Партиалы
Шрифт:
— Отсюда мы можем пойти пешком, — сказала Кира. Но солдат в повозке покачал головой.
— Мкеле желает выслушать каждого из вас, не только торговца.
«Выслушать», — подумала Кира. Иными словами «вежливо допросить».
— Кто такой Мкеле?
— Разведка, — ответил солдат. — Управление было шокировано вашими новостями. Думаю, они просто надеются, что вам известно что-то важное.
Он помог им спуститься вниз с повозки и проводил в здание старой электростанции. Молодой парень в полном обмундировании провел Киру в небольшую комнату и оставил там, закрыв за собой
Кира услышала щелчок запираемого замка.
Комната была небольшой и без всяких прикрас, хотя Кира увидела на выцветшем линолеуме следы от вынесенной мебели. Грубые очертания столов и книжных полок покрывали пол, словно в призрачном офисе, остаточное изображение прежних времен. В комнате не было стола, но в дальнем углу стояли два кресла.
Она сидела и ждала, готовясь к разговору. Она прорабатывала сценарий с разных сторон и звучал он весьма блестяще. Но ожидание затягивалось, ее искусная тирада уже сводилась к незаконному лишению свободы для непонятного допроса. В конце концов, ей стало скучно и она перестала об этом думать.
На стене висели старинные круглые часы с маленькими черными стрелочками, и Кире стало в очередной раз интересно, как они вообще работают. Похожие часы были у нее дома, правда посимпатичнее, чем эти, видимо у того, кто жил там до нее, до Раскола, была особая любовь к стеклу. Очевидно было, что эти стрелочки должны двигаться, если завести часы, но все-таки цифровые часы требовали меньше энергии, так что других она почти не видела.
Ну или почти не помнила. Были ли у ее отца такие круглые часы со стрелочками? Глупо, конечно, но она даже на знала, как называются такие часы — странно, что такая распространенная вещь не упоминается в словарях. Но как она ни старалась, она не могла вспомнить видела ли когда-нибудь такие часы работающими, или училась ли как их заводить, или слышала ли, как они называются. Они были лишь пережитком умершей культуры.
Большая стрелочка указывала на десять, маленькая находилась между двойкой и тройкой. Десять или два с половиной? Она пожала плечами. Часы остановились ровно в десять или два с половиной. Что-то вроде этого. Она поднялась, чтобы изучить их. Должно быть они были привинчены к стене, иначе они бы упали.
Открылась дверь и вошел мужчина, Кира узнала в нем того странного человека с собрания. Ему было около сорока. Кожа у него была темнее, чем у Киры. Скорее, африканская, подумала она, в то время как у нее была индийская.
— Добрый вечер, мисс Уокер, — он закрыл за собой дверь и протянул руку; Кира встала и пожала ее.
— Наконец-то.
— Мои глубочайшие извинения за то, что вам пришлось так долго ждать. Меня зовут мистер Мкеле, — он указал Кире на стул, поставил другой на расстоянии нескольких футов и сел. — Пожалуйста, присаживайтесь.
— У вас нет никакого права держать меня здесь…
— Мне жаль, если у вас сложилось подобное впечатление, — сказал Мкеле. — Мы не задерживали вас, это было просто мое желание, чтобы вы были в безопасности, пока ждете. Вам принесли еды?
— Мне ничего не приносили.
— Вам должны были принести еды. Опять же, примите мои извинения.
Кира
— Почему, мистер…? — спросила она. — У вас есть звание?
— Я не военный, мисс Уокер.
— Вы находитесь на военном объекте.
— Так же как и вы.
Кира сохраняла невозмутимое выражение лица, пытаясь не нахмуриться. Что-то в этом мужчине раздражало ее. Он ничего такого не сделал, наоборот, говорил с ней спокойно, прям воплощение вежливости и учтивости, и тем не менее… она не могла понять, что именно. Кира взглянула на стул, который он предложил, но осталась стоять, скрестив руки на груди.
— Вы говорите, что заперли меня здесь, чтобы уберечь от опасности. Какой именно?
Мужчина удивленно поднял брови.
— Интересный вопрос от человека, который только вернулся с заброшенной территории. Насколько я понял, кто-то пытался взорвать вас пару дней назад.
— Не меня лично, но, в принципе, да.
— Мое официальное звание, Мисс Уокер, — глава разведывательного управления, не только на военных объектах, но на всем острове, что практически означает, что я являюсь главой разведки всего человечества. Сейчас в мои обязанности входит убедиться, что человечество будет существовать завтра; поэтому я и узнаю факты. Обдумайте, если желаете, то, что нам известно сейчас. Он поднял свою руку и начал загибать пальцы.
— Во-первых, кто-то, вероятнее всего Голос, или еще хуже Партиалы, с успехом провели нападение на войска Ист Мидоу. Во-вторых, этот кто-то неплохо разбирается во взрывчатках и, возможно, в радио технологиях. В-третьих, при нападении были убиты минимум трое. Так что, отдавая должное этим небольшим знаниям, что мы имеем, думаю, вы согласитесь, что то, что нам еще не известно, вызывает, мягко говоря, беспокойство.
— Ну да, — кивнула Кира, соглашаясь, — разумеется. Но я больше не на заброшенной територии, я — на военной базе. Это же дает какие-то гарантии безопасности.
Мкеле расслабленно на нее посмотрел:
— Вы когда-нибудь видели Партиалов, мисс Уокер?
— Лично? Нет. Во время войны мне было всего пять, а их никто не видел с тех пор.
— Откуда такая уверенность?
Кира нахмурилась:
— Что вы имеете в виду? Никто годами их не видел, они… ну, я жива, так что никто из них меня тоже не встречал.
— Предположим, — сказал мистер Мкеле, — только на минуту, что, что бы Партиалы не планировали, это несколько значимее, чем убийство подростка.
— Как-то оскорбительно звучит.
— Прошу прощения.
— Так вот к чему всё это, — сказала Кира раздраженным тоном. — Партиалы? Серьезно? Разве у нас нет более насущных проблем?
— Если Партиалы замышляли что-то масштабнее, — сказал Мкеле, игнорируя ее вопрос, — скрытую атаку на нас или наши ресурсы, или любые другие аспекты нашей жизни, самым действенным было бы проникнуть в нашу среду. Они выглядят, как мы; они могли бы разгуливать среди нас, не боясь быть разоблаченными. Вы же врач, Вы должны знать это как никто другой.