Монастырь
Шрифт:
– Стоять, сир.
Дорогу им преградил сир Гвалтер с мечом в руке. Глаза его сверкали из прорези шлема.
* * *
Эдвин сидел за камнем, поглаживая рукоять длинного тесака, и пытался понять, что происходит.
За час до того Каменные Волки вдруг переполошились: столпились в кучу и принялись что-то бурно обсуждать. Их действительно оказалось около двадцати, как и говорил Диан. Днем раньше, вскоре после того, как Эдвина с тремя другими пленниками погнали из Лутдаха, к ним присоединились оставшиеся,
– Всех переубивали, – сообщил Гесим, задыхаясь на ходу, – вон того мужика взяли и еще Мэйвин, дочку хозяйскую.
– Где ж она?
– Где, где… – Гесим хмуро покачал головой. – Известно, где. Кончили они ее. После того, как натешились вдоволь. Она так орала… а они стояли вокруг да ржали. Потом она пошла, шатаясь, а у нее кровь между ногами хлещет. Вот один взял, да глотку ей перерезал.
Эдвин вздрогнул. Бедная девушка.
– А вторая? Теа, светленькая такая? С ней что?
– Не видел. Может, спряталась, а может, тоже – того.
Посовещавшись, горцы ушли, оставив пленников под надзором одного охранника, который уселся перед костром и вскоре, похоже, начал подремывать.
– Гесим, давай…
Эдвин придвинулся поближе к своему товарищу, нащупав связанными сзади руками узел на его запястьях. Тот кивнул.
– Дурачье, – зашипел Диан, – заметит – мало не покажется.
– Молчи, – грозно процедил сквозь зубы Эдвин.
Спустя всего несколько минут ему удалось развязать веревку: она была толстая, а запястья у Гесима, слава богам – тонкие. Пыхтя от натуги, Гесим в свою очередь ослабил узел на руках Эдвина.
Остальные пленники смотрели на них во все глаза.
– Эй, – прошептал Диан, – а нас?
– Тс-с…
Горец у костра действительно спал. Его голова сильно склонилась на грудь, а сам он время от времени пошатывался, пытаясь сохранить равновесие.
Едва дыша, Эдвин поднялся и, прихватив камень размером с два кулака, подкрался к нему со спины. Охранник так ничего и не услышал и плавно завалился на бок после того, как Эдвин с силой ударил его по затылку. Гесим мгновенно подскочил и, выдернув из-за пояса упавшего тесак, вонзил его горцу в живот. Тело дернулось пару раз и затихло.
– Ну, ты… даешь, – пробормотал Эдвин.
– Туда ему и дорога. – Гесим весь дрожал. – Это тот самый гад, что Мэйвин порешил.
Эдвин кивнул. Забрав у мертвеца еще и нож, он вернулся к пленникам и разрезал веревки.
– Бежим, – задыхаясь от волнения, сказал Диан.
– Куда?
– В лес. Куда ж еще? А поутру видно будет, куда дальше.
Он принялся помогать Кейле и остальным.
Раздумывая, Эдвин помотал головой.
– Нет. В горах заблудимся. Похоже, за нами погоня была.
– И что?
– Раз так, надо к своим бежать. Назад.
– С ума сошел! – пожал плечами крестьянин, тот, которого захватили в «Северной
– Как знаете… – Эдвин торопливо взглянул на Гесима. – Ты?..
– Я с тобой.
Кивнув на прощание товарищам по несчастью, Эдвин побежал по тропке. Тесак он забрал себе и еще прихватил по дороге заплечный мешок убитого горца. Гесим ринулся вслед за ним, крепко сжимая в руке нож.
Спустя всего полчаса они сидели, притаившись, на вершине небольшой скалы и наблюдали за тем, что происходит внизу.
– Что там такое? – недоуменно прошептал Гесим. – Кто с кем?
– Тихо…
Эдвин осторожно высунул голову. Внизу, у подножия скалы, двое держали под руки третьего, раненого, а им преграждал дорогу солдат в полном вооружении, направив вперед острие огромного клеймора.
– Что это значит, Гвалтер? – спросил один из тех троих, молодой черноволосый мужчина с мечом в руке.
Солдат с клеймором – судя по всему, вопрос был обращен именно к нему – словно играючи качнул длинным лезвием.
– То, что вы проиграли, сир Элла. Вас убили горцы. И в доказательство этого я должен доставить сиру Ронану ваш перстень.
Тот, кого назвали Эллой, стоял, не отводя взгляда от клинка, направленного ему в грудь. В руке он держал меч куда короче того, что был у его противника. И на другом плече черноволосого мешком висел раненый. Не получится, напряженно подумал Эдвин, пытаясь оценить его шансы. Ни в сторону отпрыгнуть, ни раненого скинуть – быстро не выйдет.
Солдат сделал стремительный выпад. Черноволосый дернулся, уворачиваясь и сбрасывая с себя ношу, но зацепился ногой за корень и упал на спину. Солдат взмахнул своим клинком.
В то же самое мгновение – Эдвин вздрогнул от неожиданности – из-за ближнего дерева, визжа то ли от страха, то ли от ярости, на солдата кинулась женщина с кинжалом в руке. Кинжал ее сломался, напоровшись на кольчугу, а саму ее Гвалтер, как мелкую собачонку, ударом кулака сшиб на землю. Женщина упала без сознания, широко раскинув руки.
Сердце подпрыгнуло в груди у Эдвина. Теа! Ни секунды не раздумывая, он спрыгнул вниз. Удар тесака пришелся прямо по кисти Гвалтера. Солдат взвыл от боли и упал под тяжестью Эдвинова тела. Краем глаза Эдвин заметил, как тот черноволосый, Элла, вскочил на ноги и, подобно хищной кошке бросившись вперед, с силой вонзил клинок в горло Гвалтера. Кровь брызнула фонтаном.
– Кто ты? – прерывистым голосом спросил Элла, наставив на Эдвина меч. Глаза у Эллы были чернее волос.
Алая капля с острия, медленно вытянувшись, упала Эдвину на грудь. Боясь пошевелиться, он указал взглядом на лежащую без сознания Теа.
– Я ее знаю. Она из «Северной Звезды».
Элла смотрел на него долго, целую вечность. Затем вложил клинок в ножны.
– Хорошо.
Элла опустился на одно колено рядом с бездыханным телом Оуэна. Помолчал немного и прикрыл ему глаза. Затем поднялся, кивком указав на лежащую Теа.