Чтение онлайн

–  Налейте мне немного, - сказал Барни, доставая бумажник.

–  Это бесплатно. Корабли ООН сбрасывают его нам цистернами.

Норм подошел к закрытому шкафчику, достал ключ и открыл его.

–  Скажи нам, Майерсон, почему ты хочешь напиться?
– спросил Сэм Риган.
– Из-за нас? Из-за барака? Из-за Марса?

–  Нет.

Дело было не в этом; дело было в Энн и распаде ее личности, в том, что она сразу же приняла Кэн-Ди, не в силах примириться с реальностью. Это было предзнаменование, которое относилось и к нему, - он видел на ее месте самого себя.

Если

удастся ей помочь, возможно, ему удастся помочь и себе. А если нет…

У Барни было предчувствие, что если это произойдет, то для обоих, будет все кончено. Марс, как для него, так и для Энн, будет означать смерть. И наверняка скорую.

Вернувшись из мира Подружки Пэт к действительности, Энн Хоуторн выглядела подавленной и молчаливой. Это был плохой признак: Барни догадывался, у нее те же предчувствия, что и у него. Энн молча прошла в его комнату за своим комбинезоном.

–  Мне нужно возвращаться в Флэкс Блэк Спит, - объяснила она.
– Спасибо, что позволили воспользоваться вашим набором, - сказала она колонистам, которые стояли вокруг, глядя, как она одевается.
– Извини, Барни, - сказала она, опустив голову.
– Было некрасиво оставить тебя одного.

Он проводил Энн до ее барака; они молча шли сквозь черноту ночи по песчаной равнине, внимательно осматриваясь по сторонам, опасаясь местного хищника, похожего на шакала и обладающего телепатическими способностями. Но этой ночью они с ним не встретились.

–  Ну и как?
– наконец спросил он.

–  Ты имеешь в виду - каково ощущать себя бесстыжей кукольной блондинкой со всеми ее проклятыми тряпками, парнем, автомобилем и… - она вздрогнула.
– Ужасно. Нет, не то. Просто…, бессмысленно. Я там ничего не нашла. Как будто снова стала подростком.

–  Да-а, - пробормотал он.
– Вот тебе и Подружка Пэт.

–  Барни, - тихо сказала она, - я должна найти что-нибудь другое, и быстро. Ты мог бы мне помочь? Ты мне кажешься умным, зрелым и опытным. Перемещение мне не поможет… Чуинг-Зет будет не лучше, во мне что-то сопротивляется, я не стану его принимать…, понимаешь? Я чувствую, что ты понимаешь, ты ведь даже не попробовал, значит, должен меня понять.
– Она крепко стиснула его руку и прижалась к нему.
– Я еще кое-что знаю, Барни. Они тоже сыты этим по горло, единственное, чем они занимались, когда они…, мы были куклами - постоянно ссорились. Даже на мгновение это не доставляло им никакого удовольствия.

–  О Господи, - сказал он.

Светя вокруг фонарем, Энн сказала:

–  Это ужасно, я бы предпочла, чтобы было иначе. Мне было больше жаль их, чем… - Она оборвала фразу и некоторое время шла молча, потом вдруг сказала:

–  Я изменилась, Барни. Я это чувствую. Я хочу здесь присесть - где бы мы ни были. Ты и я, одни в темноте. А потом - ты знаешь, что потом… Мне не нужно объяснять, правда?

–  Нет, - признался он.
– Но ты об этом потом можешь пожалеть. И я тоже, из-за тебя.

–  Может, я буду молиться, - сказала Энн.
– Это тоже нелегко; надо знать как. Ты молишься

не за себя, а за других; мы называем это заступничеством. А тот, кому ты молишься, это не Бог, который на небесах, где-то там, наверху…, это Святой Дух, это нечто совсем другое, это Ангел-Заступник. Ты читал когда-нибудь святого Павла?

–  Что?

–  Новый Завет. Например, его Послания к коринфянам или римлянам… Павел говорит, что наш враг - смерть; это наш последний враг, поэтому, я думаю, и самый главный. Как говорит Павел, все мы отравлены, не только наши души, но и наши тела; они должны умереть, чтобы мы могли вновь возродиться, в новых телах - нематериальных, неуничтожимых. Понимаешь? Ты знаешь, когда я была недавно Подружкой Пэт…, у меня было странное ощущение, что…, глупо об этом говорить или в это верить, но…

–  Но, - закончил за нее Барни, - тебе показалось, ты уже предчувствовала, что так будет; ты уже знала это ощущение, - ты сама мне об этом говорила, на корабле.

"Многие, - подумал он, - тоже это прекрасно понимали".

–  Да, - согласилась Энн, - но я не отдавала себе отчета в том, что… - Она повернулась к нему; в темноте он едва различал ее лицо.
– Перемещение - это лишь намек, который мы можем получить по эту сторону смерти. Значит, это лишь искушение. Если бы не эта ужасная кукла, эта Подружка Пэт…

–  Чуинг-Зет, - напомнил Барни.

–  Именно об этом я и думаю. Если бы это было так, как говорит святой Павел, - что смертный приобретает таким образом бессмертную сущность… Я не смогла бы удержаться, Барни, я должна была бы жевать Чуинг-Зет. Я не могу ждать до конца жизни…, это может означать пятьдесят лет на Марсе, полвека!
– Она задрожала.
– Зачем мне ждать, если я могу получить это сейчас!

–  Последний человек, с которым я разговаривал на Земле, - сказал Барни, - и который принимал Чуинг-Зет, сказал, что это было самое страшное его переживание.

–  То есть как?
– удивленно воскликнула Энн.

–  Он оказался во власти кого-то или чего-то, что он счел воплощением дьявольского зла, и это его потрясло. Ему повезло, что он выбрался оттуда, - и он знал это.

–  Барни, - сказала она, - почему ты оказался на Марсе? Не говори только, что тебя призвали; вполне можно было пойти к психиатру и…

–  Я на Марсе, потому что совершил ошибку, - сказал он. "По твоей терминологии, это называлось бы грехом, - подумал он.
– По моей тоже", - решил он, - Кто-то пострадал из-за тебя, верно?
– спросила Энн. Он пожал плечами.

–  И теперь ты здесь на всю жизнь, - сказала она.
– Барни, ты не мог бы достать мне Чуинг-Зет?

–  Нет проблем, - ответил он. Барни был уверен, что вскоре встретит кого-нибудь из торговцев Элдрича. Положив руку ей на плечо, он сказал:

–  Ты столь же легко можешь получить его и сама.

Она прижалась к нему, а он обнял ее; она не сопротивлялась, даже с облегчением вздохнула.

–  Барни, я хочу тебе кое-что показать. Листовку, которую дал мне один человек в моем бараке; он сказал, что недавно им сбросили целую пачку. Те самые, из фирмы "Чуинг-Зет".