Чтение онлайн

А эти двое все стояли и смотрели друг на друга. Смотрели так значительно, что я почувствовала: вот она, миндальная связь.

— Рад был тебя увидеть, — медленно сказал Арчи. — Выглядишь великолепно. Как, впрочем, всегда.

— Ну, пока, — сказала Клариса, махнула мне рукой и ушла.

Арчи одни глотком допил свой «Роб рой». Он выглядел очень взволнованным.

— Я не понимаю, что с тобой творится, — проворчала я. — Может, определишься уже, кого из них двоих ты любишь?

— Спроси у Есенина. Он тоже

не понимал.

Набежали посетители. Повар ушел выполнять заказы, охранник занял свое место в предбаннике, Максим встал за стойку. Кот вырвался из цепких ручек ребенка и сбежал в подсобку. Арчи с женой и дочкой еще немного посидели со мной за столиком, съели по нашему фирменному бургеру. Оказывается, они уже сутки как прилетели и живут в отеле! А мне ни слова. Чертов мастер интриг и загадок.

Арчи сказал, что раньше бургеры были вкуснее, но я думаю, он просто ревнует. Наш гений уехал, а мир не рухнул. Бар живет своей жизнью, выручка даже больше стала. Ему бы радоваться, но как избавиться от иллюзии своей незаменимости?

Когда они ушли, я вышла на улицу и позвонила Андрею.

— Здравствуй, ми… — я запнулась, но выговорила, — милый. Ты занят?

— Да, но не критично, а что случилось?

— Надо поговорить.

— Хорошо, ненаглядная, выйду через пятнадцать минут.

— Спасибо… ненаглядный.

Я так задумалась, что добрела до его работы. Села на лавочку через дорогу от проходной и стала ждать.

А задумалась я вот о чем. Какие же разные у людей траектории жизни… И каждая уникальна и ни на что не похожа. Мы просто какие-то броуновские частицы, хаотично мятущиеся в пробирке неведомого ученого. Родители, школа, культура задают нам простую схему, выверенную и заверенную большой круглой печатью. Мол, сначала учись, потом женись, работай, рожай детей, умри в один день… И мы вроде пытаемся идти по этой прямой и ровной колее, но какой-то ураган рано или поздно все равно поднимает нас и несет в разные стороны, одних туда, других сюда…

Арчи женится в третий раз, причем на своей первой жене, и ждет с ней второго ребенка. Клариса разлюбила Арчи и полюбила собственного мужа, с которым живет уже двадцать пять лет, и они учат танец на свадьбу сына. Андрей пришел в бар отметить развод и встретил меня. А я… А я лет двадцать любила одного мужчину и точно знала, что это навсегда. Потом он умер, и я точно знала, что теперь всегда буду одна. Я была так в этом уверена! А теперь у меня новая жизнь, и что будет дальше, по какой траектории понесет меня ветер перемен — никто не знает.

Вышел мой Андрей, широко улыбающийся, в красивой форме, со своим любимым рюкзачком. Наскоро поцеловались и пошли за угол.

— Чтоб коллеги не подглядывали, — объяснил Андрей. — И не завидовали. Ну, что случилось?

Я передала разговор с Арчи. Андрей только присвистнул.

— Дерзкий план. Но, думаю, стоит попробовать. А мне, между тем, передали из Химок дело Мосина.

— Что?! Так быстро! Обалдеть, ты просто волшебник.

— Я только учусь — усмехнулся он. — Честно говоря, передали

еще вчера, но я только сегодня успел бегло пролистать. В запарке был.

— И что там?

— Есть две новости, хорошая и плохая. Плохая — следователь, который дело вел, уволился три года назад. Дело давно в архиве, висяк. В материалах тоже все грустно: тело частично разложилось, никаких отпечатков нет, свидетелей нет, родственники ничего не знают, полный туман. Даже телефон убитого не нашли.

— Когда же уже будет хорошая новость? — печально спросила я.

— Потерпи, родная, все будет. Хорошая новость — есть пятна крови на покрывале.

— На чем?

— Покрывало, в которое труп был завернут.

Я вспомнила рассказ Арчи. Георг и Володя сидели на подстилке и пили из одной бутылки… Значит, в эту подстилку убийца и завернул тело, а потом закопал в Химкинском лесу…

— Пятна крови? И что в этом хорошего?

— А то, что там разные ДНК. Есть кровь убитого и кровь подозреваемого. Слава богу, хоть эту экспертизу нормально сделали.

— Откуда там кровь убийцы?

— Ну, видимо, осколками поранился. Потерпевшего били несколько раз по голове. Тупым предметом, каким именно — установить не удалось. Но осколки стекла тоже нашли в покрывале, предположительно — от бутылки водки.

— Значит, надо просто взять ДНК Сарса и сверить с этими пятнами крови? Ну, с экспертизой, правильно? И можно его посадить! — я так возбудилась, что с трудом соединяла слова в предложения. Все так просто!

— Все не так просто, — прочитал мои мысли Андрей. — Нужны основания, чтобы признать человека подозреваемым и взять ДНК на экспертизу.

— А если он сам признается?

— Тогда можно.

Ночью мне снилось, как я плаваю в море, но не одна, а в клешнях гигантского краба. Краб стиснул меня своими клешнями с ног до головы, прижимался мордой (или что там у него?) к щеке, щекотал усиками мой нос и шептал что-то на ухо, но я никак не могла разобрать, что именно.

Проснувшись, я не сразу осознала, в каких это тисках нахожусь, но постепенно сообразила, что в районе груди меня обнимает рука Андрея, в районе ног на мне лежит нога Андрея, а районе головы и шеи на меня взгромоздился кот и мотает хвостом, щекоча мне нос.

Я удивилась, что у меня так много районов, и что ночевать не одной, оказывается, так сложно. Опять начала переживать, приспособлена ли я в принципе к семейной жизни или за шесть лет нужные приспособления атрофировались, и я теперь вечная и безнадежная одиночка?

Кое-как выбралась на волю и побрела на кухню ставить чайник. Кот, вальяжно помахивая задом, затрусил следом. Да, мы сегодня впервые забрали Барсика домой. Во-первых, чтобы поговорить с ним в спокойной обстановке, во-вторых, чтобы ему не было одиноко, ну а в-третьих (и это главное, пожалуй) — для собственного удовольствия. Я соорудила шикарную котолежанку из коробки для пылесоса, старой шторы, пледа и шали, но Барсик предпочел разместиться для сна на моей голове.