Чтение онлайн

Дюра спросила: - Кто вы? Чего вы хотите?

Новоприбывший нахмурился. Он был примерно ровесником Лога, решила она.
– Кто я? Прошло много времени с тех пор, как меня спрашивали об этом. Меня зовут Мууб, моя дорогая. Я администратор этой больницы.
– Он с любопытством изучал ее.
– А ты - потоковая, не так ли?

– Нет, - сказала она, внезапно почувствовав, что ее тошнит от этого слова.
– Я человеческое существо.

Он улыбнулся.
– Действительно.
– Мууб взглянул на охранников, а затем повернулся к Тобе Микксаксу.
– Гражданин, что здесь происходит? Я не приветствую беспорядки в моей больнице; у нас и без этого хватает забот.

Тоба поклонился; казалось,

он дрожит. Его руки скользнули по передней части тела, как будто он внезапно смутился своего нижнего белья.
– Да. Мне очень жаль, сэр. Я Тоба Микксакс; я управляю потолочной фермой около тридцати метров отсюда, в восходящем потоке, и я...

– Продолжайте в том же духе, - мягко сказал Мууб.

– Я нашел раненого потокового... раненого человека. Я привез его сюда. Он в машине.

Мууб нахмурился. Затем он скользнул к машине и просунул голову и плечи в дверной проем. Дюра могла видеть, как администратор внимательно осматривает Адду. Казалось, он был очарован копьями и сетями человеческих существ, артефактами, которые использовались для изготовления импровизированных лубков для Адды.

Адда открыл один глаз.
– Отвали, - прошептал он Муубу.

Администратор изучал Адду, подумала Дюра, как можно рассматривать пиявку или поврежденного паука.

Мууб выбрался из машины.
– Этот человек серьезно ранен. Его правая рука...

– Я знаю, сэр, - несчастно сказал Тоба.
– Вот почему я подумал...

– Черт возьми, чувак, - беззлобно сказал Мууб, - как, по-твоему, они смогут заплатить? Они же из восходящего потока!

Тоба опустил голову.
– Сэр, - сказал он дрожащим, но твердым голосом, - здесь рынок. И женщина, и мальчик сильные и подтянутые. И они привыкли к тяжелой работе. Я нашел их в корке, они охотились в условиях, которых не выдержал бы ни один кули.
– Он замолчал, отвернувшись от остальных.

Мууб вытер испачканные пальцы о халат и рассеянно уставился в машину. Наконец он мягко сказал: - Хорошо. Вынеси его, гражданин Микксакс.... Охрана, помогите ему. И приведите женщину и мальчика. Приглядывай за ними, Микксакс; если они взбесятся или что-то испортят, я привлеку тебя к ответственности.

Страдание Микксакса, казалось, немного улеглось.
– Да, сэр. Спасибо.

В зал въехала еще одна машина, очевидно, доставлявшая новых пациентов для больницы; Мууб махнул рукой, на его лице отразилась усталая ответственность.

Тоба неохотно предложил Дюре и Фарру пожить у него дома в городе, пока травмы Адды будут лечить в больнице. Сначала Дюра отказалась, но Тоба бросил на нее раздраженный взгляд.
– У тебя нет выбора, - тяжело сказал он.
– Поверь мне. Если бы был выбор, я бы рассказал тебе об этом; у меня есть своя жизнь, к которой я должен вернуться, в конце концов... Послушай, тебе некуда идти, у тебя нет денег - даже одежды.

– Нам не нужна благотворительность.

– Благородные дикари, - кисло ответил Тоба.
– Ты знаешь, сколько времени потребуется, чтобы вас подобрали как бродяг? Ты видела охранников в больнице. И в больнице их выбирают специально за их теплое отношение к пациентам. Бродяги непопулярны. Как говорится, нет десятины комитету, нет и места в городе... Вы бы оказались на принудительных работах на ферме, управляемой комитетом, или того хуже, прежде чем смогли бы вернуться. И кто тогда будет оплачивать счета бедного старика Адды?

