Чтение онлайн

Он вынимает из кармана пачку сигарет, смотрит на нее, потом заталкивает назад в карман.

– Мы будем переходить границу на строительной площадке. Котлован, бетонные фундаменты, колонны и балки - вообще впечатляющая обстановка. Линия границы - символическая. Если нас не заметят, придется бежать вперед или назад в зависимости от обстановки. Граница, какая она ни есть, все-таки граница.

Спускаемся с холма, поросшего густой травой, притормаживаем наш спуск. В трехстах метрах впереди в мокрой темноте

белый ореол первого городского фонаря.

Сеймур неслышно шагает вдоль забора. Я иду вслед за ним, чувствую, что мой мокрый пиджак стал тяжелым, а вода стекает струйками за воротник рубашки. Пройдя метров пятьдесят, американец отодвигает на заборе доску и скрывается. Я проскальзываю с ним.

По другую сторону забора совсем темно. Настолько темно, что тебя охватывает ложное чувство, будто ты наконец попал в безопасное место.

– Немного посидим, пока глаза привыкнут к темноте, - шепчет Сеймур. Вон видите, напротив уже Швейцария.

Не вижу. Ничегошеньки не вижу. Передо мной мрак, словно огромная яма, будто мертвое болото, будто бездонная пустота. Потом постепенно различаю сквозь сетку дождя очертания какого-то огромного здания.

– Вы готовы, Майкл?
– чуть слышно спрашивает Сеймур.

– Настолько готов, что дальше некуда.

– Тогда идите за мной. И не надо торопиться. Нас никто не ждет.

Он осторожно продвигается между двумя ямами, шаг за шагом, словно идет по трясине или по тонкому льду. Я шагаю вслед за ним, глядя себе под ноги, насколько это возможно. Так лучше - шаг за шагом. Ни о чем не думаешь, сосредоточен только на следующем шаге.

Не знаю, как там на льду, а тут, на мокрой куче раскопанной земли, очень скользко. Я убеждаюсь в этом уже на десятом шаге, когда неожиданно оказываюсь в яме. Она не очень глубокая, но наполнена водой.

– Что случилось? Где вы?
– слышится тихий голос Уильяма.

– Только на метр от поверхности земли. Думаю, что для могилы нужна большая глубина.

– Ошибаетесь, как раз достаточно, - уверяет меня американец.

Как-то выбираюсь, хотя и измазан грязью по уши. Немного погодя наступает очередь Сеймура.

– Моя могила значительно глубже, чем ваша, - слышен его голос.

Шутливое настроение исчезло после третьего инцидента. На этот раз, попав в яму, я чувствую, что нога под водой за что-то зацепилась.

Это проволока. Условная граница не такая уж и условная. Где-то справа ярко вспыхнул прожектор.

Прожектор медленно и неумолимо ощупывает темноту. Внезапно глаза мне ослепляет белое сияние - так бывает в кинозале, когда внезапно обрывается лента. Хорошо, что эта яма глубже могилы. Потом сияние исчезает, наверное, переместилось дальше.

– Где вы, Майкл?

– Снова в яме.

– Немедленно трогайтесь. Вот так прямо и прямо.

На той стороне есть два желтых дома. Идите как раз между ними.

– А вы?

Он отвечает не сразу.

– Со мной все...

– Что случилось?

– Сломал ногу, - шепчет Сеймур.
– Бегите.

Мрак ночи над нашими головами снова прорезает луч прожектора.

Мне действительно надо бежать. Надо попробовать бежать, пока прожектор не схватил меня своей длинной рукой.

– Очень сожалею, Уильям.

Я и правда сожалею.

Поднимаюсь и снова прячусь, потому что луч, только что промелькнувший над нами, возвращается - видимо, нащупал нас.

– Бегите...
– повторяет Сеймур.
– Два желтых дома...

"Ты уже бредишь, Уильям, - думаю я.
– Какие могут быть желтые дома в этой темноте?"

– Я бы хотел помочь вам, - бормочу я.

– Это лишнее, да и поздно... Бегите.

И правда, чем я ему помогу? Да и зачем помогать? Чтобы он когда-нибудь пристрелил меня?

"Что ж, оставайся, Уильям", - говорю я мысленно. Становлюсь на колени, вдыхаю глоток воздуха, потом беру его тяжелое вялое тело, насилу поднимаюсь и трогаюсь вперед. "Черт бы тебя побрал, Уильям..."

Он, видимо, уже теряет сознание, и я слышу, как он бормочет:

– Оставьте меня... Такой глупец... Хотите, чтоб и вас...

"Не исключено", - думаю я, ступая шаг за шагом по черной скользкой земле. Справа снова вспыхивает прожектор.

Непогода - это мое время, но я не удивлюсь, если и со мной произойдет несчастье. Рано или поздно, всем над дорога в никуда. Я уже, в общем-то, созрел для пенсии.

Делаю шаг, потом второй, рискуя попасть под луч прожектора. Думать надо только про один шаг, следующий шаг, иначе невозможно...

Американец недвижно висит у меня на руках. И хорошо, что недвижно, потому что когда он шевелится, то становится еще тяжелей. От его слабого тела разит мокрой одеждой и табаком. Много куришь, Уильям, следует подумать о своем здоровье.

Вот и здание. Наконец. Захожу под железобетонную плиту и прислоняюсь к колонне. В небе с глухим треском вспыхивает ракета, ночь становится розовой и ясной.

Снова темнота. Значит, надо двигаться. Этот Сеймур ничего не ест, а такой тяжелый, словно из камня. Хорошо, что нам некуда спешить. Нас никто не ждет.

А точно ли никто? Снова вы обманули меня, Уильям. Только я добрался до дерева между двумя домами, как слышу голос Мод:

– Сюда, Альбер!

Она сидит в черном "ситроене" и машет из окошка рукой, но, увидев, что я с багажом, выскакивает помогать мне.

– Он мертвый?

Ее голос немного дрожит.

– Этот вопрос еще не решен...
– отвечает вместо меня Уильям и снова закрывает глаза.