Чтение онлайн

— Сколько денег понадобится? — перебил ее практичный Данила.

— Понятия не имею. Миллион или два долларов. Возможно, вообще не понадобится. В конце концов, Виктор еще не отказал.

Данила сосредоточенно разгладил густые, как у отца, брови.

— У тебя есть такие деньги? — по-деловому спросил он мать.

Лариса растерянно развела руками.

— Здесь, в России? Не знаю. Нет, наверное. Я, конечно, могу поговорить с управляющим банком...

— Но он тут же доложит Виктору, — закончил я за нее.

— А там? — продолжал Данила. —

В Англии. Есть?

— В Англии я, пожалуй, найду.

— А как мы перешлем их сюда? — повернулся ко мне Данила.

— Очень просто. Сбросите на счет фирмы, который я назову по телефону. Это уже техника. Главное, чтобы они были.

Данила помрачнел.

— Выходит, надо уезжать? — вслух произнес он, переводя испытующий взгляд с матери на меня.

Мы не ответили.

— Может, ты поедешь одна?.. — осторожно начал он. — А я бы здесь поторчал еще немного.

— Забудь! — отрезала она, и он замолчал, поняв, что хватил лишнего.

Вновь повисла пауза. Я ждал, не торопя, чтобы не вызвать обратной реакции.

— Нам нужно подумать до завтра, — произнес, наконец, Данила. — Давайте созвонимся в понедельник вечером или даже во вторник, когда вы точно будете знать: нужны вам деньги или нет.

Я незаметно перевел дыхание. Хотя бы одну проблему мне удалось решить: они уезжали. Храповицкий, кстати, никогда не соглашался сразу, даже если решение было очевидным. Для него взять паузу перед приговором являлось нормой поведения серьезного человека. Данила рос серьезным человеком. В отличие от меня.

Артурчик назначил мне встречу в ресторане «Море» неподалеку от Старой площади, заверив, что на сегодняшний день это самое модное в Москве заведение, где бывают «все приличные люди». Судя по отсутствию колебаний в выборе, ресторан был исключительно популярным.

Манерная администраторша на входе поинтересовалась нараспев, делал ли я букинг и на чье, простите, имя. Я ответил в той же изысканной московско-кабацкой манере, что, простите, не допер, но, если она поставит меня в вэйтинг-лист, то я готов обождать и в машине. Пусть она только распорядится притаранить вон в тот черный «Мерседес» фрэш оранж и сингл эспрессо.

Она помялась, но проводила меня в зал, где кроме меня и официантов сидело несколько человек, одетых так, что к себе в кабинет я бы их не пустил. Все они громко разговаривали по мобильным телефонам. Должно быть, приличные люди приходили сюда позже. Или они тоже забыли сделать «букинг» и их не пустили. Самого Артурчика, между прочим, нигде не наблюдалось.

Минут двадцать я изучал разные породы рыб и морских гадов, часть из которых в преддверье неминуемой кончины томилась в аквариумах, а другая часть, уже отмучившись, мирно покоилась на льду. Затем, решив не выделяться среди посетителей, я тоже достал телефон и набрал Артурчика, но он не отвечал. Тогда я позвонил Насте по новому мобильному номеру.

— Здравствуйте, — сказал я. — Вы уже в Москве?

— Нет, —

ответила она. — Я немного задержалась. Не смогла найти достойного компаньона своему животному на время отсутствия. В конце недели выезжаю поездом.

— Жаль, — разочарованно проговорил я. — А я собирался пригласить вас в одно модное местечко, куда ходят все приличные люди.

— В оперу? — в ее голосе мне послышалась ирония.

— Приличные люди в Москве не ходят в оперу, — нравоучительно заметил я. — В опере поют, а здесь слышите, как орут?

— А куда они ходят?

— На выставки, где демонстрируются дары моря.

— Если вы про рыб, то лучше моего кота возьмите, он очень этой темой интересуется.

— Честно говоря, мне ужасно надоел ваш кот, он слишком часто вторгается в наши разговоры. С его стороны это наглость. Кстати, о наглецах. Как долго, по-вашему, можно ждать без ущерба для самолюбия?

— Вы кого-то ждете?

— Ага. И этот «кто-то» бессовестно опаздывает.

Мне показалось, что на той стороне трубки возникла какая-то настороженность.

— Даже не знаю, — протянула она. — Тут все зависит от самолюбия. Точнее, от того, кого вы больше любите, себя или человека, которого ждете?

— Уж точно не его, — заявил я без всяких колебаний. — А если этот парень задержится еще минут на десять, я вообще начну его ненавидеть!

— Так у вас деловая встреча? — догадалась она, и в ее голосе мне послышалось облегчение.

— Ну да, разумеется. А вы что подумали?

— Ничего, — поспешно ответила она. — Не имеет значения. Если у вас деловая встреча, то лучше все-таки подождать.

— А по-моему, серьезные люди не опаздывают.

— Опаздывают, — вздохнула она. — Иногда вообще не приходят.

— Странная у вас логика, — сказал я озадаченно.

— У меня вообще ее нет, — подтвердила она.

— Что там с Дианой? Вы видитесь с ней? Я не могу ее найти. Она поменяла номер?

В нашей беседе опять почувствовалось напряжение.

— Она уехала из города, — через некоторое время сдержанно проговорила Настя.

— Куда?

— Она не сказала. Как я поняла, возвращаться она не собирается. Во всяком случае, в ближайшее время.

Разговор на эту тему явно не склеивался.

— Я только хотел узнать, как у нее дела? — примирительно пробурчал я, гадая о причине Настиной отчужденности. — Может быть, ей нужна какая-то помощь? Я имею в виду — после последних событий.

— Мы с ней не обсуждали последних событий, — сухо откликнулась Настя.

Я понял, что дальше лезть не стоит, и попрощался, выразив надежду на скорую встречу.

В течение следующего часа я успел выкурить около пачки сигарет и дать себе слово, что если мне случится плыть с Артурчиком еще раз на теплоходе, то сначала я брошу в воду его, а уж потом решу, прыгать мне самому или нет. Я бы, конечно, плюнул и ушел, но мне мешала мысль, что, поступив так, я обеспечу Храповицкому несколько лет ожидания в местах гораздо менее комфортных, чем ресторан «Море».