Чтение онлайн

Джо смотрела на всё иначе. Я лишний раз сумел убедиться в этом, когда посреди дня кто-то резво начал стучать в моё окно, словно с намерением выбить его к чертям. Шторы были задвинуты, чтобы не пропускать дневного света, что был в тот день ещё ярче из-за выпавшего внезапно первого снега, что не прекращал своего хода с самого утра. Сперва, я думал, что это были глупые птицы, но когда стук не прекращался, я резко поднялся с места, отодвинув шторы в сторону, и застыл на месте, когда увидел за окном Джо. Она махнула мне рукой, чтобы я поскорее впустил её внутрь. Ей было холодно, о чем я подумал не сразу, сраженный сомнением в том, что она

могла мне причудиться.

— Помоги мне, пожалуйста, — Джо протянула вперед руки, облаченные в варежки, и неуклюже подпрыгнула вверх с намерением ввалиться в комнату. Я не менее неуклюже потянул её на себя, из-за чего мы оба повалились на пол. Я упал на спину, когда Джо оказалась сверху. Шапка надвинулась ей на глаза, что делало ситуацию вдвойне комичней. Она попыталась привстать, но затем снова упала, прижав меня к полу. Мы оба рассмеялись. Я поправил ей дурацкую шапку и первым поднялся на ноги, что помог сделать и девушке.

— На улице снег, ты видел? — восторженно завопила она, указывая на вид за окном, что не впечатлял меня так, как её. Её глаза сияли, улыбка не сходила с губ. Джо была похожа на ребенка, узревшего чудо, родившееся в его чистой незапятнанной душе светлым огоньком, которому суждено было погаснуть, встретившись с первым разочарованием. — Собирайся скорее. Пошли на улицу! — никак не унималась девушка, не отводя глаз от глупого снега. Это даже казалось очаровательным и милым, хоть и отчасти наивным и глупым.

— У меня вроде как домашний арест, если ты вдруг забыла.

— Главное, что я не забыла, это, что ты самый ярый противник любых правил. Когда это ты подчинялся им? Если уж, кто и умеет нарушать границы, то только ты. И сейчас самое подходящее для этого время! — когда она посмотрела на меня, взгляд её стал куда жестче. Она сузила глаза, надула губы, пытаясь выглядеть куда серьезней, чем была на самом деле, что даже позабавило. Я улыбнулся, а следом за мной это сделала и сама девушка, сдавшись быстрее, чем я ожидал.

— И что такого в этом первом снеге? Я вижу его каждый год.

— Какой же ты невыносимый сноб! Одевайся скорее, прошу тебя, — девушка подтолкнула меня к шкафу с одеждой. Она умоляюще сложила руки впереди, и что мне оставалось делать? Я снял футболку, заставив Джо смущенно отвернуться к окну.

Джо всё ещё была в школьной форме, что привело к заключению о том, что после школы она первым делом прибежала сюда, чтобы вытащить меня из дома и узреть то, что в её глазах сияло невиданным волшебством. Лямка рюкзака была перевернута, шапка перекошена, как и шарф, ладони в варежках сжимались и разжимались.

— Мои куртка и ботинки в прихожей, — сказал я, как только переоделся. — В гостиной может сидеть отец. Ему вряд ли понравиться моя затея сбежать из дома.

— Ладно, Фредерик. Похоже, я действительно прошу тебя о многом. Я, наверное, пойду, — Джо смешно шмыгнула носом. Её щеки полыхали красным из-за поднявшейся в тепле температуры тела. Она последний раз посмотрела на меня, словно именно в эту минуту, я должен был её остановить, и что-то внутри меня всё же надломилось.

— Жди меня снаружи, — вздохнув, произнес я, не выдержав этой пытки. Ей даже не нужно было убеждать меня в чем-либо, когда я был согласен на всякую глупость независимо от того, делало это нас ближе или нет. Она начала ощущать свою силу надо мной, и это было именно то, чего я опасался. Щенячьи глазки, теребящие скромно край юбки пальцы и переминание с ноги на ногу —

срабатывало безотказно. Обаяние Джо, о котором она навряд ли сама подозревала, всякий раз поражало всё больше, хоть я и должен был научиться противостоять ему, вместо того, чтобы сдаваться раз за разом.

— Подсади меня только, пожалуйста, — без прежнего вызывающего тона попросила девушка. Я помог ей вылезти наружу, чем заслужил ещё одну милую улыбку, согревшую даже при ненавистном морозе.

Отец уснул перед телевизором, поэтому я без лишнего затруднения быстро набросил на плечи куртку, завязал вокруг шеи шарф и обулся. Джо уже стояла возле подъездной дорожки и ловила языком снежинки, забавляя своей беззаботностью всё сильнее.

— Они ведь умирают на твоем языке, ты знаешь? — я подошел к девушке сзади, заставив её подскочить на месте от неожиданности. Она нахмурилась, толкнув меня в бок, от чего я даже слегка пошатнулся.

— Всегда тебе надо всё испортить, — обиженно заявила девушка, прежде чем побежать вперед, схватив меня за руку. Я не стал бежать за ней следом, чем тормозил Джо, что злило её. Она повернулась ко мне и схватилась обеими руками за мою ладонь, прилагая всё больше усилий, чтобы хоть немного ускорить мой ход. Я лишь жалел о том, что не мог переплести с ней пальцы, в чем помехой стали чёртовы варежки. Холод покалывал кончики пальцев, но это казалось сущим пустяком по сравнению с этой проблемой.

— Куда ты меня ведешь?

— Разве не очевидно, что мы идем… В никуда! — громко крикнула девушка, из-за чего мне даже подумалось о том, что пустая улица ответит ей эхом, чего, конечно же, не случилось. — Нам не нужно идти куда-то, чтобы чувствовать в воздухе чудеса.

— Я чувствую только холод, — я шмыгнул носом, после чего сделал глубокий вдох. Морозный воздух застрял где-то в глотке, вытеснив из тела всё тепло. — Никаких чудес.

— Я полагала, что людей ненавидящих снег не существует, но ты снова сумел меня удивить, — она сдалась. Перестала тянуть меня торопливо вперед и взяла под руку, опустив голову на плечо. — Неужели снег не пробуждает в тебе некое предчувствие? Словно скоро всё точно должно измениться, стать лучше.

— Подобное чувствуют лишь люди, которые в этом нуждаются.

— Разве тебе это не нужно? — Джо странно посмотрела на меня, дожидаясь исключительно искреннего и правдивого ответа, который и сама знала.

— Что насчет тебя? — спросил я вместо того, чтобы ответить самому.

— В этом году я нуждаюсь в этом больше, чем когда-либо. Не знаю, знакомо ли тебе чувство, когда ты над чем-то усердно трудишься, а затем результат не оправдывает твоих ожиданий. И я ведь даже пыталась убедить себя в том, будто сделала всё, что было в моих силах, что в остальном обязательно должно повезти, что это ещё не конец света, но… В этот раз я сдалась. Слишком много обстоятельств было против меня, с чем я не смогла справиться. И мне так стыдно за то, что я проиграла, позволила воспользоваться собой, так глупо верила… Дело ведь было не только в выборах… — конечно же, свою лепту внес и Вуди Кёртис. Чёрт, я уже успел позабыть об этом ублюдке. — Неужели я не могу кому-то нравиться? Просто так и без всяких предлогов. Почему хоть кто-нибудь не может увидеть во мне хотя бы что-то, что заслуживало бы малейшего внимания, не стоящего мне ничего? Почему никто не находит во мне и капли особенности, отличающей от остальных? Почему я чувствую себя плохим человеком из-за этого? Почему…