Немчик
Шрифт:
Es scheinen die alten Weiden so grau. –»
«Ich liebe dich, mich reizt deine schone Gestalt;
Und bist du nicht willig, so brauch’ ich Gewalt.» –
«Mein Vater, mein Vater, jetzt fasst er mich an!
Erlkonig hat mir ein Leids getan!» –
Dem Vater grauset’s, er reitet geschwind,
Er halt in Armen das achzende Kind,
Erreicht den Hof mit Muh’ und Not;
In seinen Armen das Kind war tot.
Кто
Ездок запоздалый, с ним сын молодой.
К отцу, весь издрогнув, малютка приник;
Обняв, его держит и греет старик.
«Дитя, что ко мне ты так робко прильнул?» —
«Родимый, лесной царь в глаза мне сверкнул:
Он в тёмной короне, с густой бородой». —
«О нет, то белеет туман над водой».
«Дитя, оглянися; младенец, ко мне;
Весёлого много в моей стороне:
Цветы бирюзовы, жемчужны струи;
Из золота слиты чертоги мои».
«Родимый, лесной царь со мной говорит:
Он золото, перлы и радость сулит». —
«О нет, мой младенец, ослышался ты:
То ветер, проснувшись, колыхнул листы».
«Ко мне, мой младенец; в дуброве моей
Узнаешь прекрасных моих дочерей:
При месяце будут играть и летать,
Играя, летая, тебя усыплять».
«Родимый, лесной царь созвал дочерей:
Мне, вижу, кивают из тёмных ветвей». —
«О нет, всё спокойно в ночной глубине:
То вётлы седые стоят в стороне».
«Дитя, я пленился твоей красотой:
Неволей иль волей, а будешь ты мой». —
«Родимый, лесной царь нас хочет догнать;
Уж вот он: мне душно, мне тяжко дышать».
Ездок оробелый не скачет, летит;
Младенец тоскует, младенец кричит;
Ездок погоняет, ездок доскакал…
В руках его мёртвый младенец лежал [22] .
От этого стихотворения у Андрейки всегда щемило
Между тем Лиза Филиппова вела себя всё отвратительнее и отвратительнее. Как-то учительница немецкого Фрида Ипполитовна, из бывших дворян, заметила прилюдно, что у Андрейки аристократическая внешность и что он похож на принца. Речь шла о школьной постановке «Золушки», и обсуждали претендентов на главные роли.
22
Баллада Иоганна Вольфганга фон Гёте «Лесной царь» в переводе В. Жуковского.
— Конечно, будет у него аристократический вид, он же у нас немчик! — язвительно прокомментировала Филиппова, которой досталась роль одной из дочерей мачехи Золушки.
В классе захихикали, начались возня и перешёптывания.
— Что ты имеешь в виду, Лиза? — строго спросила девочку Фрида Ипполитовна.
— А то и имею в виду, что отец у него — фашист! — громко заявила Лиза.
У Фриды Ипполитовны от возмущения перехватило дыхание:
— Выйди из класса немедленно! — потребовала она.
— Я-то выйду, — девочка поднялась с места, — только правду не скроешь! Немчик, немчик! — прокричала она Андрейке и хлопнула дверью.
У Андрейки потемнело в глазах. Он хотел выбежать из класса, но учительница его остановила.
— Сиди, Повалихин! — велела ему она. — Тебе не нужно никуда уходить. Ты первый ученик в школе. А Филиппова — двоечница. Её поведение возмутительно. Я доложу об этом директору.
Фрида Ипполитовна сделала паузу.
— Все знают, что твой отец прошёл всю войну, был ранен, имеет награды, — продолжила учительница. — Филипповой должно быть стыдно. Я считаю, что в ней говорит зависть к твоим успехам. А зависть — это неприемлемое чувство для советского человека. Советский человек сам добивается успеха, помогает добиться успеха своим товарищам и радуется этому вместе со всеми.
Класс притих.
— Вам тоже должно быть стыдно, — обратилась учительница к классу. — Своими смешками и ухмылками вы поддерживаете Филиппову. Вспомните, сколько раз Андрейка занимался с отстающими, подтягивал вас по всем предметам, помогал добиться лучшей успеваемости. Вы должны гордиться тем, что такой талантливый мальчик учится с вами в одном классе, а не завидовать ему.
Матрёна заметила, что Андрейка вернулся из школы расстроенный.
— Что случилось, сынок?
— Ничего, мама.
— Я же вижу, что-то случилось. Расскажи.
Андрейка сел за стол, уронил голову на руки и расплакался.
— Сынок, сынок, — гладила его по голове Матрёна.
— Они опять называют меня немчиком, — Андрей уже знал, что это означает. — Почему они это постоянно делают? Что со мной не так?
— А кто так обзывается?
— Лиза Филиппова. И все остальные хихикали.
— Андрейка, это ложь и зависть. Ты же знаешь, что твой папа — фронтовик.
— Если бы она была пацаном, я бы её побил. А девочку бить не могу, — Андрейка вытер слёзы. — Это всё так несправедливо и так обидно!