Ярость
Шрифт:
Елена кивнула.
— Вы правы, девочки. Трудно объяснить, но я попробую. — Она глубоко вздохнула. — Бонни, ты помнишь первый день школы? Это был первый раз, когда я услышала, что ты пророчествуешь. Ты изучала мою ладонь и сказала, что я встречу мальчика, темного мальчика, незнакомца. И что он будет не таким высоким, как бы я хотела. Так? — она взглянула на Бонни и, затем, на Мередит. — Стефан, — теперь он действительно невысокий. Но когда-то был… по сравнению с другими людьми в пятнадцатом столетии.
Мередит кивнула, но Бонни издала слабый звук и откинулась назад, выглядя слишком потрясенной.
— Ты
— Я говорю, что он жил в эпоху Ренессанса, в Италии, и среднестатистический человек был тогда гораздо ниже. Так что Стефан выглядел более высоким по сравнению с остальными. И, подожди, прежде чем падать в обморок, вот что вы должны еще знать: Дамон — его родной брат.
Мередит снова кивнула.
— Я предполагала что-то такое. Но тогда почему Дамон сказал, что он — студент колледжа?
— Они не в очень хороших отношениях. В течение долгого времени, Стефан даже не знал, что Дамон был в Феллс-Черче. — Елена колебалась.
Она подошла близко к очень личной истории Стефана, которую, как она считала, может рассказать только он сам.
Но Мередит была права; пришло время подругам все узнать.
— Слушайте же, все произошло примерно так: Стефан и Дамон были оба влюблены в одну и ту же девушку там, в Италии эпохи Ренессанса. Она была из Германии, и ее звали Катрина. Причина, по которой Стефан избегал меня в начале школы, была в том, что я напомнила ему о ней; у нее тоже были белокурые волосы и синие глаза, и это было ее кольцо. — Елена отпустила руку Мередит и показала золотое кольцо с замысловатым узором, украшенное одним камнем лазурита.
— Оказалось, что Катрина была вампиром. Парень по имени Клаус однажды пришел в ее деревню в Германии, чтобы спасти ее от смерти, она могла умереть из-за болезни. Стефан и Дамон оба знали это, но им было все равно. Они попросили ее выбрать между ними того, за которого она выйдет замуж. — Елена остановилась и криво улыбнулась, думая, что мистер Таннер был прав; история действительно все время повторялась. Только она надеялась, что ее история не закончится подобно истории Катрины. — Но она выбрала их обоих. Она обменялась кровью с ними обоими, и сказала, что они могли бы втроем идти через вечность.
— Эксцентричное предложение, — пробормотала Бонни.
— Глупое предложение, — сказала Мередит.
— Вы правы на счет этого, — ответила Елена. — Катрина была милой, но не очень умной. Стефан и Дамон и так уже были не в лучших взаимоотношениях. Братья поставили ей условие, чтобы девушка выбирала одного, они не собирались делить ее. Тогда она убежала в слезах. На следующий день… ну, в общем, они нашли ее тело, или то, что от нее осталось. Вампирам нужен талисман. Вот такое кольцо, чтобы выйти на дневной свет; без него — смерть. Катрина осознанно сняла кольцо под лучами солнца и ее не стало. Девушка думала, что является «яблоком раздора» между братьями и, если погибнет, Дамон и Стефан помирятся.
— О, Боже мой, как ро….
— Нет, это не так, — Елена резко прервала Бонни. — Это абсолютно не романтично. Стефан до сих пор винит во всем себя, и я думаю, что Дамон тоже, хотя никогда не признает этого. И результатом всего было то, что родные братья схватили мечи и убили друг друга. Да, убили. Вот почему
Глава 7
— Объединиться для чего? — спросила Мередит.
— Я объясню это позже. Но сначала хочу узнать, что произошло в городе с тех пор, как «я умерла».
— Ну, в основном все начали паниковать, — ответила Мередит, изгибая бровь. — Твоя тетя Джудит была очень подавлена. Ей показалось, что она видела тебя — ведь это не было галлюцинацией, да? И она разорвала помолвку с Робертом.
— Я знаю, — сказала мрачно Елена. — Продолжай.
— Все в школе были расстроены. Я хотела поговорить со Стефаном, особенно когда начала подозревать, что ты не умерла, но его не было. Мэтт был, но с ним что-то не так. Он выглядит как зомби, и не хочет разговаривать ни с кем. Я хотела рассказать ему, что, возможно, ты не умерла; я думала, что ему станет легче. Мэтт не стал слушать. Он очень изменился, и мне даже показалось, что он собирается ударить меня. Он не выслушал даже слова.
— О боже, Мэтт. — Кое-что ужасающее всколыхнулось в голове Елены, какое-то воспоминание, слишком тревожащее, чтобы выпустить его из глубин памяти. Она не сможет сейчас с этим справиться, не сможет, — и заставила тревожащее воспоминание затаиться.
Мередит продолжила.
— С ним все ясно, но другие люди что-то подозревают на счет твоей «смерти». Вот почему я сказала то, что сказала на поминальной службе; я боялась, что, если бы назвала реальный день и место встречи, Аларих Зальцман заманил бы тебя в ловушку. Он и так задавал много вопросов, хорошо, что Бонни не знала ничего такого, что могла бы разболтать.
— Так не честно, — возразила Бонни. — Аларих просто интересовался, и все, он хочет помочь нам пережить это, как помогал до этого. Он — Водолей.
— Он шпион, — сказала Елена, — Возможно, даже хуже. Но мы обсудим это позже. Что на счет Тайлера Смоллвуда? Я не видела, чтобы он приходил на работу.
Мередит смотрела с замешательством.
— Ты хочешь сказать, что ты не знаешь?
— Я ничего не знаю; я спала четыре дня на чердаке.
— Ну…, — повисла неловкая пауза. — Тайлер только что вернулся из больницы. То же самое с Диком Картером и еще четырьмя парнями. Они были все вместе в День Основателей на складе, там на них напали и они потеряли много крови.
— О…
Теперь было понятно, почему в ту ночь Сила Стефана была намного больше и почему он с тех пор начал слабеть. Наверно, с тех пор он не ел.
— Мередит, Стефана подозревают в этом?
— Ну, отец Тайлера пытался самостоятельно что-то выяснить, но у полиции нет никаких оснований для подозрения. Они знают примерное время, когда напали на Тайлера, который собирался встретиться с мистером Смоллвудом, но тот так и не пришел. А мы с Бонни обеспечили алиби Стефану на это время, потому что как раз тогда мы оставили его у реки с твоим телом. Так что у него просто не было времени вернуться к складу и напасть на Тайлера, ни один нормальный человек не смог бы. Так что пока полиция не думает ни о чем сверхъестественном.