любые позиции после пополнения боеприпаса ввиду его полного израсходования.

– Какая обстановка в Красной Поляне?
– обратился генерал к подошедшим командирам.

– Товарищ генерал-майор, - начал доклад Донников, - два часа назад после израсходования боеприпасов к 76-мм пушке, практически полного отсутствия гранат и боезапаса к винтовкам и автоматам, мною был отдан приказ на оставление посёлка, который через 15 минут после нашего ухода был занят врагом. На пересечении Рогачевского шоссе и Краснополянского выезда держит оборону взвод пулемётчиков под командованием лейтенанта Бойко и младшего политрука Женевского.

– Карта есть?

Недогаров достал из планшетки карту и развернул её.

– Значит так, подполковник Недогаров, на расположенном в здании железнодорожной станции Лобня складе пополнитесь боеприпасами и продуктами, после чего отправляетесь в деревню Катюшки для усиления стоящего там батальон.

– Так точно, товарищ генерал-майор, - козырнул Недогаров, и мы потопали к железнодорожной станции. В это же время вернулись четыре «Мула», заправленные бензином и имеющие по нескольку полных канистр. За то, что мы передали госпиталю два грузовика и мотоцикл, Боголюбов смог организовать для нас бензин из госпитальных фондов. Полученное на складе имущество загрузили в кузова, и через час отряд прибыл в деревню Катюшки. Вымотанные боями батальон 16-й армии был заменён «свежим» батальоном 20-й армии с миномётной поддержкой. Вдоль всей деревни тянулись полнопрофильные окопы и имелись блиндированные землянки – будущие КП подразделений батальона. Как их вырыли в промёрзшей земле - не знаю. Скорее всего, их обустроили ещё в октябре. Пройдя вдоль траншей, командир держащего оборону батальона и Недогаров определились с зонами ответственности.

Солнце на голубом небе светило ярко, было безветренно, а мороз оказался всего лишь 15 градусов. По этой причине находиться на свежем воздухе было комфортно, да и видимость радовала. Эх, в такую бы погоду «самое то» на лыжах или коньках бегать. По моему приказу Бурят, Малеев с четырьмя разведчиками из птичьего отделения и рацией рванули в лес. Снайпера отправились в лес, чтобы, выйдя на расстояние уверенного поражения, взбодрить стоящих у церкви немцев, и провести отстрел выживших после взрыва, а автоматчики обеспечивали им прикрытие.

Вскоре здесь стало тесно от начальства. На совещание, проводимое командующими двух армий, прибыли начальники всех дивизий. Пока шла эта суета, я поднялся на небольшой пригорок и, вооружившись биноклем, нашёл Краснополянскую колокольню, до которой, если провести воображаемую черту через лес, было километра два. Ориентируясь на неё, увидели заминированные нами смотровые площадки и край церковной площади. Вскоре ко мне присоединился Сытенко с радиопередатчиками от заложенных радиомин, а следом подошли Недогаров с Горяевым.

Я думал о том что, выбив нас из посёлка, пообедав и отдохнув, к сделанных самой природой смотровым площадкам может подтянуться начальство, желающее

поглазеть на Москву. Конечно, это мероприятие могло уже пройти, а могло быть и завтра. Хотя вряд ли. Всё-таки увидеть конечную цель – естественное желание всех наступавших на столицу солдат. Рядовые давно уже всё высмотрели, но они нас не интересовали. Наша боевая группа охотилась на более привлекательную добычу, а та спешить не любит. Прошло с полчаса и у церкви началось шевеление. Вначале появилось оцепление, а вскоре подъехали легковые машины и обе видимые смотровые площадки стали заполняться немцами в офицерских шинелях.

В это самое время из блиндажа вышла группа высокопоставленных командиров, среди которых находился Рокоссовский. Увидев нас, что-то высматривающих на занятой немцами стороне, да ещё громко комментирующих увиденное словами из народного фольклора, генерал направился в нашу сторону. Следом двинулся Власов и остальное начальство. Рокоссовский подошёл и произнёс:

– Что, товарищи командиры, немца высматриваете?

– Так точно, товарищ командарм, - ответил Недогаров, а затем обратился к сапёру, - Сергей, расскажи подробнее, что вы сделали.

Недогаров передал свой бинокль Рокоссовскому, а Сытенко принялся пояснять, какое дело его сапёры и разведчики Кольцова провернули перед последним боем.

– Так что, товарищ Рокоссовский, сейчас соберём фрицев и проведём акцию возмездия. Кроме того, в лес ушли два снайпера-разведчика с группой прикрытия, которые также проредят выживших врагов.

– Очень интересно. Давайте понаблюдаем.

Мы передали все бинокли подошедшим генералам, а кому не хватило - их проблемы. Все активно включились в обсуждение ситуации:

– Смотри, Андрей Андреевич, как для истории себя увековечивают, столько фотографируются, что свет от фотовспышки так и сверкает.

– Эх, жаль, Константин Константинович, что у нас с собой нет фотоаппарата.

Вчера боевая группа командира 3-го танкового полка подполковника Карла Деккера захватила Озерецкое и шла на Красную Поляну. В это же время пехотная бригада под командованием полковника Эберхарда Родта продвинулась ещё дальше на юг и взяла райцентр Красная Поляна, выбив оттуда упорно сопротивляющихся русских. Батальон под командованием майора Эриха Райхманна взял соседнюю деревню Пучки. Скоро последует атака на Лобню, Катюшки, Хлебниково и другие деревни, мешающие шествию победоносных войск вермахта, и путь на Москву окажется открытым. Гитлеровское командование было довольно. Войска вермахта подошли к Москве совсем близко, планируя захватить переправы через Московский канал в районе Хлебниково, и прорываться на Долгопрудную и к Мытищам. Не сегодня-завтра будет решительный бросок и всё - столица СССР падёт к ногам победителей. Зимнюю кампанию 1941 года можно будет считать законченной.

Собравшись на смотровых площадках Красной Поляны и вдоволь нафотографировались, германские офицеры в бинокли смотрели на город Москву. Скоро они окажутся в тепле и уюте столичных квартир.

Командующий 2-й танковой дивизией генерал-лейтенант Рудольф Файель улыбался. Лишь Провидение спасло его в Волоколамске, когда он вышел из зала совещаний, но не успел войти в свой кабинет. Тогда в обеих комнатах прогремели адские взрывы, выкосившие почти весь его штаб и командиров подразделений двух дивизий. И вот теперь он будет в числе первых, а может быть, что и первым, кто захватит Кремль. Пребывая в отличном настроении, он с удовольствием фотографировался один и в окружении штабных офицеров. Рядом стоял, смотря в бинокль, полковник Родт, наблюдая за группой советских командиров. Было видно, как фрицы махали нам руками и смеялись.