Чтение онлайн

–  У меня есть немного Кэн-Ди, Барни, - вдруг сказала Энн. Она полезла в карман парусиновых рабочих брюк и достала маленький пакетик.
– Я купила его недавно, в своем бараке. Флэкс Блэк Спит, так он называется. Колонист, который мне это продал, знал, что в сравнении с Чуинг-Зет оно не представляет ценности, поэтому взял недорого. Я пробовала им воспользоваться…, даже положила в рот. Но в конце концов, так же как и ты, не смогла. Разве убогая действительность не лучше самой интересной иллюзии? А быть, это и есть иллюзия, Барни? Я

ничего не знаю о философии; объясни мне, потому что все, что я знаю, основывается на моих религиозных убеждениях, а это не помогает мне понять их. Эти наркотики.

Она развернула пакетик, пальцы ее дрожали.

–  Я не могу больше, Барни.

–  Подожди, - сказал он, отставляя чашку и направляясь к ней. Однако было уже поздно; она уже приняла Кэн-Ди.
– Мне ничего не оставила?
– весело спросил он.
– Ты пропустишь самое интересное: у тебя не будет компании во время перемещения.

Взяв ее за руку, он вывел Энн из комнаты и поспешно провел по коридору в помещение, где лежали остальные; усаживая ее возле набора, он сочувственно сказал:

–  Так у тебя будут общие с ними переживания, а насколько я знаю, это очень помогает.

–  Спасибо, - сонно сказала она. Энн закрыла глаза, и тело ее постепенно обмякло. Барни понял, что она уже стала Подружкой Пэт - в мире без проблем.

Он наклонился и поцеловал ее в губы.

–  Я все еще в сознании, - пробормотала она.

–  Ты все равно не вспомнишь, - сказал он.

–  О нет, вспомню, - слабым голосом сказала Энн Хоуторн. Потом он почувствовал, как она отдаляется.

Он остался один с семью телами и сразу же вернулся в свою комнату, где дымились две чашки кофе.

"Я мог бы влюбиться в эту девушку, - подумал он.
– Не так, как в Рони Фьюгейт или даже как в Эмили, но совсем иначе. Иначе? Лучше? Или это просто от отчаяния? Так же, как сейчас Энн приняла Кэн-Ди, проглотила его единым духом, поскольку для нее не осталось ничего, кроме тьмы. Это - или бездна. И не на день или неделю - на века. Так что придется мне полюбить эту девушку".

Он сидел один среди наполовину распакованных вещей, пил кофе и размышлял, пока наконец в соседней комнате не послышались стоны и шорохи. Его товарищи по бараку приходили в себя. Он поставил чашку и пошел к ним.

–  Почему ты отказался, Майерсон?
– спросил Норм Шайн, потирая лоб и морщась.
– Боже, как болит голова!

Внезапно он заметил Энн Хоуторн; все еще без сознания, она лежала, опершись спиной о стену и опустив голову на грудь.

–  Кто это?

–  Она присоединилась к нам под конец, - сказала Фрэн, неуверенно поднимаясь с пола.
– Это приятельница Майерсона; они познакомились во время полета. Она очень мила, только у нее пунктик на почве религии; сами увидите.

Она смерила Энн критическим взглядом.

–  Вполне симпатичная. Мне очень было интересно, как она выглядит. Я представляла ее себе несколько более…, гм…, серьезной.

–

 Уговори ее жить с тобой, Майерсон.
– подходя к Барни, сказал Сэм Риган.
– Мы охотно проголосуем за то, чтобы принять ее в наш барак. У нас много места, а тебе нужна - скажем так - жена.

Сэм тоже посмотрел на Энн.

–  Да-а, - сказал он.
– Красивая. Длинные черные волосы. Мне такие нравятся.

–  О да, - ехидно сказала Мэри Риган.

–  Да, ну и что?
– Сэм Риган сердито взглянул на нее.

–  Я сделал ей предложение, - сказал Барни. Все с любопытством посмотрели на него.

–  Странно, - сказала Хелен Моррис, - когда мы только что были все вместе, она нам ничего об этом не сказала, и, судя по всему, вы встретились только…

–  Ты же не хочешь жить с чокнутой неохристианкой?
– перебил ее Фрэн Шайн.
– У нас есть печальный опыт; в прошлом году мы выставили отсюда одну такую пару. Здесь, на Марсе, они могут доставить множество хлопот. Помни: мы периодически сливаемся воедино, а она рьяно исповедует какую-то религию, со всеми обрядами и ритуалами, устаревшими идеями; она в это действительно верит.

–  Я знаю, - процедил Барни.

–  Это правда, Майерсон, - спокойно сказал Тод Моррис.
– Мы живем здесь слишком близко друг к другу, чтобы ввозить какой бы то ни было фанатизм с Земли. Это случалось в других бараках; мы знаем, что говорим. Мы должны руководствоваться принципом "живи и дай жить другим", без абсолютистских догматов и убеждений; барак для этого слишком мал.

Тод закурил и посмотрел на Энн.

–  Странно, что такая красивая девушка исповедует такие взгляды. Ну что ж, это может случиться с каждым. Он был, казалось, озадачен.

–  Энн была довольна?
– спросил Барни у Хелен Моррис.

–  Да, до некоторой степени. Конечно, сначала она расстроилась…, в первый раз это естественно; она не знала, как пользоваться телом совместно. Теперь все осталось ей одной, так что наверняка будет легче. Она еще наберется опыта.

Наклонившись, Барни Майерсон поднял куклу, Подружку Пэт в желтых шортах, майке в бело-красную полоску и сандалиях. Сейчас это Энн Хоуторн, подумал он. В некотором смысле, которого никто не понимает. Однако он мог уничтожить эту куклу, раздавить ее, а Энн - в своем воображаемом мире - никак бы не пострадала.

–  Я хотел бы на ней жениться, - вдруг объявил он вслух.

–  На ком?
– спросил Тод.
– На Подружке Пэт или на этой новенькой?

–  Похоже, он имеет в виду Подружку Пэт, - язвительно сказал Норм Шайн.

–  Наверняка нет, - резко отрезала Хелен.
– И я думаю, это хорошо; у нас стало бы четыре пары вместо трех и одного одинокого; холостого мужчины.

–  Здесь можно напиться?
– спросил Барни.

–  Конечно, - сказал Норм.
– У нас есть выпивка; правда, это только эрзац-джин, но зато сорокаградусный; тебе наверняка хватит.