Чтение онлайн

— Держись, — шептала она. — Ты, главное, держись…

И поднималась по лестнице, ступенька за ступенькой, словно на небо.

— Это было неизбежно, — сказал старик. — Кали всегда убивает Шиву.

— Он жив! — возразил горбоносый.

Бледный, как бледнеют только люди со смуглой кожей, смертельно уставший с дороги, он стоял в дверях. Стоял с таким видом, словно

хотел зайти в кабинет, но почему-то боялся это сделать.

— Обширный инсульт — не всегда приговор. Врачи говорят…

Он перебил меня, отметил старик. Он в крайнем возбуждении.

— Капитан Шияненко умер, шри Динеш. Мне очень жаль.

— Откуда вы знаете?

— Час назад мне сообщили из госпиталя. Вам тоже сообщили.

— Мне никто не звонил.

— Они прислали свидетельство о смерти на мейл. Вложением в письмо. Но вы в это время ехали ко мне и, по всей видимости, отложили чтение письма на потом.

— Умер, — повторил Динеш. — Капитан умер…

Он словно убеждал себя принять случившееся.

— Я только что с поезда. Да, я решил: прочитаю потом. Я даже не посмотрел, что за вложение…

Вошел, отметил старик. Наконец вошел, ходит по кабинету. Ходит? Мечется, как зверь в клетке. Заложил руки за спину, сцепил пальцы в замок. Неуважение? Нет, он просто поглощен своими мыслями. Сейчас он опомнится.

Горбоносый остановился. Расцепил пальцы, дал рукам свеситься вдоль тела.

— Шри Чаттерджи, — спросил он, — вы знали, что Калина осталась жива? После отключения? Знали еще тогда?

Старик пожал плечами:

— Знал ли я? Нет.

— Но вы сами сказали мне о бессмертии! Я решил, что это фигура речи…

— Я не знал, — повторил Чаттерджи Вишванатх. — Я был уверен. И мы говорим сейчас не про Калину, а про Кали. Понимаете, шри Динеш, знание и вера — разные вещи. Очень разные, и растут из разных корней. Они такие же разные, как старший сержант Калина Бадрачук и Кали Самхара.

— Не понимаю, — отрезал Динеш.

— Это потому что вы родились здесь. Я знаком с вашими родителями, это очень

достойные люди. Я в курсе вашего образования, я сам вас учил. Мне известна ваша варна, иначе я бы не ел в вашем присутствии. Но вы родились здесь, этим все сказано. Мои корни глубже ваших.

— Это значит, — язвительно спросил Динеш, — что я глуп?

— Это значит, что я бываю непонятен для вас. Не умнее или предусмотрительней, о нет! Просто непонятен, вот и все. Вы обиделись? Не обижайтесь, вы тоже, случается, непонятны для меня. И можете много такого, чего я, увы, не могу.

Динеш прекратил хождение. Долго молчал.

— Простите, — наконец произнес он, сложив ладони перед грудью и кланяясь. — Я не должен был разговаривать с вами в таком тоне. Я слишком возбужден, это недопустимо.

Старик

ответил кивком, показывая, что извинения приняты, и хватит об этом.

Кали, хотел спросить Динеш. Нет, Калина. Что с ней? Хотел и не мог. После сообщения о смерти капитана Шияненко… Спрашивать о таком у шри Чаттерджи было бы слишком жестоко. Не спросить — преступно.

Проверить сообщения?

— С Калиной все по-прежнему, — ответил старик на не заданный вопрос. — Из госпиталя сообщили: состояние без изменений. Это было первое, о чем я справился. Что же до Кали… Я не знаю, что с ней. Не знаю, где она сейчас. Я ничего не знаю, увы.

— Кали всегда убивает Шиву, — повторил Динеш, возвращаясь к началу разговора. — Допустим. Но если так… Мы знаем, что капитан Шияненко умер от инсульта. Но что, если история повторилась? Что, если мы со временем обнаружим нашего Шиву где-нибудь там?

Горбоносый мотнул головой в сторону моноблока. Пальцем же он указал вверх, имея в виду, наверное, облако.

— Не обнаружим, — спокойно отозвался шри Чаттерджи.

— Вы уверены?

— Я это знаю.

— Откуда?

— После истории с Калиной я велел заблокировать у всех ИИ, связанных с нашими проектами, опцию переноса и сохранения личных данных оператора. Капитан, мир его праху, умер. В следующем воплощении он будет кем угодно, только не Шивой.

— Вы предусмотрительны.

— Да. Но временами я чувствую себя убийцей.

— Мне звонил Сикорский, — поспешил сменить тему горбоносый. — Еще когда я был в поезде. Он не сказал мне о смерти капитана, а я не спросил. Генерал требует замены оператора на проекте «Шива».

— Требует, — кивнул шри Чаттерджи.

— Он не просто требует замены. Это надо сделать срочно. В скором времени ожидается массированная атака, город надо прикрыть.

— Требует, — повторил старик. — А у нас нет замены. Напарница капитана Шияненко? У старшего солдата Бугай несовместимость с интегральным режимом. Она фактически только раз пыталась работать в шлеме, и не смогла. Мы собирались ее заменить кем-то более подходящим, но всё откладывали. Замена ваханы — дело непростое. И вот — мы опоздали.

Он сел к столу.

— У нас нет замены. Я сейчас свяжусь с Сикорским.

— Ну почему же? — Динеш сверкнул белозубой улыбкой. — Не спешите огорчать генерала, шри Чаттерджи. У нас есть замена.

Улыбка стала шире:

— Я даже оставил ему шлем. На память, так сказать.

— Я совсем забыл о нем, — медленно произнес Чаттерджи Вишванатх. — Я становлюсь очень, очень старым. Да, шри Динеш, я был прав.

— В чем?

Горбоносый шагнул ближе:

— Вы так часто бываете правы, что я затрудняюсь выбрать что-то конкретное.