Чтение онлайн

– Не отдыхают. Он болен, - бросает она, готовясь закрыть дверь.

– И все-таки скажите ему, что я пришел, очень прошу. Мы договаривались...

Дверь гремит у меня перед носом, я остаюсь ждать. Такая уж у меня профессия. Проходит порядочное время, пока снова щелкает ключ. Теперь, к счастью, появляется сам хозяин, в халате, с печальными глазами. Большой костлявый нос кажется еще больше, а щеки - еще более запавшими.

– Очень извиняюсь...

– Заходите, - кивает он.

Пересекаем маленький

полутемный коридорчик, вдыхая запахи кухни, и Шмитхаген открывает какую-то дверь. Из глубины коридорчика слышен сварливый женский голос:

– Если ты не продашь наконец эту машину, я позову Петера, чтоб он забрал ее...

– Заходите, заходите, - нервно подгоняет меня хозяин.

Маленькая комната, обставленная мягкой мебелью в белых чехлах, видимо, служит гостиной. Не успеваю оглядеться вокруг, ибо тороплюсь бросить сквозь полупрозрачные занавески на окнах взгляд на садик и фасады домов с противоположной стороны. Мужчина за моей спиной тяжело дышит, что-то передвигая, чем-то шелестит. Тайник.

– Вот, - слышу я. Поворачиваюсь и получаю долгожданный конверт.

Австрийский паспорт. Фотография моей персоны. И - наконец! коротенькая записка. Содержание записки легко расшифровать тому, кто в курсе: каждое третье слово. Остальные слова ничего не значат. На первый взгляд письмо совсем невинное. Читаю его. Потом щелкаю зажигалкой. Шмитхаген подает пепельницу.

– В тот день вы говорили, что пришли в предпоследний раз... Следовательно, сегодняшний визит должен быть последним...

– Именно так. И не волнуйтесь больше.

– Речь идет не обо мне. Ведь я объяснял вам... Такие обстоятельства...

– Знаю, знаю. У меня то же самое. Иначе я бы вам не надоедал. Желаю быстрейшего выздоровления.

Такси ждет меня на том же месте.

– Как можно быстрее, - говорю водителю.

– Предоставьте это мне, - успокаивает он.
– Все торопятся. И вы тоже. Хорошо, можно и быстрее. Но и торопясь, надо же придерживаться разумной скорости.

Я уже упоминал, какую скорость он считал "разумной".

Расположившись на заднем сиденье, стараюсь расслабиться и снова перечитываю мысленно записку, которая уже превратилась в пепел.

В ней сообщается, что в течение двух дней такой-то "опель" с таким-то номером в такое-то время будет ждать меня на такой-то улице. Упомянутые два дня уже прошли. Но назначены две резервные даты - 29 и 30 июня, которые, к счастью, еще впереди. Тот же автомобиль, на той же самой улице, в то же время. А самое главное последнее: "Чрезвычайная осторожность. При удобном случае займитесь программой "Спирит".

Это английское слово в переводе означает "дух", "призрак". Я не слыхал о такой программе. Наши, кажется, что-то слышали, но не знают ничего конкретного. И не настаивают на немедленном раскрытии ее. "При случае". То есть не считай, что это обязательно, будь осторожен,

чтоб не влипнуть в какую-нибудь неприятность... "Чрезвычайная осторожность!"

Я выхожу из такси на том же месте, где его взял, и возвращаюсь черным ходом в "Хилтон".

Мод еще спит, лицо ее даже во сне сохраняет серьезное выражение. Бесшумно раздеваюсь и устраиваюсь рядом, делая вид, будто тоже сплю. Я так старательно играю свою роль, что вскоре засыпаю по-настоящему. Просыпаюсь, ибо крепкая рука энергично трясет меня за плечо:

– Альбер!.. Ну же, Альбер! Или вы хотите, чтоб мы тут провели и ночь?

– Только и знаете, что будите меня, - огрызаюсь я, переворачиваясь на другой бок.

Однако дама настроена довольно решительно, поэтому приходится раскрыть глаза. На улице уже темнеет. В такое время года это означает, что перевалило уже за восемь.

– Что там такое?
– спрашиваю я.
– Почему вы мешаете мне спать?

Она подходит к окну, резким движением опускает занавеску и щелкает выключателем.

– Вы же хотели идти на ярмарку?
– невинно спрашиваю я, садясь на кровати.

– Хотела... Такого со мною никогда не бывало. Проспать среди бела дня шесть часов...

Карие глаза смотрят на меня сосредоточено и немного подозрительно, но я делаю вид, что не замечаю этого.

– И все-таки вы проснулись.

– Меня разбудила Дейзи. Вы не слыхали телефонного звонка?

– К счастью, на этот раз аппарат стоит с вашей стороны.

– А что вы делали все это время?

– Разве вы не видели?

– Имею в виду - раньше. Я, кажется, заснула перед вами.

– Все правильно. Я последовал вашему примеру после того, как выкурил две сигареты. Не понимаю только, зачем этот допрос? Или вы думаете, что я перебежал к Дейзи?

– Не исключено, - сухо отвечает она.

На этом следствие заканчивается. Вряд ли я развеял ее подозрения. Но в наши дни кого только они не мучат?

В баре мы находим Дейзи с ее Эрихом. Женщины на какое-то время выходят - им надо кому-то позвонить, а мы с молодым атлетом остаемся развлекаться: я - сигаретой, а он - неизменной жвачкой.

– Итак, когда что-то выгорит, я сообщу Мод через Дейзи, - снова напоминает атлет.

– Именно так, - подтверждаю я.
– Сообщите.

Дейзи скоро возвращается, а немного погодя появляется и Мод, которая, оказывается, ходила рассчитываться за гостиницу. Выпиваем по рюмке на дорогу, обмениваемся притворно дружескими улыбками и выезжаем.

– У меня такое чувство, словно вы что-то сделали со мной после обеда, - говорит Мод, когда "мерседес" уже мчится автострадой, прорезая мрак светом мощных фар.

– Вам было неприятно?

– Если бы мне было неприятно, я б вам сказала об этом еще в первый раз. Вы знаете, что речь идет не об этом.