Искатель, 2012 № 11
Шрифт:
Новое утро подарило отличные новости. Папочка снял заклятье с моей комнаты — я опять свободна. Правда, заклятье перекочевало на комнаты Чорта, и теперь я обязана навещать его вечерами, как он меня прежде.
На завтраке, кроме Чорта, которому было предоставлено полное право самому о себе позаботиться, отсутствовали еще и мамочка с папочкой. Слуги сообщили, что они куда-то ушли еще затемно. Так что Бесику не осталось выбора, и он болтал с такой невнимательной слушательницей, как я. Сразу же после завтрака я отправилась на репетицию в школу. И снова выбрала длинную дорогу.
Город
И репетиция прошла совсем по-другому. Актеры то и дело собирались вокруг Героя и о чем-то шептались; по их ускользающим взглядам я догадывалась — разговоры ведутся о нашей семье. Победа перестала задирать меня, зато ни на шаг не отходила от Героя. Другие же, наоборот, сделались предупредительны ко мне, но, к несчастью, услужливость пробудилась некстати: они мешали слышать, о чем сговариваются мои враги, и я раз за разом отсылала их с глупыми поручениями Сложнее всего было остаться одной после репетиции. Меня наперебой зазывали в кондитерскую, в музей поглядеть на новые экспонаты в Зале Редкостей, а один мальчик даже обещал показать настоящую коллекцию марок у него дома. Раньше мне и в голову не приходило, что вокруг столько преданных поклонников. Но мне удалось ускользнуть от них в пустой класс, без свидетелей обернуться в кошку и последовать за неугомонной троицей.
Они уселись в сквере на скамейках. Я забралась на вяз и удобно растянулась на толстой ветви прямо над их головами.
— Нет, вы видели сегодня Маришу? — начала Победа. — Она все хуже и хуже. Она помыкает всеми, будто королева!
— Да, — согласился Гера. — Она три раза гоняла Малыша за газированной водой. Ужасная зазнайка!
— Она зазнается потому, что в курсе делишек своей семейки, — заметил Лев. — Отец пришел с работы под утро и сказал, что доподлинно известно: Знак подал Чорт Чорен.
— Но неужели, — возмущенно произнесла Победа, — никто не может справиться с ними, потому что они богаты?
— Ну, и поэтому тоже. У Упыря Чорена в Совете если не друзья, то союзники, так говорит мой отец, — авторитетно заявил Лев. — Разбирательство с Чортом назначено на завтра, но он вывернется. Чорт — настоящая змея.
Победа в жесте отчаянья стиснула руки.
— Но... но неужели твой отец и все другие не могут с ними бороться?! — Восклицание вышло очень драматичным. Жаль, она не присоединила к нему Взгляд — это немного испортило впечатление для искушенного зрителя.
— Чтобы бороться с ними, нужно стать такими же, как они, — изрек Лев глубокомысленно.
— Богатыми? — спросил Гера.
— Хитрыми, коварными, злыми, — ответил Лев.
Ах, он просто копия своего отца. Однажды тот приходил к нам, чего-то хотел от папочки, и точно также бессильно сжимал кулаки и морщил лоб.
После замечания Льва они умолкли, почувствовав, что разговор зашел в тупик. Положение спасла Победа.
— Но если не могут они, — с нарастающим напряжением в голосе проговорила она, — то это должны сделать мы. Ты, Герой!
— Что? — не понял он. — Стать коварным, хитрым и злым?
— Или
— Да нет же! — в досаде она топнула ногой. — Разрушить их коварные замыслы. Помнишь, какое предсказание сделала тебе на уроке госпожа Ведана? Ты победишь Зло!
— И как ты себе это представляешь? — с недоумением спросил Герой. — Упырь Чорен размажет меня одним взмахом волшебной палочки!
— А Чорт Чорен скатает в шарик и закинет на Луну, — добавил Лев.
— Ах, ну кто вас просит размахивать палочками перед носом волшебников! — недовольная их недогадливостью, сказала Победа. — Собрать доказательства их вины, и пусть с ними разбирается Нижняя Палата.
Меня невольно разморило на солнышке и, лениво жмуря глаза, я перевернулась на спину. «Вот так и начинаются кровавые войны, — подумалось мне, — у детишек оказывается слишком много свободного времени и полное отсутствие родительского контроля».
— И как ты предлагаешь собрать эти самые доказательства? Времени ведь не осталось. Ходят слухи, что Князь Тьмы возродится в ночь Солнцестояния, прямо во время бала, а до него всего ничего.
— Эх, пробраться бы в дом Чоренов, там наверняка можно раздобыть улики, — тоскливо протянул Герой.
— Замечательная идея! — восторженно воскликнула Победа. — Прекрасная мысль! Это можно сделать с помощь чар. Правда, это чары иллюзии, хорошего волшебника они не обманут, только слуг... и у меня не всегда получается...
Ничуть в этом не сомневаюсь, дор-р-рогая!
— А я даже не слышал о них, — признался Лев. — И откуда ты все знаешь, Победа?
Она фыркнула.
— Но в кого же превратиться, чтобы пробраться в дом Чоренов?
Они задумались. Есть о чем! Ответ прямо перед ними, но некоторые так слепы!
— В Маришу! — счастливо выкрикнула Победа. — Я знаю заклинание, которое запрет ее где-нибудь в школе на это время!
Ми-у, милая, никто не сомневался, что знаешь его именно ты.
Дальше не было ничего интересного. Они, излишне подробно, обсудили, как и куда заманить меня, что искать в доме и как быть, столкнувшись с настоящими Чоренами.
И опять мы завтракали без мамочки и папочки. Какие у них могут быть дела, мешающие позавтракать с детьми? Бесик, в радостном детском неведении, болтал не умолкая, но его не слушали. Чорт был задумчив. Бледность и темные круги под глазами намекали на бессонную ночь. Что ж, ему было от чего потерять покой. Я пила чай с молоком и думала сразу о нескольких вещах.
— Мне пора идти, — тихо проговорил Чорт.
— Я тебя провожу, — откликнулась я, поднимаясь из-за стола.
Чорт не возразил, а это значило, что он сильно напуган.
По дороге к площади Страстей мы молчали и, не сговариваясь, выбирали окольные пути, где нас не поджидали рассерженные волшебники. На площади, несмотря на ранний час, собралась толпа народа. Многие, без снисхождения и жалости к себе, облачились в парадные мантии, тяжелые, пропахшие прабабкиным нафталином, но все равно побитые прожорливой молью. Уродливые, высокие шляпы с обвислыми полями и затертыми звездами виднелись тут и там. То и дело слышались сердитые окрики — соседи наступали на длинные полы мантий, волочившиеся по земле. И эти люди жаждали участвовать в суде над моим братом!