Воитель
Шрифт:
В общем, левелапа мне не перепало — зато досталось кое-что другое.Закончившаяся относительно крупная стычка принесла свои плоды в виде приличного количества тушек, которые нам и предстояло потрошить. Ну, мы и потрошили. Работа была идеалом неквалифицированного труда — тяжелая и неприятная. Расчленить тушу, вырезать хрящевой карман, выковырять камень, сдать Лысому.Разделать оставшееся, распределить оп местам хранения. Повторить.
И вот, вскрывая очередную псину, ничем с виду не примечательную, расковыряв карман я обнаружил два ядра, ну как яйо с двумя желтками.
Кривой
Идею отдать внеплановый лут начальству внутренний хомяк отверг с негодованием. Если подумать, это даже вредно — вполне могут решить, что это не первый такой случай, и предыдущие камни я просто заныкал, не докажешь ведь потом. А так, сколь там говорил молодой селюк — десяток медных монет? Он, конечно, не великое богатство, но это ровно на десять монет больше, чем есть у меня сейчас, так что я его сейчас…
— Чего лыбишься? — буркнул проходящий мимо Лысый.
— Да это.
– максимально невозмутимо вытащил одно ядро, уронив каман под ноги. — Любуюсь. Красота то какая. Лепота.
Он посмотрел на меня как на идиота, забрал ядро, сделал пометку и, наконец -то, свалил, дав возможность вытащить второе.
Сердце колотилось сильнее, чем когда в детстве тырил жвачку у бабок на рынке — подозреваю, сердце понимало несопоставимость возможных проблем, купаясь в адреналине. Я лихорадочно прикидывал, куда спрятать добычу. Карманы — не вариант, могут заметить, да и выпасть может случайно. За пазуху — точно выпадет. И тут взгляд упал на кроссовки, единственную по настоящему ценную вещь, притащенную с Земли. Раз сразу не сняли — вряд ли уже сделают это, во всяком случае с живого., а если к тому времени помру, то скрысеный камень будет наименьшей проблемой.
Улучив момент, я присел, делая вид что завязываю шнурок, ловко закинул ядро в кроссовок и пропихнул его поглубже, к пятке. Дойдем до деревни или форта, найду перекупщика — а они, по словам все того же Кривого, там по любому толкутся, и вот они, мои первые честно…ну, относительно честно заработанные денежки.
Все же этот мир обладал удивительно паскудным чувством юмора, куда хуже моего — а это еще постараться нужно. Сначала я почувствовал легкий дискомфорт — твердый камень давил, впиваясь в стопу при каждом шаге. Ходить с ним было примерно как с обычным камушком в обуви, вполне сопоставимое удовольствие. Я терпел, потому что какие еще варианты. Потом что-то словно бы щелкнуло, хрустнуло, и пятке стало холодно. Сначала прохладно, потом прям морозно, до мурашек, до ломоты в костях…к которым, казалось пробирался этот холод. Нет, не казалось, боле того, холод не стоял на одном месте, он тонкой никой пополз вверх по ноге, постепенно теряя силу, и остановился только на середине голени. Оставив ощущение надетого носка с охлаждением, если б такую дичь кто-нибудь изобрел.
Быстро остановился, снял кроссовок, подзабив на конспирацию…да вроде бы и не было никого рядом. Ядра, кстати, в обуви тоже не было, вместо него по ароматной
Я стоял на одной ноге и осознавал всю глубину постигшего меня предпринимательского фиаско. Внутренний хомяк тихо плакал в уголке.
— Чего, Ант? — незаметно подобрался ривой. Мельком глянул на вытащенную мной стельку, и явно все понял. — Че, неучтенную тварь распотрошил?
— С чего взял? — искренне ответил я. — Ничего такого, просто чет в ногу впилось.
— Эх, ты, — незло и беззубо ухмыльнулся он, — Ядро ж в холоде держать надо, в сумках что тепло не пускают, а лучше вообще в ларях. На крайний случай — в земле мерзлой прикопать. А в тепле, особенно от человеческого тела, оно за пол дня выгорит. Энергия из него начинает уходить, тем сильнее, чем ближе источник тепла. Это ведь любой пейзанин знает, а ты ведь вроде грамотный, про обратную энтропию уж точно должен был слышать.
Ну да, любой пейзанин. Небольшое уточнение, любой местный — а я как бы немножко не, но не будем об этом. Теперь хотя бы понятно, почему наиболее ценные ядра хранили в морозильнике, и почему Лысый торопил с разделкой и сразу прятал их в мешок — очевидно, не просто мешок, а термо. А один гений коммерции таскал ядро в обуви, в непосредственном контакте с живым организмом, несколько часов. Хорошо, что организм все еще живой…и надеюсь, что здоровый.
— Получается, энергия в меня ушла, как в источник тепла? — Мне все меньше нравилась моя же идея, морду бы себе набил за такое. — Не будет проблем?
Вспомнился разговор, про влияние на организм мяса тварей, и совсем как-то печально стало.
— От одного мелкого? — Кривой задумчиво пожевал губами, явно что-то прикидывая. — Не, не должно, там воздействие на уровне энергетики, разового обычно недостаточно…разве что нетипичное ядро…или нетипичный пациент. Но ты, вроде бы, странный, но не настолько. Так что радуйся, что Лысый не засек, он за такое ногу бы отрубил эту и в задницу засунул. И я не шучу, если что — были случаи. За баронское добро чернь головой отвечает, имей в виду.
Не сказать что сильно успокоил, очень уж интересное комбо вырисовалось. Это про «нетипичное ядро» и «нетипичного меня», если что. Как бы жадность фраера не сгубила…если не сгубит, нужно будет запомнить, а лучше записать эти простые, но мудрые слова.
— Спасибо, что не сдал.
— А чего мне с того? — Кривой пожал плечами, поднимая за лапу подстреленную арбалетчиками тушку. — Ядро ты все равно уже угробил, да и свой вроде. Пошли уже, вон — зыркает.
К исходу четвертого дня все мало мальски ценное было выковыряно, посчитано, упаковано и погружено на повозки. Не заинтересовавшие никого остатки тварей, лишенные ядер, шкур, зубов, когтей и потрохов, свалили в несколько куч подальше от лагеря и подожгли. Любили здесь решать санитарные проблемы с помощью огня.
Ночью выдвигаться не стали, в путь отправились на утро, доев остатки припасов. Рассчитали четко — в смысле, что нам с Кривым и крестьянам достались уже совсем крохи. Надеюсь, в форте кормежка будет получше, потому как хуже некуда.