Ретроспектива
Шрифт:
– Приятно познакомиться, – Мира пожала протянутую руку. – И я не редактор, Теодор преувеличивает. Я просто даю ему свои комментарии.
– Он действительно стал писать больше. Ещё учитесь? Работаете?
– И то и другое. Учусь на факультете журналистики. Подрабатываю в «Артазарт».
– В самом деле? Искусство – ваша стезя? Или пробуете перо?
– О нет, я не из тех, кто мечтает дорасти, чтобы писать о политике. В направлении искусства пойду дальше.
– Как интересно вы говорите! – восхитился Джон.
– А
– Ты же знаешь, если сотрудник не в штате… – Джон сделал многозначительную паузу. – И кстати, комиссионные не вмещают в себя…
– В издательстве на семьдесят третьей улице мне предлагают больше. Просто напоминаю.
– Ты пользуешься моей безграничной любовью, засранец! Что за «вынь да положь» с порога? Кстати. Зачем тебе комментарии? При живом-то редакторе!
– Писательство – это алхимия. Творческий поток направляет меня, я на ходу определяю маршрут. Но временами меня заносит в пучину безрассудства, а Мира помогает не потерять изначальный путь. Как карта. Как маяк.
– Почти убедил.
Мира едва улавливала настроение их беседы.
Подтрунивают друг над другом? Панибратничают?
– Раз уж мне представилась возможность пообщаться с тем, кого оценил такой привереда, как Вермеер… Мира, скажите что-нибудь об этом заголовке.
Джон протянул ей напечатанный на листке текст.
– Хитрец. Сначала заплати, – вмешался Теодор. – Она бесплатно советы не раздаёт.
– Я не с тобой разговариваю! Это ты у нас за каждую строчку требуешь деньги.
– Странно, что тебя это удивляет. Слово – наш хлеб. Не подсовывай ей ничего, она только моя!
Внутри Миры всё сладко перевернулось – между словами Теодора вилась ревность?
Джон по-простецки отмахнулся от него.
– Мира?..
– Топор. Она посоветует топор. Отрубить эти два марателя бумаги, именуемые руками.
Джон снял очки и потёр глаза.
– Теодор вот вообще шутить не умеет, – в голосе, тем не менее, прозвучала вдохновлённая нежность.
– Согласна, – Мира вызвала ответную улыбку Джона.
– Уже спелись против меня? – Теодор с досадой вздохнул. – Схожу за кофе. Мира?
– Да, спасибо.
– Кухня переехала в противоположное крыло, – крикнул ему вслед Джон.
Мира окинула кабинет взглядом в надежде за что-то зацепиться и найти тему для обмена репликами.
– Работа редактора обмельчала, – первым начал Джон. – Последнее время только и делаю, что всех стимулирую писать. «Ну принесите новые главы, братцы, сроки горят».
– Творческий кризис, – справедливо вставила Мира.
– Кризис… А работа стоит! Что с ними со всеми делать?
– Когда у меня нет сил заниматься целой статьёй, я говорю себе: просто напиши абзац. И вот я уже обнаруживаю, что один абзац превратился в два, а два ведёт к трём. И в конце концов – работа выполнена.
– Ну, ваш метод действует до поры до времени. Потом себя сложно обмануть.
–
– Не могу я, – печально объяснил Джон. – У нас атмосфера дружбы и поддержки.
Несколько минут висела тишина.
– Что-то Теодор долго.
Мира согласно кивнула.
– Пойду поищу.
Теодор нашёлся в конце коридора. «Типография» – значилось на табличке стеклянной двери. Компанию ему составляла девушка. Занятые беседой, они не заметили Миру у брошенного в проходе картонного стенда. Отсюда она ничего не слышала. Зато могла понаблюдать. Незнакомка держала в руках толстый портфель. Её короткие волосы были уложены в причёску Жанны д’Арк, которая ей не шла. Как и костюм, словно с чужого плеча. Но на вид девушка казалась молодой, просто состаренная безвкусным образом. Прямо воплощение этого здания – старое в неуклюжем сочетании с новым. Но в отличие от издательства эта особа заведомо Мире не нравилась.
Незнакомка вдруг рассмеялась и погладила Теодора по лацкану пальто. Глаза Миры заслонило красным. Кто эта девушка, стало до прозрачности очевидным: знакомая при определённых обстоятельствах. Мира не понимала, как сделала этот вывод, но точно знала, что не ошибается.
Отойди от него! Он сейчас не на работе.
– Извините, мисс, – мужчина потащил за собой стенд, отобрав у Миры её укрытие.
Пора обнаружить себя.
Теодор с незнакомкой обратились к неожиданно выросшей перед ними фигурой.
– Привет, – беззаботно поприветствовала Мира.
Незнакомка посмотрела на неё с поддельным интересом. Мира ощутила на своей талии ладонь Теодора. Успокаивающий, тёплый жест.
– Это Мира, мой редактор. Точнее, не совсем редактор. Мне просто нравится так её называть. Она даёт комментарии моей новой работе.
Девушка жеманно улыбнулась ему. Затем ей.
– Шерон, – представилась она.
Европейский акцент? Нет, просто странная манера говорить. Или нежелание говорить вовсе, оттого слова выделялись сухой интонацией. Но, возможно, Мира просто приписывала её поведению то, что хотела.
– Что ж… – заключила Шерон, и Теодор подхватил:
– Да, нам тоже пора.
– Была рада увидеться, Теодор.
– Взаимно.
Мире Шерон только вежливо кивнула, прежде чем скрылась за стеклянной дверью типографии.
Привлекая внимание, Теодор снова погладил Миру по талии.
– Выпьем кофе у Джона?
***
На небе скопились заунывные тучи. Погода испортилась буквально за час. Спрятавшись от ветра, Мира подняла воротник. Теодор же шёл с прямыми плечами и спиной. Руки держал глубоко в карманах своего длинного пальто.