Кисельные берега
Шрифт:
Вообще, конечно, это странно, что в мире до сих пор никто не изобрёл фотоаппарат. Но, как я неоднократно замечал, магия в принципе сильно изменила ход истории. Существовали художники, имелись маги-иллюзионисты, было их не так чтобы мало, и никому особенно не хотелось заморачиваться, изобретая фотоаппарат. И всё-таки — вот он. Причём, минуя стадию дагеротипии и сразу перейдя к чему-то вроде Полароида.
Снимок был цветным и качеством не уступал реальности.
— Работает на амулете, естественно, — тут же огорчил
— Кто изобрёл это чудо?
— Какой-то московский маг.
— Это прекрасно. Идёмте. Сливовый сок — прекрасная идея.
Мы заняли столовую. Доктор подал бутылки и закуски, сам присоединяться не стал, хотя я пригласил. Сказал, что хочет лечь пораньше. Возраст, мол. Привычки меняются. Уже тяжко сидеть заполночь, с учётом того, что утром надо вставать и работать работу.
— Ладно вам, — попытался я урезонить доктора. — Я ж один тут, без семьи. Выспитесь как следует.
— Ни-ни-ни, Александр Николаевич. Благодарю, однако же — режим. В вашем возрасте вы ещё не знаете, сколь страшна бессонница.
— Что за эпоха такая пошла, — пожаловался я, разливая сок, когда доктор ушёл. — Из каждого, прости-господи, утюга: возраст! вы молоды! вот повзрослеете! Складывается впечатление, будто людям говорить больше не о чем, кроме как о возрасте.
— Давайте поговорим о метеорите.
— Вот! Ну, вот, интересная же тема для беседы!
— Особенно в нашем с вами возрасте.
— Вадим Игоревич…
— Шучу всего лишь, Александр Николаевич! Ну, долгих лет нам жизни!
— Хочется процитировать супругу: фр на вас, в самом деле. Будем!
Вадим Игоревич, однако, как человек культурный и образованный, выпив, сразу сделался серьёзен. Вытер усы.
— Можем ли мы говорить конфиденциально?
— Наверное. Диль!
— Да, хозяин?
— Не занята?
— Присматривала за близнецами, но они как будто бы спят.
— Ладно. Садись. Сыру хочешь?
— Благодарю, хозяин.
— Никто нас не подслушивает?
— Нет, всё совершенно чисто.
— Отлично. Бди. Мы будем беседу вести велемудрую, а ежели вдруг почуешь кого…
— Доложу.
— Итак, Вадим Игоревич, что вы такого серьёзного хотели сказать?
Серебряков подвинул к себе вновь наполненный бокал и вздохнул.
— Что ж, к делу, Александр Николаевич. Я полагаю, что вам и самому эта мысль в голову приходила: метеориты — явление редкое, а магические метеориты — это уж вовсе бог знает, что такое. Про такое лишь легенды существуют.
— И?
— Клоню к тому, что не замешана ли тут магия Ананке?
— Если вы полагаете, будто я просил эту штуку — ошибаетесь. Я вообще не пользовался магией Ананке с тех пор как… Диль, когда я последний раз пользовался магией Ананке?
—
— Видите, Вадим Игоревич? Нет, мы тут с чистой случайностью дело имеем. Да и нельзя мне без согласования…
— Ну почему же? — возразила вдруг Диль. — Вадим Игоревич, скорее всего, прав. Вы забываете, что есть ещё один маг Ананке в городе — Зиновьев.
— То есть, он выписал мне этот метеорит? Тогда надо сходить и потыкать его палочкой, вдруг уже всё…
— Нет, хозяин. Он выписал себе близнецов, а это — последствия.
— Значит, он пользуется магией, а метеориты падают на меня?! Хороши последствия!
— Хозяин, последствия — это не обязательно что-то негативное, что происходит с тем, кто пользуется магией Ананке. Это может быть и что-то хорошее, что происходит с тем, кого маг Ананке ненавидит всем сердцем.
— А-а-а… — Я откинулся на спинку стула. — Так это — философия позитивизма? Мол, всё к лучшему в этом лучшем из миров?
— Примерно так, хозяин.
— Ну надо же. А мне и крыть-то нечем. Сказал бы, что надо возделывать свой сад, вторя старику Вольтеру, но нет у меня теперь никакого сада.
Чтобы было не так скучно жить, мы с Вадимом Игоревичем принялись обходить помещения и восстанавливать разбитые стёкла. Днём как-то не до этого было: тепло, да и вообще — метеорит упал на задний двор, какие стёкла, блин. Но к ночи начал дуть ветер, похолодало, и мы в столовой почувствовали лёгкий неуют.
Некоторые восстанавливались, некоторые отказывались. Я попробовал слить новое стекло из таких вот, отказавшихся осколков. Преуспел, но опустошил браслет совершенно, да и сам, по ощущениям, пару Мережковских на это отдал.
— Нерентабельно, — заключил я. — Стекольщика дождусь.
— Мудро, — кивнул Серебряков. — Пусть заработает.
— Он на моих соседях столько уже заработает…
— Главное, в спальнях и детской всё готово. Остальные помещения подождут. К слову сказать, Александр Николаевич. Вам никогда не хотелось, как это говорят в простонародье, набить мне морду?
Я с удивлением посмотрел на усатую морду друга.
— С чего бы такой странный вопрос?
— Есть некоторые мысли. Ответьте, прошу.
— Ну, если уж вы настаиваете… Был период. Когда мы только познакомились…
— Да! — воскликнул Вадим Игоревич и в восхищении хлопнул меня по плечу. — День рождения Татьяны Фёдоровны! Я ведь тогда тоже хотел вас как следует поколотить! Прихожу, начинаю блистать, и вдруг меня огорошивают какими-то силлогизмами!
— Да-да-да! А я стою, значит, на спокойной уютной вечеринке, и вдруг заходит этаких хлыщ и начинает блистать: смотрите, мол, все на меня, а не на меня — не смотрите! Так бы и врезал…
Архитектура и искусство глазами минералога
Человек и окружающая среда
Научно-образовательная:
прочая научная литература
геология и география
рейтинг книги
Законы Рода. Том 3
3. Граф Берестьев
Фантастика:
фэнтези
аниме
рейтинг книги
Историческая летопись Курского дворянства
Старинная литература:
прочая старинная литература
рейтинг книги
Идентификация
3. Гардемарин ее величества
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
аниме
рейтинг книги
Глаза ночи
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
эро литература
рейтинг книги
Заре навстречу
Проза:
русская классическая проза
рейтинг книги