Чтение онлайн

Вдруг упырь зашипел, обнажив ещё больше зубов. А затем и вовсе издал протяжный свист, местами срывающийся на ультразвук.

— Не к добру это, — покачал головой Ван и, увидев одобрение в моих глазах, сделал несколько шагов навстречу распластавшемуся на земле упырю, чтобы одним ударом размозжить ему голову.

Свист прекратился, но тревожность осталась.

— Что ты сделал? — спросил я Орфея.

— Дал команду «бояться нас».

— Что-то не похоже, что он испугался.

— А мне вот кажется, похоже, — сказал Ван. — Испугался и стал звать друзей.

— С чего ты это…

Договорить я не успел,

так как на нас напали.

Сначала я увидел, как из-за каменного парапета появляются когтистые лапы и бледные головы, а через секунду в нашу сторону уже прыгали сразу несколько сородичей убитого нами упыря. И к ним продолжали добавляться новые, ловко вскарабкивающиеся на стену.

— Сзади! — крикнул я Вану, оказавшемуся ближе всех к внезапной опасности. И тот успел отмахнуться от одного из них, после чего сместился в сторону и прикрылся щитом.

Плеш, не раздумывая, пришёл ему на помощь, своим топором разрубив ещё одного, и парой широких взмахов отгоняя остальных. Упыри в свою очередь нападать не спешили, пытаясь окружить своих жертв. Значит, инстинкт самосохранения у них есть.

Об этом я думал параллельно тому, как сам уже, вооружившись обвинителем, пришёл на помощь парням.

— Орфей, прикрой нас! — крикнул я, первым своим ударом рассекая пустоту.

Упырь разорвал дистанцию, после чего бросился уже на меня. Меч легко взмыл навстречу, уперевшись остриём ему в грудь. И неожиданно пронзил его насквозь, угодив между обтянутых кожей рёбер. Из-за этого я сам вдруг чуть не лишился головы. Нанизанная на лезвие тварь отказалась подыхать вот так сразу, не наградив меня напоследок смачной оплеухой своей когтистой лапой. От этого подарка я чудом увернулся, выдернув попутно свой меч, и на отходе снёс лысую, пронизанную тёмными капиллярами голову. Простое и ничем не примечательное с виду лезвие рассекло не прикрытую плоть так, словно горячий нож режет масло, лишь на мгновение обозначив сопротивление в момент встречи с позвоночником.

Не хотел испытывать артефакт без тренировки, но, похоже, что конкретно для этих врагов моё новое приобретение подходит идеально.

Закончив с первым, я принялся за второго. Того, что только что вцепился всеми четырьмя конечностями за кромку большого ростового щита, который призвал себе на помощь Ван. Ему я с вертикального замаха просто широко прошёлся по спине, нанося глубокую рану. А вот Плеш со своим уже заканчивал сам. Обухом топора разворотил челюсть в зубное крошево и сейчас добивал повалившегося на землю противника.

Последний упырь нападать не стал, скрывшись в темноте, и призывно там то ли повизгивал, то ли посвистывал.

— Вот же засранец, — посетовал Ван, отдирая от своего щита прицепившееся к нему бледное тело.

Тот уже для верности получил добавку по голове, но, кажется, всё ещё был жив.

— Подожди, — остановил я парня, намеревающегося впечатать щит вместе с пассажиром в пол. — Давай кое-что попробуем. Вынеси его на свет.

— Думаешь, они его боятся?

— Ну не зря же вся эта история с башнями и фонарями. И напали на нас только сейчас.

— Как скажешь.

Ван широким шагом направился к границе освещаемой зоны, держа свою ношу на вытянутой руке. Сколько ж в нём силищи? Даже с учётом того, что напавшие на нас упыри не могли похвастаться большими габаритами,

килограмм пятьдесят в каждом из них точно было.

Никто не хотел оставаться в одиночестве в ставшей такой опасной темноте, так что все мы последовали за этой странной процессией. Уже через двадцать метров кожа на спине приклеившегося к щиту упыря начала слегка дымиться. Ещё через столько же — шипеть и пузыриться. А сам он, несмотря на контузию, разжал свои лапы, упал на землю и, трясущимися конечностями начал подгребать под себя. Пытался уползти, но тело его не слушалось.

— Ясно. Значит свет им не нравится.

— Не просто свет, — поправил я. — А именно тот, что дают артефакты в башне. На наш им дела особого нет.

— Зато в темноте они себя чувствуют превосходно, — озвучил неприятный вывод Орфей. — И чем темнее, тем их будет больше. Скорее всего, к границе подходят единицы, а основная масса прячется там, ближе к потухшей башне.

— А нам как раз туда и надо, — сказал Плеш и крутанул рукоять топора в ладони. — Быстро пойдём, быстро дойдём.

Смелость нам сейчас действительно нужна. Но я решил всё-таки немного охладить пыл чеха.

— Если пойдём слишком быстро, то можем пропустить то, зачем мы здесь оказались. Нам нужно найти артефакт, похожий на небольшой цилиндр. Если вы его увидите, то Ковчег сразу об этом скажет. Так что, по пути нам нужно ещё и смотреть по сторонам.

— А почему ты считаешь, что он будет на стене? — спросил Ван.

— Дэм считает, что мы тут не первые, — за меня ответил Орфей. — И мне кажется, что он прав.

— Ну тогда, в любом случае, нам придётся идти вперёд. Хотим мы того или нет.

— Орфей, мы сможем на тебя рассчитывать? — на всякий случай уточнил я.

— Думаю, да. Они не совсем животные, так что какие-то побудительные команды я смогу им передать. Но лучше будет поберечь это на крайний случай. А пока…

Орфей призвал длинный кинжал, намекая, что без острой на то необходимости будет использовать его, а не свои специфические навыки.

— С такой зуботычкой много не навоюешь, — покачал головой Ван. — Держись тогда между нами.

— За меня не беспокойся. Раньше тебя я точно не помру. Идёмте.

И мы пошли. Вчетвером, осторожно ступая по камням этой широкой стены. Между обоими парапетами было, наверное, не меньше дюжины метров. Но мы старались держаться ближе к центру, опасаясь повторения предыдущей атаки. И она не заставила себя долго ждать.

Стоило нам только вновь переступить заветную черту, как в темноте зашуршали тени. Будто они уже ждали там, придя на зов одного из них. А через мгновение упыри бросились на нас.

Семь, восемь, девять… Со счёта сбился, да и некогда особо было считать. Тут бы рубить успевать. Пришлось задействовать усиление, которое теперь было развито до второго уровня. И меч в моей руке залетал ещё быстрее, а удары и вовсе приобрели устрашающую силу. Даже топор Плеша не вгрызался в эту бледно-серую плоть так глубоко, как лезвие моего обвинителя. Сам я при этом вообще не уставал, так как оружие в руке обманчиво ощущалось игрушечным. Но стоило мне один раз попасть в череп подвернувшейся под удар твари, как кисть чуть не вывернуло из сустава. Лезвие, пробив прочную кость, засело под неудачным углом, и я поспешил потянуть его на себя.