Чтение онлайн

Дюра принюхалась. Сладкий запах стал еще сильнее.
– Что это?

– Свиной пердеж, конечно. Надушенный, естественно...

Они мягко опустились на проспект, делая легкие гребки. Дюра почувствовала себя смущенной неловким молчанием, возникшим между ней и этой доброй женщиной, но между ними было так мало общего.

– Почему ты живешь в городе?
– спросила Дюра.
– Я имею в виду, когда ферма Тобы так далеко...

– Ну, у меня есть своя работа, - сказал Ито.
– Ферма большая, но находится в бедной зоне. Прямо на окраине внутренних районов, так близко к восходящему потоку, что даже кули трудно заставить там работать из-за страха...
– Она остановилась.

– Из-за страха перед потоковыми. Все в порядке.

–

Ферма приносит не так много, как следовало бы. И все, кажется, стоит так дорого...

– Но ты могла бы жить на своей ферме.
– Мысль об этом понравилась Дюре. Ей нравилась идея оказаться на открытом воздухе, вдали от этого душного муравейника - и в то же время быть окруженной зоной возделывания, порядка; знать, что зона твоего контроля простирается на многие сотни человеческих ростов вокруг тебя.

– Возможно, - неохотно согласилась Ито.
– Но кто хочет заниматься натуральным хозяйством? И еще нужно подумать об обучении Криса.

– Ты могла бы учить его сама.

Ито терпеливо покачала головой.
– Нет, дорогая, не так хорошо, как профессионалы. И их можно найти только здесь, в городе.
– К ней вернулся вид усталой, измученной заботами женщины.
– И я полна решимости, чтобы Крис получил лучшее образование, которое мы можем себе позволить. И будет придерживаться этого до конца, несмотря на его мечты о серфинге.

Серфинг?

Дюра замолчала, пытаясь разобраться во всем этом.

Ито просияла.
– Кроме того, при всем уважении к тебе и твоим людям, дорогая, я бы не хотела жить на какой-нибудь отдаленной ферме, когда меня могло бы окружать все это. Магазины, театры, библиотеки в университете...
– Она с любопытством посмотрела на Дюру.
– Я знаю, все это кажется тебе странным, но разве ты не чувствуешь здесь кайф жизни? И если бы однажды мы могли переехать немного дальше вверх...

– Вверх?

– Ближе к дворцу.
– Ито указала вверх, в ту сторону, откуда они пришли.
– В верхней части города. Вся эта часть города, над рынком, перевернута.

– И под рынком...

Ито моргнула.
– Ну, там, конечно, нижний город. Где находится гавань, и динамомашины, и грузовые порты, и канализационные стоки.
– Она фыркнула.
– Никто не стал бы жить там по своей воле.

Дюра терпеливо гребла рукой, непривычная одежда царапала ее ноги и спину.

По мере того как они спускались, стены Пэлл-Мэлл отгибались от них, словно открывающаяся глотка, и проспект плавно переходил в рынок. Это было сферическое помещение, возможно, вдвое шире самой Пэлл-Мэлл. Рынок, казалось, был конечной точкой дюжины улиц - не только торгового центра, - и через него постоянно проходили транспортные потоки. Машины и люди хаотично наталкивались друг на друга; в пыли и шуме Дюра видела, как водители высовывались из своих машин, выкрикивая друг другу непонятные ругательства. Здесь были магазины, но это были просто маленькие, ярко раскрашенные киоски, расположенные рядами по всему залу. Продавцы сновали по всем углам, размахивая своими товарами и крича проходящим покупателям.

В центре рынка стояло деревянное колесо диаметром примерно в рост человека. Оно было установлено на огромном деревянном веретене, которое пересекало зал из стороны в сторону, прорезая беспорядочные прилавки; веретено, должно быть, было вырезано из цельного куска дерева, подумала Дюра, и ей стало интересно, как плотникам удалось доставить его сюда, в сердце города. У колеса было пять спиц, с которых свисали веревки. Форма колеса показалась Дюре смутно знакомой, и после недолгого раздумья она вспомнила странный маленький талисман, который Тоба носил на шее: человек, распростертый на колесе. Разве оно тоже не было с пятью спицами?