Дюра видела, что выбора действительно не было. На самом деле, подумала она, у них были все основания быть благодарными этому раздражительному маленькому человечку - если бы он не предложил приютить их, у них могли бы возникнуть настоящие трудности. Поэтому она кивнула и смущенно попыталась сформулировать

фразу благодарности.

Тоба сказал: - О, просто садись в машину.

Тоба повез их по все еще многолюдным улицам прочь от больницы. Улицы - обшитые деревом коридоры разной ширины - были для Дюры запутанным лабиринтом, и после нескольких поворотов она потеряла ориентацию. Повсюду были машины и люди, и не раз упряжка воздушных свиней Тобы почти сталкивалась с другими, заставляя Тобу натягивать поводья. Раздавались голоса, усиленные акустикой. Здесь, в городе, Тоба ехал с открытой дверью машины. Воздух на улицах был шумным, густым, горячим и насыщенным вонью людей и воздушных свиней; яркие лучи пробивались сквозь пыль и зеленые облака реактивных газов.

Наконец они оставили позади самые оживленные улицы и оказались в районе, который казался более тихим - не таким заполненным мчащимися машинами и воющими свиньями. Улицы-коридоры здесь были широкими и вдоль них тянулись ряды аккуратных дверей и окон, которые обозначали небольшие жилые помещения. Очевидно, при постройке они были практически идентичны, но теперь их владельцы придали им уникальность: маленькие растения в круглых корзинах у окон, искусная резьба на дверных проемах и другие небольшие изменения. Многие из вырезанных сцен изображали мантию за городом: Дюра узнала вихревые линии, корковые деревья, людей, радостно машущих руками в чистом воздухе. Как странно, что эти люди, все еще тоскующие по открытому воздуху, запираются в этой душной деревянной коробке.

Тоба натянул поводья и плавно повел машину через широкие открытые ворота к месту, которое он описал как "аэростоянку". Он притормозил.
– Конец поездки.
– Дюра и Фарр в замешательстве уставились на него.
– Давайте. Двигайтесь. Боюсь, отсюда вам придется плыть.

Аэростоянка представляла собой большое грязное помещение, стены которого были испачканы свиными экскрементами и расколоты от многочисленных столкновений. В воздухе висело с полдюжины оставленных аэромобилей, а на большой территории, огороженной неплотно натянутой сеткой, толпились тридцать или сорок свиней. Дюра заметила, что животные казались вполне довольными; они медленно карабкались друг по другу, с удовольствием жуя плавающие в воздухе кусочки пищи.

Тоба ослабил ремни вокруг своих свиней и повел их одну за другой к огороженной зоне. Он умело провел свиней через приподнятый клапан сетки, каждый раз тщательно закрывая его за собой.

Закончив, он вытер руки о свои короткие нижние штаны.
– Вот и все. Скоро кто-нибудь зайдет покормить и почистить их.
– Он шмыгнул носом, вглядываясь в грязные стены аэростоянки.
– Убогое местечко, не правда ли? И вы не поверите, какие сборы за него каждый квартал. Но что можно сделать? С тех пор, как вышли постановления, запрещающие парковку на улицах, стало невозможно найти место. Конечно, не то, чтобы это, кажется, останавливало многих людей...

Дюра напряглась, чтобы уследить за этим. Но, как и большая часть разговора Тобы, это было в значительной степени бессмысленно для нее и, как она подозревала, в любом случае содержало мало важной информации.

Через некоторое время, не получив ответа от молчаливых, пристально смотрящих человеческих существ, Тоба затих. Он вывел их с аэростоянки на улицу.

Дюра и Фарр последовали за хозяином по извилистым улочкам. Здесь было странно трудно грести рукой; возможно, снаружи магнитное поле было не таким сильным. Дюра остро ощущала присутствие людей вокруг нее, незнакомцев за этими странно одинаковыми дверными проемами и окнами. Время от времени она замечала худые лица, смотревшие на них, когда они проходили мимо. Взгляды жителей Парца, казалось, сверлили ей спину, и было трудно не обернуться, чтобы противостоять невидимым угрозам позади нее.