Славная девочка
Шрифт:
Ах, Эвен, Эвен… нет его здесь, и с какой стати ей просить у него совета как ей стать нужнее своей организации? Но нельзя ведь отрицать, что он искренне любит детей. Перед ее мысленным взором предстала картинка, как он играет с Питером и Паулой. Холли положила руку на стопку конвертов, потом отодвинула стул от стола. Если он сам не выходит из ее головы, она его заставит. Холли переставила вентиляторы, налила себе холодного чая и включила телевизор. Она поудобнее устроилась в мягком кресле и стала потягивать чай, нетерпеливо ожидая,
– Говорит Деннис Кратчи, последнее сообщение о «славной девочке». Утверждают, что за эту неделю ее видели в трех разных местах.
Холли выпрямилась, как громом пораженная.
Что значит видели? Что она им – летающая тарелка?
– Первое сообщение поступило из Порт-таундсенда, штат Вашингтон. Двадцать бойскаутов настаивают, что они видели как наша «славная девочка» бегает трусцой в олимпийском Национальном парке. Два дня назад они заметили ее на прекрасном пустынном участке парка, известном как Харикейнрич. Холли Хамелтон была там одна.
Видеоряд демонстрировал бойскаутов в дождевиках под проливным дождем, они указывали пальцами на склон близлежащей горы. А один мальчишка в забрызганных дождем очках все время покачивал головой.
– Другое сообщение поступило к нам из Кейпшелла, штат Нью-Джерси. Несколько студентов колледжа, проводящих там свои летние каникулы, готовы поспорить на стоимость своего обучения в течение следующего года, что видели Холли Хамелтон в этом городе. Даем прямое включение Кейпшелла.
Итак, на набережной наш корреспондент Бобби Кейт. Бобби, что у вас есть для нас?
– Привет, Деннис. Я сейчас нахожусь на набережной Кейпшелла, вместе со мной группа молодых людей. Им не терпится рассказать, что они недавно увидели здесь.
Холли шмякнула стакан с чаем о кофейный столик, рухнула на четвереньки и закрыла голову руками.
– Нет, нет, нет! – взмолилась она, подползая все ближе к телевизору. Молитва была незамедлительно услышана. Три недоросля, погнавшиеся за ней с пляжа несколько ночей назад, ворвались на телеэкран с обычной для себя жизнерадостностью.
– Клянусь, она здесь! – Потрясая в качестве подтверждения кулаками, заявил парень в ямайских шортах без рубахи. Миловидная журналистка поправила наушники и продолжила.
– Где и когда именно видели вы «славную девочку»?
Вся троица заговорила разом, каждый свое.
– Шухер! – вдруг раздался чей-то вопль. Появившаяся из-за кадра рука отвесила подзатыльник самому громкому из студентов и надвинула ему на самый нос бейсбольную кепку. Холли заморгала, глядя на экран.
Кто-то, похоже, хорошенько толкнул оператора и теперь на экране были чайки, клюющие попкорн на набережной. На экране снова появилась студия в Манхеттене.
– У нас пропала связь, – неуверенно заявил Кратчи. Поправляя галстук, он кинул несколько нервных взглядов в сторону
– Да, да, – пробормотал он. – Итак, сейчас перед нами будет сюжет из Ньюперт-Ньюс, штат Вирджиния, нам кое-что хочет сообщить мадам Мичика.
– Что вы можете сказать насчет того, где сейчас находится наша «славная девочка» и обоснованы ли слухи о том, что скоро выйдет второй плакат? Пожалуйста, мадам Мичика!
Холли не могла в это поверить. Деннис Кратчи махнул рукой на сообщение из Кейпшелла и перешел к разговору с чудаковатой ясновидящей в белом парике. Та принялась поглаживать хрустальный шар, размером с баскетбольный мяч, и понесла какую-то неразборчивую чушь. На Кратчи было жалко смотреть.
Ладно, по крайней мере, сообщение из Кейпшелла выглядело на экране также нелепо, как и все остальные. Ни один человек в здравом уме не воспримет его всерьез.
Холли взяла пульт и выгнала Кратчи со своими дружками из своей гостиной.
Тем не менее какое-то неясное беспокойство заставило ее оглядеться. Она встала на ноги, подошла к двери и выглянула наружу. Она не могла точно сказать, что именно она высматривает. Она посмотрела на ворота и прислушалась. Цикады пели по-прежнему, все выглядело, как и раньше. Она прислонилась головой к косяку и прикрыла глаза. Что ей еще придется выдержать, и как долго еще сможет она это выдерживать.
Зазвонил телефон. Холли от неожиданности затаила дыхание, потом спокойно взяла трубку и молча прислушалась.
– Холли, это Эвен.
Она шумно выдохнула.
– Эвен, я так рада слышать твой голос.
Зачем она это говорит? Ведь даже если это правда, не следует в этом сознаваться. Ведь ей вовсе не хочется, чтобы он услышал отчаяние в ее голосе.
– Я тоже рад тебя слышать. А то я уж было подумал, что ты прячешься под дождем в лесу на олимпийском полуострове.
Итак, он тоже видел этот репортаж. От этого же чокнуться можно.
– Я думала все, нашли меня, когда этих студентов показали. Это ведь те самые, которые гнали меня с пляжа той ночью, а заметили они меня еще в тот день, когда мы встретились. Бог же, как известно, любит троицу!
Она попыталась изобразить веселый смех, но вышел он неестественным и нервным, и она это знала.
– Можно подумать, у людей кроме поисков меня, других дел нет, – закончила она.
– А я все время думаю о тебе!
Между ними повисла тишина.
– А что, по-твоему, Эв, я должна на это ответить?
Эвен улыбнулся. Она назвала его Эв.
– Со временем придумаешь.
И не успела она спросить его, что он имеет в виду, как он уже продолжал:
– Послушай милая, я, слушал прогноз погоды и, похоже, что в ближайшее время духота не спадет. У меня выход во двор из дома не заперт, почему бы тебе не спать у меня, ведь там есть кондиционеры?