Чтение онлайн

– Ах, какая прелесть, ох, какой подарочек привязан у меня под яблонькой! – Он погладил ее подбородок костяшками пальцев. Холли приподняла голову, но так, чтобы восхитительный контакт с его пальцами сохранился.

– Эвен, не надо ничего затевать при Пауле, потом сам же пожалеешь.

Оба они взглянули на девчушку, которая наполняла стакан, потом выливала из него воду, снова наполняла.

– Ты же слышала, что сказал ее старший брат, – сказал Эвен, – протягивая руку и снимая заколку, удерживающую хвост ее волос. – Дать ей шланг, и можно на лошадях

через нее скакать, она даже не заметит. Он склонился и поцеловал ее в ухо, потом дважды и медленно – в шею. – Мне нравится, как пахнут твои волосы, – пробормотал он.

– Эвен, – шепнула Холли, – пожалуйста, не надо.

– А так – надо, – сказал он, – и нежно поцеловал ее в губы.

Она глубоко втянула в себя воздух, и восхитительное ощущение растеклось по ее телу с настораживающей быстротой.

– Я… я, думаю, что этого тоже не стоит.

– Да? А вот я думаю, что стоит. В самом деле…

Он перевел дух и поцеловал ее еще раз.

– По-моему, тебе это тоже нравится?

Холли вздохнула. Как можно было думать о чем-то еще, когда он гладил ее щеки большими пальцами.

– Ты пользуешься моей беспомощностью… – Теперь она умолкла потому, что губы его снова коснулись ее. – Ты, ты…

Он провел языком по ее нижней губе, заставив рот раскрыться. С легким стоном она поддалась. И тогда он овладел ее ртом и разумом, наполнив и то и другое неутолимым желанием. Язык его ощущал нежную сладость ее языка и лишь сковывающие ее движения веревки мешали ей целиком обнять его. Внезапно она вспомнила, что Питер в любое мгновение может вернуться.

– Эвен, нам нужно остановиться!

Эвен остановился. Он убрал голову. Пролетели секунды, показавшиеся ей часами, а она все смотрела в его ослепительные глаза. На его лице медленно проступила улыбка. Сначала плавно приподнялись уголки его губ, потом веселые морщинки вокруг глаз проступили еще отчетливее, в глазах его заиграла возбужденная самоуверенность.

– Ведь надо же нам начать? Мы это оба знаем, правда, Холли?

Это было скорее утверждение, чем вопрос. И она это знала, более того, это была правда.

– Эвен…

Договорить ей не удалось. Неожиданно из-за дерева выскочил Питер и зазвонил брелок на поясе у Эвена.

– Холли, а ты знаешь, там у дяди Эвена наверху твоя фотография, та самая, которую Стюка Бука сделал, та, где ты без одежды, знаешь об этом, Холли?

Холли прокашлялась.

– Да, Питер, я это знаю. А теперь ты, раз получил свой выкуп, давай меня отвязывай, чтобы мы еще во что-нибудь поиграли.

– Идет, – сказал Питер, и засунув в карман мелочь, начал отвязывать Холли. – А можно мне теперь со шлангом поиграть, Паула уже кончила? – Паула подтянула трусики, и Эвен взял ее на руки. Холли подмигнула Эвену.

– Хорошую ты себе подружку завел?

– А где Банни, хочу Банни, – прошептала Паула, – протирая глазки.

– Банни – это ее кролик, – объяснила Холли. – Он у меня в коттедже. Может быть, ты отнесешь ее туда и уложишь в мою постель? Кстати, сможешь там и на телефонный звонок ответить с моего аппарата. А

я тем временем за Питером послежу, как он со шлангом играет.

Десятью минутами позже Холли на цыпочках прошла через свою жилую комнату и заглянула в спальню. Эвен как раз заканчивал укладывать Паулу и ее любимого Банни. Он уже включил оконный кондиционер и опустил жалюзи. В сумерках Холли смотрела, как он целует в голову ребенка.

– И Банни тоже, – попросила Паула.

– Конечно, Банни тоже, – ответил он и поцеловал одноухого плюшевого кролика. – Спи крепко, крошка, – прошептал он.

Холли видела, как он выпрямился, засунув руки в карманы. Он несколько секунд смотрел на засыпающего ребенка, потом вздохнул так громко, что Паула пошевелилась во сне. Он начал было задом пятиться из комнаты, потом, казалось, передумал и подошел к розетке. Встав на колени, он принялся исследовать ее. Холли пожала плечами по поводу столь спонтанно пришедшего ему в голову действия и вышла на веранду, чтобы дождаться его.

А что тут собственно удивляться, если он решил осмотреть розетку? В конце концов, он здесь хозяин.

Когда на веранде наконец появился Эвен, у него возник лишь один вопрос.

– Что с тобой стряслось?

– О, Питер обдал меня из шланга.

Она схватилась руками за щеки и осмотрела свое промокшее насквозь летнее платье.

– В основном спереди досталось.

– А майки у тебя внизу, конечно, нет?

– Смотри, какой умный, заметил.

Она указала ему на кресло напротив. Эвен сел в глубокие мягкие подушки старого резного кресла напротив качелей. Дождавшись, когда она сядет на качели, он поднял ноги и положил на сиденье рядом с ней.

– Меня вызывал один из клиентов, – сказал он. – Президент Стодорд Интеркор-порейтед. Он является владельцем двенадцати различных компаний, но самолеты по-прежнему предпочитает заказывать у нас.

– А что, какие-то трудности?

– Очень может быть. Пока что нам удавалось удовлетворить все его прихоти. К примеру, он настаивает, чтобы все пилоты, которые его возят, имели стаж не меньше двадцати пяти лет, чтобы волосы у них были седые и чтобы у них не было аллергии на собак.

Эвен согнул ноги в коленях и толкнул качели.

– Аллергия на собак, – повторила она негромко, – на собачью шерсть?

– Мистер Стодорд часто берет с собой линяющую собаку, которая по моим подсчетам давно должна была уже облысеть. А это скорее не собака, а старый, добрый четвероногий мешок с песком, который скулит при каждом взлете и посадке.

Она засмеялась взахлеб, как девочка, и это привело его в восторг.

– Как мне нравится, ты так рассказываешь, будто это не работа, а сплошное развлечение. А в чем же трудность?

– Мы ведем переговоры о продлении контракта с ним, и достоверные источники сообщают, что он подыскивает другую фирму по прокату самолетов. Ничего из ряда вон выходящего, конечно, нет, но мне бы хотелось быть на самой вершине. Кроме того, этот человек создает нам имидж, он столь консервативен, просто до педантизма.