Чтение онлайн

– Да-да, конечно...
– думая о чём-то своём, постучал Санька по подлокотнику.
– Понимаете, в чём дело...
– Он наклонился и поднял с полу книгу, которая при нашем вторжении свалилась с его коленей и до сих пор лежала возле кресла.
– Тут наблюдается маленькая нестыковочка. Видите вот эту книгу?
– Он показал нам красочную обложку, на которой я углядел название: "Расшифрованный Нострадамус".
– Это имя вам что-нибудь говорит?
– Он постучал ногтем по обложке.

– Да кто ж его не знает?
– фыркнул Пашка.
–

Все уши оттоптали! Только и слышно: "Нострадамус! Настрадалась!" - ужасно фальшивя, проблеял он.

– Песни, что ли?
– поразился я.

– Ну!.. Свиным рылом - да в калашный ряд!..

– Это всё несерьёзно, - сказал Санька.
– А кто он такой, чем знаменит, надо объяснять?

Я отрицательно покачал головой, а Пашка в затруднении взъерошил свою шевелюру:

– Ну там... пророк, что ли? Чего-то там предсказал?..

– "Чего-то"!
– усмехнулся Санька.
– Стыдно, Пал Ксанч!

– Да ты не томи!
– огрызнулся Пашка.
– По делу говори! При чём здесь твой Нострадамус?

– При том, - снисходительно молвил Санька.
– Его книга пророчеств зовётся "Центурии", то есть "Столетия". В ней предсказаны судьбы нашей цивилизации вплоть до 3797 года.

– Чего ж так мало?
– съязвил Пашка, но Санька и бровью не повёл.

– Так вот, - продолжил он.
– У него сказано, что на рубеже веков двадцатого и двадцать первого человечество ждут большие неприятности.

– Куда уж больше!
– кивнул Пашка на экран, где вновь прокручивалась картина Апокалипсиса.

Санька рассеянно глянул с многокилометровой высоты на бурлящую бездну и задумчиво проговорил:

– В том-то и дело, что у него, - он похлопал по обложке книги, - причина катаклизмов совсем другая: не природная, а чисто человеческая.

– Эт' какая же?

– Третья мировая.

– Значит, врёт твой Нострадамус! Глянь сюды, коли не лень!
– Пашка ткнул пальцем в изображение.
– Здесь и воевать-то некому!

– Ну, насчёт того, врёт он или нет, можно поспорить, но я не о том. Тут несоответствие между тем, что предсказано, и тем, что мы видим на экране. У Нострадамуса и после Третьей мировой "интересные" даты имеются. К примеру, на престол в России взойдёт крутой и толковый лидер. Потом наступит Золотой век... Золотое тысячелетие... А тут, я гляжу, не то, что России, - он нервно хохотнул, - тут же ничего нет! Занавес!

– Значит, одно из двух, - цыкнул Пашка зубом, - либо врёт твой Нострадамус, либо браслет!
– При этом он воровато покосился на меня и торопливо добавил: - Браслет, однако, штука верная, доказано многократно и при том - на собственной шкуре!
– Он выразительно пошлёпал по ноге.
–

Значит, с Мишелем с твоим, с Нострадамусом, не всё в порядке.

– Ну не скажи!
– оскорбился Санька.
– До сих пор не верить ему тоже причин не находилось. Неумение прочитать, понять это да. А чтоб врать... Сбываемость его прогнозов, считай, стопроцентная!

– Да ладно! Читал я его "предсказания"!
– презрительно скривился Пашка.
– "Стопроцентная"! Один туман: можно и так и эдак повернуть.

– А придуривался, что не знает!
– рассмеялся Санька и продолжил: - В том-то вся и хитрость, что его "Центурии" - шифровка. И в самой книге содержится ключ, с помощью которого можно прочесть все пророчества. Но я сейчас не об этом. Я хотел сказать, что неувязочка произошла от того, что мы в данном случае имеем дело с разветвлённой реальностью.

– Чаво?
– сморщился Пашка, как от кислятины.

– "Ничаво"! Следить надо за передовыми течениями в науке, уважаемый!
– невозмутимо ответил Санька.

– Ой! Можно подумать!
– взбрыкнул "уважаемый", но я его перебил:

– Хватит вам! Давайте о деле говорить... Ну-ка, поясни, - обратился я Саньке.
– Что-то в этом есть.

– Я так думаю, - довольно улыбнулся Санька, - что, начиная с того момента, как ты вернулся, мы вообще перескочили в мир с альтернативной реальностью. А эта картинка, - кивок на экран, - из прежней.

– А если попроще? В расчёте на дураков?
– недовольно сказал Пашка.
– Без этих ваших... терминов!
– Он нарочито, по-петросяновски, сделал упор на второй слог.
– А то что-то не въезжаю.

– Ну как тебе сказать?..
– Санька задумчиво потёр бровь.
– Вот здесь показано, что было бы с Землёй, если бы он, - кивок в мою сторону, - был бы обычным человеком. Всё бы шло своим чередом, и жизнь на Земле прекратила своё существование именно вот таким способом. Но в нашем случае мы имеем дело с человеком, который, конечно же, не допустит сего безобразия и приложит максимум усилий к тому, чтобы природные катаклизмы не стёрли нас с лица нашей старушки Земли. А раз так, значит этого уже не будет, и нарисованное здесь является не нашим будущим, а будущим того мира, где нет браслета. Или наоборот, - добавил он, чем и взбеленил Пашку:

– Таки это что же? Не в дерьмо, так в партию?! Катаклизмов избежали, так от Третьей мировой будем загинаться?!

– Я ничего не утверждаю, - пожал плечами Санька.
– Это всего лишь мои догадки. Но, похоже, всё так и следует понимать.

Пашка вскочил и забегал вдоль экрана:

– Хорош выбор, нечего сказать! "Нет, не умер Данила - его болячка задавила!"

– Сядь, - едва заметно улыбнулся Санька.
– Не мельтеши. Война - дело рук человеческих, а потому - поддаётся корректировке.