Чтение онлайн

Начальник тюрьмы в недоумении.

– - "Освобождать"? "Заключенных"?

Акико Като оглядывается. Я ныряю вниз -- надеюсь, успел. В конце ряда в лужице серебристого света, отбрасываемого экраном, встает на задние лапки крыса и смотрит на меня, собираясь залезть за обивку стены.

– - Надеюсь, -- вполголоса говорит спутник Акико Като, -- что это действительно срочно.

– - Вчера в Токио появилось привидение.

– - Вы вызвали меня из министерства обороны, чтобы рассказать историю о привидениях?

– -

Это привидение -- ваш сын, конгрессмен. Мой отец ошеломлен не меньше, чем я. Акико Като встряхивает волосами.

– - Уверяю вас, он -- очень живое привидение. Он в Токио и ищет вас.

Очень долго мой отец ничего не говорит.

– - Он хочет денег?

– - Крови.
– - Я выжидаю, в то время как Акико Като нарезает веревки для подвесного жертвенника.
– - Я не могу скрывать. Я должна сказать. Ваш сын -наркоман, он заявил, что убьет вас за то, что вы украли у него детство. За свою жизнь мне приходилось встречать много испорченных молодых людей; боюсь, ваш сын -- просто слюнявый психопат. И ему нужны не только вы. Он сказал, что сначала разрушит вашу семью, чтобы наказать вас за то, что случилось с его сестрой.

В камере Вурмена полно всякой мерзости.

– - Итак, мистер Вурмен...
– - Доктор Полонски перешагивает через фекалии с роем мух над ними.
– - Давно вы считаете, что являетесь богом?

На Вурмена надета смирительная рубашка.

– - Позвольте задать вам тот же вопрос.

– - Я не считаю себя богом.

Под его ботинком что-то хрустит.

– - Вы считаете себя психиатром.

– - Верно. Я являюсь психиатром с тех пор, как окончил медицинский колледж -- с наградами первой степени -- и начал практиковать.

Доктор поднимает ногу -- к подошве прилип дергающийся в конвульсиях таракан. Доктор соскребает его о выпавший кусок каменной кладки.

Вурмен кивает:

– - Я тоже являюсь Богом с тех пор, как начал практиковать в своей области.

– - Понятно.
– - Доктор отрывается от своих записей.
– - Из чего же состоит ваша деятельность?

– - В основном из текущего ремонта. Вселенной.

– - Так это вы создали вселенную?

– - Именно. Девять дней назад. Полонски взвешивает это утверждение.

– - Однако значительное количество данных указывает на то, что вселенная несколько старше.

– - Знаю. Эти данные тоже создал я. Доктор сидит на откидной койке напротив.

– - Мне сорок пять лет, мистер Вурмен. Как вы объясните мои воспоминания о прошлой весне или о детстве?

– - Я создал ваши воспоминания вместе с вами.

– - Значит, все в этой вселенной -- лишь плод вашего воображения?

– - Совершенно верно. Вы, эта тюрьма, крыжовник, туманность Конская Голова.

Полонский заканчивает писать предложение.

– - Вероятно, было ужасно много работы.

– - Больше, чем ваш хилый гиппокамп --

не в обиду вам будь сказано -может представить. Приходится думать над каждым атомом, иначе -- бах!
– - все пойдет псу под хвост. "Солипсист" пишется с одним "л", доктор.

Полонский хмурится и перекладывает свой блокнот. Вурмен вздыхает.

– - Я знаю, что вы скептик, доктор. Я вас таким создал. Могу я предложить объективный эксперимент, чтобы подтвердить свои притязания?

– - Что вы имеете в виду?

– - Бельгию.

– - Бельгию?

– - Спорим, даже бельгийцы не заметят ее отсутствия?

Мой отец не отвечает. Он сидит, склонив голову. У него очень густые волосы -- можно не бояться, что к старости я облысею. События разворачиваются таинственным, захватывающим и непредсказуемым образом. Я могу в любой момент заявить о своем присутствии и выставить Акико Като лживой гадиной, но я хочу еще ненадолго сохранить преимущество, чтобы получше вооружиться перед предстоящей схваткой. У Акико Като звонит мобильный. Она достает его из сумочки, бросает:

– - Перезвоню позже, я занята, -- и кладет назад.

– - Конгрессмен, выборы через четыре недели. Ваше лицо будет расклеено по всему Токио. Вы будете каждый день выступать по телевизору. Сейчас не время что-то скрывать.

– - Если бы я мог встретиться со своим сыном...

– - Если он узнает, кто вы, вы обречены.

– - У каждого есть хоть капля благоразумия.

– - На нем столько же преступлений -- тяжкие телесные повреждения, кража со взломом, наркотики, -- сколько меховых вещей в шкафу у вашей жены. У него крайне тяжелая стадия кокаиновой зависимости. Представьте, что сделает оппозиция. "Незаконнорожденный сын министра стал преступником и клянется убить его!"

Мой отец вздыхает в мерцающей темноте.

– - Что вы предлагаете?

– - Ликвидировать эту проблему, пока она не стала причиной вашей политической смерти.

Мой отец чуть поворачивается к ней.

– - Разумеется, вы не имеете в виду насильственные меры?

Акико Като осторожно подбирает слова.

– - Я предвидела, что такой день настанет. Все подготовлено. В этом городе несчастные случаи не редкость, а я знаю людей, которые знают людей, которые могут помочь несчастным случаям происходить своевременно.

Жду, что ответит мой отец.

Чета Полонски живет в квартире на четвертом этаже старинного дома с двориком и воротами. Они уже несколько месяцев не ели и не высыпались как следует. В полумраке подрагивает слабый огонек камина. За окном с грохотом проходит танковая колонна. Миссис Полонски режет тупым ножом черствый хлеб и наливает в тарелки пустой суп.

– - Тебя тревожит этот заключенный, Бурмен?

– - Вурмен. Да, тревожит.

– - Несправедливо заставлять тебя выполнять работу судьи.