Чтение онлайн

Несс пришлось прерваться, когда Тич возник перед ними с тарелкой шкварок, двумя кружками и парочкой комплиментов в сторону её милых кудряшек. Она, улыбаясь, придвинула к себе тарелку, выслушала неумелую похвалу. Но, как только Тич удалился, спрятала улыбку, чтобы снова вернуть Оину сердитый взгляд.

— Я жду ответа, — напомнила она. — Зачем Тод…

— Спроси этого червяка, — отмахнулся Оин. — Это вообще было не его дело.

Он устало прикрыл глаза, машинально потерев переносицу, которую тут же пронзила вязкая боль, как напоминание, что он облажался.

Питейная вокруг громко

бурлила, как перегретый котёл. Кто-то неподалёку спорил на эль, за столом позади гремели игральные кости, а в дальнем углу хрипло тянули тоскливую балладу. Всё было как обычно. Кроме сурового выражения лица Агнесс.

— Если перепалка Тода не касалась, значит, ты задел кого-то ещё. Дай догадаюсь — ты поцапался с Рэйной.

— Я не… — Оин шумно выдохнул, чувствуя, что она не уймётся, пока не выпытает из него всю правду. — Просто… Нефритовая затронула личное. Ты же знаешь, когда речь заходит о прошлом, я становлюсь сам не свой. И потом она стояла там передо мной с этими её глазами, — он развёл рукой, чуть не опрокинув кружку, — вся такая правильная. Упрекала, будто я какой-то… не такой. И меня это задело. В общем, не понимаю, что на меня нашло. Я просто перегнул, — выдохнул он. — А Тод, повторяю, влез не в своё дело.

— Только не говори, что ты сделал что-то такое непростительное, — ужаснулась Несс. — Ты же не…

— Намекаешь, не ударил ли я её? — он вскинул бровь, прозвучав резче, чем хотелось. — Думаешь, так я решаю ссоры с девчонками?

В нём зашипела теневая, потревоженная обидой.

Дверь в питейную вовремя распахнулась, впуская внутрь порыв сырого вечернего воздуха. Он коснулся лица Оина, будто чья-то прохладная ладонь, и утихомирил внутренний ропот до того, как Агнесс что-либо заметила.

— Уже не знаю, что и думать, — сказала она. — Ты так долго смотрел в Пекло. Вдруг оно, всё же, как-то изменило тебя. Иначе зачем Тоду пускать в ход кулаки?..

Она вдруг умолкла, подняв кружку, но не донеся до губ, догадавшись о другой причине, которая могла бы толкнуть его на такое.

— Может, всё дело в том, что ты… наклонился к Рэйне слишком близко?

— Нет! Проклятье Пекла, конечно же, нет, — отмахнулся Оин, отводя глаза к закопчённой балке под потолком, — потому что это именно то, что он чуть не сделал. — Она же помолвлена.

— Ну конечно… — Несс было не провести. — И мы никак не будем это обсуждать?

— Не будем, — он отставил кружку слишком резко — эль плеснулся через край, забрызгав истерзанную царапинами столешницу.

Оин выругался. Раздражённо взялся за тряпку, в которую было завёрнуто ледение, и принялся вытирать лужу.

— Оин.

— Тема закрыта. И, Несс, если обмолвишься об этом хоть одной живой душе, клянусь твоими всебогами, Цветением и Пеклом — это будет наш последний разговор.

Она запоздало кивнула, продолжая разглядывать его, как занимательную картинку. Оин посигналил Тичу, чтобы тот принёс ещё эля, и в ожидании принялся крутить между пальцев монетку, раз за разом заставляя её звенеть о столешницу. Звук получался нервный, как его дыхание.

— Иногда, знаешь, о чём я думаю? — сказала Несс, закидывая в рот шкварку. — Вот бы вскрыть твою черепушку и найти ту самую шестерёнку, что разболталась. Из-за

которой всё барахлит.

— Хватит, Несс.

— Что?

— Пытаться исправить меня.

— В том-то и дело — я не исправляю. Я просто знаю, каким ты можешь быть, настоящим.

Оин мог бы сказать, что она наивна, раз всё ещё надеется увидеть вместо него того мальчишку, что просиживал с ней ночи за учебниками по энигматике, придумывая смелые печати для разных забавных механизмов, ещё не знавшего цены падения с высоты собственных амбиций. Но не нашёл в себе сил на спор. Агнесс притихла, придвинула к себе кружку с ещё тёплым взваром и хмуро водила пальцем по рифлению сбоку.

— Ладно, — сказала она. — Вижу, от этих разговоров нет толку. Что? Я серьёзно. Никакого наставничества. И слова от меня больше не услышишь.

— Да ну?

— Угу, — она отпила взвара. — Мне хватит и того, что ты больше не возишься с теневой дрянью. А то я уже начала понемногу откладывать тебе на достойное погребение.

Оин усмехнулся, стараясь не выдать взглядом, как в нём зашевелилась вина.

— Я не шучу, — сказала Несс. — До твоего ареста я думала, раз уж мне ни на что не повлиять, куплю тебе хоть красивую урну. Не самую дорогую, но получше тех, что выдают в аренду за пошлину. Не всё должно ложиться на плечи Дэша. У него, сам знаешь, те ещё заботы: учебники, там, детские обеды…

Оин не удержался и рассмеялся, негромко, но по-настоящему. Несс пихнула его локтем, тоже с улыбкой. И внезапно стало легче дышать, и можно было просто сидеть рядом, не обороняясь от вопросов.

Позади кто-то резко и фальшиво ударил по струнам. Агнесс обернулась, чтобы глянуть на развеселившуюся компанию молодых торговых приказчиков. Один из них швырнул в барда, тосковавшего в углу, горсть лури, требуя сыграть что-нибудь повеселее. Тот не посмел отказать достопочтенным господам с туго набитыми кошелями и живо извлёк ударом по лютне первую ноту популярной при королевском дворе плутовской песенки:

Поведать явился я слух интересный…

— Только не это, — обречённо простонал Оин.

Рассказ о Глупце и Цветочной принцессе!..

Агнес, напротив, хохотнула и весело хлопнула в ладоши — она любила эту песню и присоединилась к одобрительному свисту других посетителей. Ободрённый таким приёмом бард расправил плечи, прибавил голосу силы и продолжил:

Луна повела прелестницу в лес –

Опасное место для разных принцесс,

Где скрытый взор в тенях меж ветвей

Ожидает момента для тайных затей.

Прикрыла глаза стыдливая ночь,

И Глупец покорил королевскую до-очь!

Оин поморщился, пережидая высокую ноту, нещадно пронзившую слух.

Он в тень уволок её, страстно обнял,

Разжёг в нежных грудях желанья пожар.

Робела! Краснела! Прекрасная мару,