Чтение онлайн

— Да, — ответила Сорша с легкой улыбкой. — Мистер. Джонс будет более разговорчив, если мы будем вдвоем.

Сорша обнаружила, что люди, особенно мужчины, склонны вести себя развязно с одинокой женщиной. Это был тот факт, которым она пользовалась в полной мере. На ней были широкие брюки, белая рубашка и подтяжки. Платье, возможно, подошло бы ей больше, но времени переодеваться не было, поэтому пришлось обойтись брюками.

Сделав глубокий вдох, она толкнула дверь. Джонс поднял на нее взгляд, и его скучающее выражение прояснилось.

—

Здравствуй, моя дорогая, — сказал он со своим культурным британским акцентом. — Я знал, что они пришлют кого-нибудь, чтобы допросить меня, но никак не ожидал увидеть тебя.

— Оставь это, — сказала Сорша, садясь за стол напротив него. — У вас большие неприятности, мистер Джонс.

— О, я в этом сильно сомневаюсь, — сказал он. — Я очень сомневаюсь, что существуют какие-либо законы, запрещающие использование магии для убеждения людей голосовать.

Сорша одарила его снисходительной улыбкой.

— Фальсификация результатов выборов вполне подойдет, — сказала она.

Вместо того, чтобы выглядеть огорченным, Джонс откинулся на спинку стула и заложил руки за голову.

— Звучит заманчиво, — сказал он с неподдельным энтузиазмом. — Когда начнется мой судебный процесс? Я не могу дождаться, когда пресса узнает подробности. — Он снова наклонился вперед, подперев подбородок рукой и поставив локоть на стол. — Я думаю, они будут особенно заинтересованы в ваших показаниях.

Сорша почувствовала, как ее щеки заливаются краской, и прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Джонс был прав. Никто не собирался устраивать над ним публичный суд, где люди могли бы узнать, что с помощью магии рун можно заставить людей голосовать или, что еще хуже, убивать. Это вызвало бы панику. Мастера рун, которые не смогли бы использовать такую магию в свои лучшие дни, были бы изгнаны из города, возможно, даже убиты. Город погрузился бы в хаос.

Конечно, публичный суд был не единственным вариантом для Сорши. В конце концов, она работала на правительство.

— Вы не гражданин Соединенных Штатов, — сказала она, наклонившись к нему и положив руки на стол. — И вы пытались вмешаться в выборы. Я почти уверена, что мое правительство сочтет вас агентом иностранной державы. А значит, вы шпион, — продолжила она. — И как шпиона, я могу запереть вас в самой глубокой и темной яме, какую только найду, и выбросить ключ, не прибегая к судебному разбирательству, — она сделала паузу для пущего эффекта. — Если вы будете меня раздражать, я даже могу вас пристрелить.

Сорша не блефовала, и она видела, что Малькольм Джонс не считает, что она блефует, но он не выказал ни малейшего беспокойства.

— Что ж, звучит очень серьезно, — сказал он голосом, в котором не было ни капли искренности. — Что я могу сделать, чтобы вы отнеслись ко мне снисходительно?

— С кем вы работаете? — спросила Сорша. — Кто такие "Китобои"?

Она ожидала, что он опровергнет слова Алекса о тайной группе, которая ищет "Монографию Архимеда", но вместо этого

он рассмеялся.

— Китобои — он усмехнулся. — Это навязчивая идея моего отца.

— Но это не помешало вам сделать татуировку в виде монеты, — сказала Сорша. — Из-за нее Алекс вас и подловил.

Это задело его за живое, и лицо Джонса на мгновение исказилось от гнева.

— Называйте это пустой тратой времени в юности, — сказал он. — Я хотел произвести впечатление на отца.

— Но вы не разделяете его взглядов?

— В мире есть вещи поважнее, чем заплесневелая книга по древней рунической магии, — сказал он.

— Например?

Джонс откинулся на спинку стула и улыбнулся ей, пристально глядя на нее.

— Не хочу портить сюрприз, — сказал он.

Сорша улыбнулась ему в ответ. Она пыталась разговорить его, и наконец он проговорился.

— Значит, ты работаешь с какой-то группой, — сказала она. — С кем именно?

Если это и задело Джонса за живое, он никак этого не показал. Он просто продолжал улыбаться и расслабленно сидеть.

— Если хочешь знать, — сказал он, — то там написано "пять, девять".

— Что это значит? — спросила она, но он лишь пожал плечами и улыбнулся. — Ты, похоже, не слишком переживаешь за человека в твоем положении.

— Я и не переживаю, — сказал он. — Видишь ли, я знаю то, чего не знаешь ты, то, что ты отчаянно хочешь узнать, и через пять минут ты позволишь мне уйти отсюда свободным человеком.

Сорша чуть не рассмеялась, но Джонс был предельно серьезен. Он не собирался рассказывать ей, кто его друзья и чего они хотят, так что же он мог знать такого, что заставило бы ее отпустить его?

— Слишком много ушей, — сказал он, когда она спросила его об этом.

Сорша оглянулась через плечо на одностороннее стекло. Она знала, что агент Мендес была там, и, возможно, другие агенты ФБР тоже.

— Отлично, — сказала она, поворачиваясь к Джонсу. Призвав немного магии, она выпустила струю воздуха, и зеркало позади нее запотело, когда температура упала. На столе образовался иней, и Сорша произнесла древние слова силы. Это были не столько слова, сколько звуки. Слоги давно забытого языка, которые превратили ее силу и волю в магию. Пока слова эхом отдавались в ее горле, она почувствовала, как воздух потеплел, а иней на столе превратился в слой льда. Такие же кристаллы покрывали стены, потолок и дверь.

— Вот, — сказала она Малькольму, встретившись с ним взглядом. Магия все еще звучала в ней, и ее голос звучал неестественно тихо. — Эта комната запечатана. Никто снаружи не может нас видеть или слышать. Так что же, по-твоему, ты знаешь, что поможет тебе обрести свободу?

Пока она творила свое волшебство, улыбка Малькома Джонса стала шире, и он огляделся вокруг, одобрительно кивая.

— Должен признать, — сказал он. — Вы, чародеи, впечатляете.

— Хватит игр, — сказала Сорша, и ее голос снова стал нормальным.