Чтение онлайн

– Почему так быстро? Или Томас тоже опасный человек?

– Оставьте шутки. И если вы не совсем утратили здравый смысл, подумайте над тем, что я вам сказала.

– Вы мне все-таки потрепали нервы, милый, - заявляет Мод, когда мы наконец оказываемся на улице и направляемся к гостинице.

– Вы мною недовольны?

– Наоборот, вы превзошли все мои ожидания! Не понимаю только, зачем было переигрывать и ставить переговоры на грань срыва.

– Зачем? Да Томас не поверил бы, что я торговец, если бы я сразу же принял его

условия.

– Вы заставили даже меня поверить в то, что вы торговец.

– Неужели вы до сих пор сомневаетесь?

– Честно говоря, да.

Мы идем, погрузившись каждый в свои мысли, и наши шаги отзываются эхом на пустой улице. Хорошо, хоть мысли мои беззвучны. Если бы дама сейчас их услышала, с нее сразу слетела бы вся сонливость.

О чем я думаю? Миллионы разных мыслей. О том, что у Томаса вблизи довольно-таки жалкий вид, что Сандра не безразличная наблюдательница игры, что Эрих по непонятным причинам имеет все шансы быть устраненным, что ход операции снова не совпадает с планом Сеймура, что это расхождение он особенно почувствовал после сюрприза, который ждет его, - моего неожиданного бегства, что Мод выглядит уставшей.

– Вы были на высоте, Альбер, - говорит она.

– Мне приятно это слышать.

– Да, вы в самом деле были на высоте... Но, несмотря на это, план сорвался.

– На какой стадии?

– Райен...
– бормочет она.
– На стадии Райена...

Да, по воле Томаса Райен в самом деле остается вне игры. И в то же время Сандра пытается отстранить Эриха. Что же тогда остается? Остается только Томас. Лично для меня этого вполне достаточно. То есть было бы достаточно, если бы я имел намерение вести дальше эту игру, цель которой мне совсем неизвестна.

6

Сегодня намечается такой же день, как и предыдущие. Из окна гостиницы виден знакомый, уже надоевший пейзаж - залитая солнцем площадь и темная громада кафедрального собора на фоне белесого летнего неба. Группы туристов уже собираются около церкви и магазинов сувениров.

В дверь настойчиво стучат. Это, конечно, Мод, привлекательная в сером платье с большими фиолетовыми цветами.

– Извините, Альбер, но через полчаса меня будет ждать Франк, а я должна бежать на другую встречу. Хорошо было бы, чтобы вы составили ему компанию, пока я возвращусь. Потом пойдем куда-нибудь обедать.

– Почему же нет, дорогая? Вы же знаете, мое хобби - составлять кому-то компанию!

– Этого я не знала, но думаю, что лучше начинать день улыбкой, чем насупленным видом, - ласково отвечает дама. И, чтоб дать мне повод улыбнуться, добавляет: - Думаю, что после встречи, которая меня ждет, развитие событий значительно ускорится.

Старая песня. Развитие событий ускорится... еще несколько дней... чувствуйте себя как на каникулах.

Верните мне мой старенький БМВ, а потом, если хотите, ускоряйте себе события!

В конце недели гостиница "Европа" переполнена, а в другие дни почти пуста. Спускаясь вниз,

чтоб встретить Франка, я нахожу его в безлюдном холле. Франк выслушивает мое объяснение, одобрительно кивая головой, после чего замечает:

– Ну если надо подождать, то пойдем в ресторан. Я заметил, что в ресторане время проходит значительно быстрее, чем в таком нудном месте, как этот холл.

Он решительно поднимается, но в этот момент отзывается девушка-администратор:

– Ресторан закрыт, господин.

– В таком случае дайте нам что-нибудь выпить.

– Пожалуйста. Чего вы желаете?

Мальчик из буфета приносит нам напитки. Франк опускает губы в запотевший стакан, довольно причмокивает и замечает:

– Вот видите, из всякого положения можно найти выход.

Он пристально смотрит на меня маленькими хитрыми глазками и добавляет:

– У меня такое предчувствие, будто вы уже нашли выход.
– И, игриво погрозив пальцем, продолжает: - Не возражайте. Я понял, что наша Мод работает на вас.

– Мне кажется, что...

– Ничего вам не кажется, - обрывает меня гость.
– И вам ничего не надо мне объяснять. Я не из тех, кто вас будет упрекать за это.

Франк отпивает немного из стакана и словно вскользь говорит:

– Оружие! С таким товаром никогда не будет застоя!

– Не говорите. Если переговоры о разоружении когда-то все-таки дойдут...

– Сказки, дорогой мой, пустые разговоры. Можете ли вы мне привести пример из истории человечества, чтоб кто-то когда-то разоружился?

Черные глазки смотрят на меня насмешливо, будто ждут ответа, а я смотрю на стакан с виски и на два маленьких айсберга, что плавают в желтой жидкости.

– Оружие - это первое, что создал человек, и, наверное, будет последним, - гундосит Франк, протягивая руку к стакану.

– Думаю, что все-таки сначала человек создал орудия труда.

– И ошибаетесь. Между орудиями и оружием нет никакой разницы. Камень или дубинка использовались прежде всего не для труда, а для убийства. Разве вы не помните: "И сказал Каин брату своему Авелю: пойдем в поле. И, придя в поле, Каин набросился на своего брата и убил его. И спрашивает господь Каина: "Где твой брат Авель?" - А тот отвечает: "Не знаю, я не сторож брату своему". Первое убийство и первая ложь. Ложь! Это очень важно в данном случае, очень.

– Важнее, чем убийство?

– Да, даже чем убийство. Ложь свидетельствует, что человек хорошо понимал суть того, что сотворил, и поэтому пытался скрыть свой поступок. Именно в этом и состоит преступление. Животное не имеет моральных критериев, оно убивает из биологической необходимости. А человек убивает, пренебрегая собственными законами или законами своего бога, - это одно и то же. Преступление, дорогой мой, рождается одновременно с человеком. Его сотворил, развил и усовершенствовал сам человек, а не кошка. Таково содержание и такова суть всей истории человечества.