Партиалы
Шрифт:
— Здесь около тридцати миль, — сказала Юн, — а лошади и так уже уставшие. Они не смогут преодолеть расстояние за раз.
— Они могут идти еще по крайней мере час, — ответил Джейден. — Вы все равно засветло не успеете. Отправляйтесь так далеко, как возможно, затем дайте лошадям отдохнуть до рассвета.
— Нам не нужно возвращаться в Ист Мидоу, — сказала Джианна. — Есть ферма к западу отсюда, и еще несколько к востоку. Они намного ближе, чем тридцать миль, Ланье сможет получить помощь быстрее.
— Наша карта была в той части повозки, которая взорвалась, —
— Они не колхозники, — сказала Джианна. — Многие из них пообразованней тебя будут…
— Их замечательное образование ничем нам не поможет, пока у нас нет карты, чтобы их найти, — произнесла Кира. Зачем Джианне ругаться именно в такое время. — Ист Мидоу — наша лучшая цель, мы можем двигаться по главным дорогам.
— Ланье вряд ли выдержит такой путь, — сказала Джианна. — Точно не с таким переломом. На фермах есть больницы, как у нас.
— Не как у нас, — ответила Кира. — И нет, Ланье не умрет по дороге. Может у тебя есть медицинское образование, о котором ты не упомянула?
— Любой может заметить…
— Любой может заметить, что он плох, — спокойно сказал Маркус, — но мы наложили шину, забинтовали его. Я могу вколоть ему такое количество обезболивающего, что ему покажется, будто он летит домой на волшебной радуге из карамели. Ему можно только позавидовать.
— Паттерсон, Юн, вы идете на юг в Ист Мидоу, — твердо сказал Джейден. — Остальные идут туда же, но, — он взглянул на Джианну, — если мы будем проходить через ферму, заставу или еще что-нибудь, мы сможем реквизировать другую повозку.
— У вас недостаточно полномочий, чтобы реквизировать повозку, — отрезала Джианна.
— А у вас нет полномочий, чтобы не подчиняться мои приказам, — сказал Джейден. — Это военная операция, которая находится на данный момент в чрезвычайном положении. И я доставлю вас домой таким способом, какой считаю лучшим, даже если вколю вам такое же количество наркоты как и Ланье. Все ясно?
— Разве это то, к чему мы стремимся? — спросила Джианна. — Это ли наш новый храбрый мир, когда вырастают чумные младенцы и приводят в движение нечто?
Джейден не дрогнул:
— Я спросил, все ли ясно.
— Абсолютно, — сказала Джианна. — Давайте вернемся в рай.
Джейден поднялся и группы рассредоточились, собирая свое снаряжение и готовясь к походу. Кира взяла Джейдена за руку и потянула назад.
— Мы не можем их просто так оставить, — сказала она. — Я не говорю о мертвых лошадях, конечно, а о трех телах в том доме. Как мы собираемся доставить их домой?
— Мы можем потом вернуться за ними.
— Я насчитала шесть одичавших кошек, которые шли за нами, пока у вас было маленькое совещание, а в той клинике, где мы были, весьма большая стая собак устроила себе дом. Если мы оставим там три тела, нам нечего будет забирать потом.
Глаза Джейдена были холодными:
— Что ты хочешь, чтобы я сделал, Уокер? Мы не можем нести их, у нас нет времени, чтобы похоронить их. Мы вернемся с подмогой для расследования произошедшего и восстановления
— Десять минут, — сказала Кира. — Мы можем уделить им это время.
— Думаешь, что сможешь похоронить их за десять минут?
— Они и так уже наполовину похоронены.
Кира внимательно на него посмотрела, потом пожала плечами и кивнула:
— У тебя есть обязанность. Я помогу тебе.
В дополнение к Эндрю Тернеру взрыв убил двух солдат, их тела аккуратно лежали возле дома. Мужчина и женщина. На самом деле мальчик и девочка, наверное, не старше шестнадцати лет. Девушка, может быть, была даже моложе, но Кира не могла точно сказать. Она с серьезным видом стояла над ними, задумываясь над тем, кем они были: как они веселились, с кем они жили, как они оказались здесь. Она даже не знала их имен. Джейден взял девушку под руки, Кира за ноги, и они бережно понесли ее через руины. Самым глубоким отверстием была дыра, которую они проковыряли, чтобы спасти Тернера. Они опустили тело девушки вниз настолько осторожно, насколько могли, проталкивая ее в нишу за каминные камни. К настоящему времени другие солдаты уже закончили свои дела и пришли, чтобы помочь, аккуратно неся парня и опуская его тело тоже вниз. Оцепенев, Кира наблюдала за тем, как Джейден и рядовой Браун расшатали последнюю оставшуюся стену и обрушили ее на отверстие, закрывая тела.
Когда стена рухнула, Кира ощутила, как у нее разрывается сердце. Этого было недостаточно. Хорошо, что они похоронили их, но они заслуживали большего. Кира попыталась что-то сказать, но было очень много лениво оседающих облаков пыли из-за обломков, так что она не смогла произнести ни слова.
Маркус посмотрел на нее, в его глазах отражалась боль и нежность. Он взглянул на Джейдена:
— Нужно ли что-то сказать?
Джейден пожал плечами:
— Прощайте?
— Хорошо, — сказал Маркус, выступая вперед. — Думаю, я могу сказать. Кто-нибудь знает, какую веру они исповедовали?
— Не очень правильную, — прошептала Джианна.
— Майя была христианкой, — сказал Спаркс. — Не уверен, правда какого рода. Роб — буддистом. Я мало знаком с гражданской жизнью.
Маркус оглянулся, но никто ничего не знал.
— Не самое простое сочетание для работы, — сказал Маркус. — Тогда, как на счет такого — я думаю, я могу вспомнить кое-что из старой поэмы, которую мы учили в школе. — Он выпрямился, устремив глаза вдаль, а солдаты склонили головы. Кира перевела взгляд на кучу кирпича, от которого все еще поднималась пыль.
— Смерть, не гордись, — произнес Маркус, — что кто-то называл тебя великой и ужасной. — Он замолчал, задумавшись. — Я разделю так: Ты раб судьбы, случайности, раб королей, отчаянных, но можешь ты… не убивать меня. Уснув на краткий миг, очнемся неизменно, и смерть тогда отступит непременно.
Джейден посмотрел на Маркуса:
— Думаешь, они очнутся? Вот так запросто?
— Это просто старая поэма, — сказал Маркус.
— Где бы они не очнулись, — сказал Джейден, — там становится чертовски тесно.