Ито сказала: - Разве это не здорово? Эти маленькие киоски выглядят не слишком привлекательно, но тут можно получить реальные скидки. К тому же товары хорошего качества...

Дюра обнаружила, что пятится назад, к торговому центру,

из которого они вышли. Здесь, прямо в центре этого огромного города, шум, жара и постоянное движение, казалось, окружали ее, угрожая захлестнуть с головой.

Ито последовала за ней и взяла ее за руку.
– Пойдем, - сказала она.
– Давай найдем место потише и что-нибудь съедим.

В комнате Криса царил беспорядок. Скомканная одежда, вся кричаще раскрашенная, парила в воздухе, как сброшенная кожа; из-под одежды торчали пустые бутылки с краской для волос, поблескивая в свете лампы. Крис уверенно прокладывал себе путь в этой трясине, отбрасывая одежду с дороги. Фарру было не так-то просто войти в комнату. Тесное пространство, одежда, мягко касающаяся его тела, вызвали у него острое чувство клаустрофобии.

Крис неправильно истолковал его замешательство.
– Извини за беспорядок. Мои родители меня за это ругают. Но, похоже, я просто не могу разобраться во всем этом барахле.
– Он опрокинулся назад в воздухе и обеими ногами врезался в груду одежды; одежда скомкалась в комок и сжалась в одном углу, отчего воздух стал немного чище; но даже пока Фарр наблюдал, одежда медленно расползалась, вслепую протягивая пустые рукава.

Фарр огляделся, гадая, что он должен был сказать.
– Некоторые из твоих вещей - привлекательны.

Крис бросил на него странный взгляд.
– Привлекательны. Да. Ну, они и вполовину не так привлекательны, как могли бы быть, будь у нас чуть больше свободных денег. Но времена сейчас тяжелые. Они всегда тяжелые.
– Он снова нырнул в свертки с одеждой, раздвигая их руками, очевидно, что-то разыскивая.
– Полагаю, там, где ты вырос, деньги ничего не значат.

– Да, - сказал Фарр, все еще не уверенный, что такое деньги на самом деле. Странно, но он услышал зависть в голосе Криса.

Крис извлек что-то из облака одежды: доску, тонкий лист дерева длиной примерно в рост человека. Ее края были закруглены, а поверхность, хотя и с бороздками для захвата, была тщательно обработана и отполирована так хорошо, что Фарр мог видеть в ней свое отражение. В дерево были вставлены тонкие полоски из какого-то блестящего материала. Крис любовно провел рукой по доске; Фарру показалось, что он словно ласкает кожу любимого человека. Крис сказал: - Звучит здорово.

– Что значит?

– Жизнь в восходящем потоке.
– Крис неуверенно посмотрел на Фарра.

И снова Фарр не знал, что ответить. Он оглядел комнату Криса, полную вещей - Фарр был готов поспорить, что ничего из этого он не сделал сам - и позволил своему взгляду задержаться на коренастой, упитанной фигуре Криса.

– Я имею в виду, ты там такой свободный.
– Крис провел рукой по краю своей полированной доски.
– Послушай, через год я заканчиваю учебу в школе. И что потом? У моих родителей нет денег на дополнительное образование - чтобы отправить меня, может быть, в университет или медицинский колледж. В любом случае, у меня не хватает мозгов ни на что из этого.
– Он засмеялся, как будто гордился этим фактом.
– Для кого-то вроде меня здесь есть только три варианта.
– Он пересчитал их на своих пальцах без мозолей.
– Если ты глуп, то в конечном итоге окажешься в гавани, вылавливая вещество сердцевины из недр мантии - или, может быть, сможешь работать лесорубом, или можешь оказаться на канализационных стоках. Что угодно. Но если ты немного умнее, ты мог бы поступить на государственную службу, куда-нибудь. Или - если ты ничего из этого не выносишь, если ты не хочешь работать на комитет - ты можешь пойти своим путем. Открыть киоск на рынке. Или работать на потолочной ферме, как мой отец, или строить машины, как моя мать. И проводить свою жизнь, изнуряя себя работой и отдавая большую часть своих денег в виде десятины комитету.
– Он пожал плечами, вцепившись в свою доску; его голос был тяжелым от уныния, от усталости от мира.
– И это все. Не такой уж большой выбор, не так ли?