Чтение онлайн

– Да, сэр – конечно, помню. Мы вместе работали в бразильском лагере.

– Да-да, я имел в виду… О, не бери в голову.

Акерман бросил окрест нервозный взгляд.

– Не войдете ли, сэр? – он чуточку повернулся, жестом приглашая в комнату, взглядом избегая Бестера.

– Нет, Жюстин. Но мне нужно, чтобы ты пошел со мной.

– Зачем?

– Ты давно знаешь меня, Жюстин. Ты когда-нибудь задавал мне вопросы? Это важно.

– Но, сэр, я уже собирался спать. Уже поздно, и я…

– Пожалуйста. Прошу тебя как старый друг, а не как старый командир.

Акерман

помедлил еще секунду. Бестер мог ощутить его страх и любопытство.

– Позвольте мне одеться.

Консьержа не было на месте. Бестер навел на него дремоту, ему в любом случае нужно было кое-что проделать.

Воздух был теплым, когда они шли через полуночный город, пока наконец не пришли на набережную Сены. Далеко слева Эйфелева башня выделялась своим старинным силуэтом на фоне освещенного городскими огнями подбрюшья облаков. Они выглядели, подумал Бестер, как серные облака на Хериге 3, тяжелыми и ядовитыми.

– Присядем, – сказал Бестер, опускаясь на причал. Вдалеке от сердца города было безмолвно.

Акерман сел с опаской.

– Я не могу поверить, что вы на Земле, сэр, – осмелился произнести он. – Вам здесь быть опасно. – Он остановился, посмотрев на руки Бестера. – Особенно если вы продолжаете носить эти перчатки. Мы их больше не носим.

Бестер усмехнулся.

– Мне опасно находиться везде, – сказал он, следя за лодочкой, почти беззвучно двигавшейся вверх по стеклянно-черной поверхности Сены. – Я почти везде пытался. Маленькие колонии. Негуманоидные миры. Я провел почти год на одной из своих баз – на астероиде, чуть не спятил в этой тюрьме. Они все время находили меня. Может, они и здесь найдут меня, а может – нет.

Когда я решил приехать сюда, я думал, что Земля – мой лучший шанс. И все еще думаю. Но я пришел спросить у тебя, Жюстин – известно ли тебе место? Какое-нибудь, куда они никогда не заглянут, куда я мог бы отправиться, где мог бы спокойно дожить свою жизнь?

Жюстин опустил голову.

– Подумай хорошенько, Жюстин. Это очень важно для меня.

– Нет, сэр. Они желают вам зла. Мне не приходит на ум никакое место.

– Что ж. Я попытался. Был маленький шанс, что ты придумаешь что-нибудь, чего я не придумал. И я дал тебе этот шанс.

– Мистер Бестер, пожалуйста… – Акерман собирался перевести взгляд на Бестера, но так и не увидел его. Бестер уже приставил к голове Акермана дуло пистолета и нажал на курок. Оружие вздохнуло, вздохнуло снова. Акерман – тоже, пока малокалиберные пули рикошетили внутри его черепа, кромсая его мозг, но не оставляя ни выходных отверстий, ни отвратительных брызг крови.

Акерман покачнулся и стал оседать. Бестер подхватил его и удержал прямо, затем достал из кармана пластиковый пакет и резиновую ленту и укрепил пакет на голове у Акермана. Это будет предохранять от малейшего попадания крови на что-либо.

Пластик втянулся от вдоха Акермана, и его грудь напрягалась понапрасну следующую минуту или около того. Бестер оградил себя непроницаемыми блоками – он не хотел чувствовать смерть Акермана. Он делал это слишком часто за свою

жизнь – однажды он понял, что это стоило ему души.

Он получил душу назад и не собирался рисковать ею снова – не теперь. Когда он убедился, что Акерман умер, он снял пакет. Затем, почти

бережно, он столкнул его в реку. Тело утонуло, уносимое течением. Оно снова всплывет, конечно, но, как в любом большом земном городе, людей в Париже убивали каждый день и каждую ночь. Оно пополнит собой статистику, ничего более. Ничто не связывало его с Альфредом Бестером, тем паче с Клодом Кауфманом.

По пути обратно домой он начал набрасывать в голове первую главу своей книги. Это помогло. Когда, позднее, он пришел на место, его уныние смягчилось до меланхолии.

Бестер перестал печатать, остановившись на середине фразы, улыбка появилась на его лице.

Луиза дома! Он мог ощущать, как она входит в парадную дверь, зефир, бриз запахов меда и красок. Он оставил свою работу и поспешил вниз по лестнице. Когда он появился в кафе, Луиза была уже там, едва опустившая на пол багаж.

– Клод! – ее улыбка, казалось, вспыхнула на лице, и мгновением позже он уже держал ее в своих объятиях. Напряженность улетучилась, как только он почувствовал ее надежное тепло, сомнения спрятались обратно в его подсознание. За это можно отдать что угодно.

Она поцеловала его в губы скоро, но горячо.

– Ты готов? – спросила она.

– Готов к чему?

– Просто возьми меня за руку и скажи, что любишь меня.

– Я люблю тебя. Что…

– Так вы, должно быть, Клод.

Он повернулся на звук несколько неодобрительного женского голоса.

– Да, это он, – сказала Луиза весело. – Клод, знакомься – майор Женевьева Буэ, моя сестра.

Бестер улыбнулся высокой брюнетке со всем фальшивым обаянием, какое мог изобразить. Луизе необязательно было называть ее ранг – он достаточно явствовал из ее военной формы. Он разглядел черты Луизы в ее серьезном, неглупом лице, но никогда бы не догадался, что они сестры.

– Рад знакомству, – пробормотал он, пожимая ей руку. Ее пожатие было крепким, а мысли, которые затопили его сознание при прикосновении, были упорядочены и ясны. Недовольство действительно было, но порождалось по большей части заботой о Луизе – майор не хотела увидеть свою сестру вновь страдающей. К его громадному облегчению, он не почувствовал ни намека на узнавание.

– Я также, – сказала майор. – Должна сказать, мистер Кауфман, вам придется соответствовать. Луиза трещала о вас, будто школьница, чего с ней никогда не бывало.

– Хорошо, я постараюсь, – отозвался он. – Если у меня когда-нибудь и были ожидания, ради которых стоило бы жить, то их мне подарила Луиза. Кстати, она не называла мне ваш чин. Я весьма впечатлен.

– Нет нужды. Последние десять лет нанесли урон офицерскому составу, и продвижения обесценились.

– Судя по тому, что рассказывала мне Луиза, я думаю, вы скромничаете. Вы ведь служили в личной охране Кларка?