Чтение онлайн

Серов боялся, что Совет, пока его не будет в городе, успеет кооптировать в свой состав новых членов и выбрать бургомистра, который стал бы очевидной и неоспаримой властью и с которым бодаться стало бы совсем бесперспективно. Однако за прошедшие три дня договориться о каком-то конструктиве местные торгаши не успели. Каждый боялся, что его обойдут, что новая власть начнёт передел в городе — это, кстати, вполне справедливое опасение — и что именно ему достанется меньше других. Или хуже того, своё начнут отбирать. Собственно, именно на этих страхах Серов и сумел договориться с бывшими союзниками Синоров. А вот те, кто активнее всего воевал против покойного главы Карланда, наоборот,

быстро перестроились теперь уже и в противников Серова. Такие вот выверты местечковой политики, когда не важно, с кем ты дружишь, главное — против кого.

При этом нужно понимать, что именно боевыми действиями графу заниматься было тупо некогда. Большую часть времени он посвящал службам в храме и «миссионерской» деятельности. Плюс приходилось решать текущие вопросы, например, обеспечение города продовольствием, раз уж он сам взял власть в свои руки «явочным порядком». И сделать это было не так просто: значительная часть складов располагалась в порту, и доступа к ним не имелось. Приходилось изыскивать, договариваться, угрожать, обещать… А учитывая, что казна города, в том числе и в связи со всей неразберихой, оказалась пуста, как кладовка нищего, вопрос денежного обеспечения вновь выходил на первый план.

— Собирай людей, время наведаться к гномам, — третий день противостояния начался тяжело. Ночью портовые сидельцы попытались штурмовать ворота со своей стороны. Получилось у них не очень хорошо: привыкшие сражаться на палубах моряки с большим скрипом переквалифицировались в инженерно-штурмовые войска, и даже преимущество в магах не смогло им помочь. Впрочем, было понятно, что следующей ночью они попробуют опять. А потом опять.

— Много брать? — Без всяких эмоций на лице поинтересовался Ромул. Даже для двужильного перевёртыша марафон приключений последнего месяца оказался утомительным. — Сразу будем грабить или сначала поговорим?

— Сначала поговорим. Грабить… Постараемся без этого обойтись, — проблема заключалась в том, что отделение в Карланде держали южные гномы, с которыми у графа отношения оказались достаточно натянутыми. Плюс сам его проект по налаживанию свободного транзита товаров по Кель на север континента идеологически очевидно бил в том числе как раз и по гномам, которые держали тоннели под южной грядой и зарабатывали, прямо скажем, немалые деньги на транзите. Будь в Карланде северные коротышки, всё было бы гораздо проще.

Ещё имелся нюанс по поводу сохранения магами из гильдии нейтралитета. Пока Серов воевал исключительно с такими же, условно говоря, «городскими нобилями», не грабя простой народ, не воюя со стражей напрямую, не мешая самому существованию Карланда, они могли оставаться в нейтральной позиции. А вот попытка «ломать» городской банк уже явно выходила за рамки и переводила графа в разряд, как бы, оккупантов. В общем, магические договора и клятвы — это всегда очень тонкая юридическая штука, там всегда есть место трактовкам и прочтениям, но именно в данном случае Шарон ан-Здинг очень просил по возможности избежать открытого конфликта с гномами. Другой вопрос, знали ли коротышки о своём «иммунитете».

Здание гномьего банка в Карланде выглядело как небольшая крепость на окраине торгового квартала. Собственно, это и была небольшая крепость: маленькие забранные решётками окна-бойницы, двери, обитые металлическими полосами, каменные стены толщиной в добрый метр, причём Александр готов был поставить свои бывшие божественные силы против дырявого носка, что там у камня ещё и магический защитный контур был вшит нехилый. Среди обывателей Карланда ходили слухи один другого дивнее по поводу возможных подвалов и тайных ходов, которые

якобы забиты золотом и через которые можно выбраться куда-то за пределы городских стен. Чуть ли не прямо к какой-то тайной стоянке корабельной, через которую можно попадать на полуостров в обход Порта и Ключа. Учитывая, что под ногами находился сплошной гранит, выглядели эти слухи сомнительно, с другой стороны — это же гномы, кому как не бородачам специализироваться на подобных вещах.

Это, кстати, тоже многое говорило о городе: у себя в Александрове Серов подобное строительство не позволил. Не хватало ещё у себя в городе иметь точки, которые ты контролировать не можешь. Граф гарантировал безопасность банка, к которому пришлось приставить круглосуточную стражу, с магическим даже нарядом, но видеть чужую крепость посреди своей столицы попаданец, конечно, не пожелал. Тут этим явно не заморачивались.

Серов остановился напротив тяжёлой двери, украшенной не то орнаментом, не то рунами, не то и тем и другим сразу, и некоторое время молча её рассматривал. Чем дольше он смотрел, тем меньше ему нравилась сама идея брать подобное место с наскока. Нет, при наличии пары пушек, хорошего мастера-ритуалиста, времени и желания устроить показательное выступление — да, наверное, можно было бы. А вот просто ворваться внутрь силами роты пехоты… Тараном выносить двери, на узкой улочке, где и развернуться особо негде. Ну-ну. Потом только трупы оттаскивать. Причем свои.

— Не люблю гномов, — простодушно высказал мысль Ромул, стоящий на полшага сзади. — Они маленькие, жадные и любят строить всякие укрепления хитрые, из которых их потом выковыривать запаришься.

— Командир, — окликнул один из полусотников, вроде как самый смышленый из команды ан-Грейна, — как действуем, если не откроют?

— Как вежливые люди, — поморщившись, ответил Александр. — Стучимся. Потом ещё раз стучимся. Потом объясняем, что отказ разговаривать с властью в городе — это очень недальновидно. А уже потом… будем смотреть по обстоятельствам.

— Понял, — полусотник ухмыльнулся, глаза его при этом были совершенно холодные. — Значит, сначала по-хорошему попробуем.

Люди вокруг рассредоточились грамотно, без суеты, чтобы там капитан ни говорил, но тактика городского боя его парням явно была знакома. Двое остались непосредственно у входа, ещё несколько перекрыли улицу, пара бойцов заняла соседний переулок. Не потому что граф реально опасался внезапного выскакивания из банка ударного полка гномьих берсерков, а скорее для демонстрации намерений. Это, как выяснилось, в Карланде вообще работало удивительно хорошо: тут половина вопросов решалась не самим насилием, а тем, насколько убедительно ты показываешь готовность к нему. Для сравнения, тех же баронов у себя в пограничье одним «добрым словом» убедить почти никогда не получалось, сначала нужно было по башке хорошенько настучать, только потом у них «дипломатическая ветка» открывалась.

Серов поднял руку, схватил массивный дверной молоток в виде головы какого-то морского животного и уверенно постучал им в дверь. Никто не ответил.

Граф подождал, постучал ещё раз. Уже сильнее, настойчивее, с явным намёком, что уходить посетитель не собирается.

Спустя ещё минуты полторы изнутри послышались шаги и донеслось глухое:

— Закрыто!

Голос был низкий, хрипловатый и абсолютно невозмутимый. Настолько невозмутимый, что Александру даже на секунду стало интересно, сколько там вообще человек — гномов, вернее, но какая разница — внутри и насколько они уверены в своей позиции, если в городе третий день идёт гражданская война, а они отвечают будто лавку на обед прикрыли.