Чтение онлайн

— Ай-яй-яй, пташке крылышко подбили. Как вам нравится, с трех шагов в человека попасть не могут!

— Тот не промахнулся, будто в нее и метил, — выстонал Гросс и показал раненое плечо. — Эту татуировку мне корявый Чинк колол, лучший татуировщик западного побережья...

— Издевается, гад! Поднимайся живо!!!

— Эх, какая картиночка пропала, шестьдесят пять долларов за нее отдал.

— Поднимайся, говорю, со мной пойдешь... Чего так смотришь? Я бы уже догадался куда.

Колыхнулась занавеска — пожаловал «сверчок», встал к стене и замер.

—

Что же «погонникам» про меня расскажешь? — спросил Гросс.

— Что есть, то и расскажу, мне бояться нечего — и так в тюрьме. Дадут штрафной изолятор — только рад буду: уж лучше в изоляторе, чем здесь с тобой!!!

Выражением лица Рэй дал понять, что никакие доводы его не поколеблют.

— Идем, иуда! — У Гросса снова не оказалось выбора: если его приведут к инспекторам, хоть комично, но это будет выглядеть как допускающая снисхождение явка с повинной, однако если наоборот... еще неизвестно, чем все кончится, если, наоборот, инспектора придут за ним.

Они покинули парикмахерскую. На удивление, Рэй не повел через двор — а взял вправо, по этому направлению в администрацию не попадешь никак. Перелезли через трубы теплоцентрали и завернули за камерный корпус.

Вскоре подошли к приземистому кирпичному строению, которое, словно пароход, коптило через помятую жестяную трубу — так выглядела снаружи котельная «Белой лошади».

Внутри пахло угаром и плавала угольная пыль. Они стояли на тамбурной площадке.

— Вижу, у тебя новая мыслишка появилась. — Гросс посмотрел вниз, сама котельная располагалась на глубине двенадцати футов ниже уровня земли. Удумал сжечь меня?

— Тебя можно, тебя в «Лошадке» вообще не существует! Заманить сюда, шибануть по бестолковке, да и сунуть в топку! — По всему было видно, что Рэй не шутит. — Но потом подумал, что парень, выбравшийся живым с «запретки», и из огня выйдет целехоньким. Ничто не берет тебя, Джек... И еще смекнул, будто пригодится мне такой фартовый... Да и такой тоже, — сказал он и предъявил ту самую, в первый день Гроссом погнутую монету. — Такого бы я на любое дело взял.

И вдруг прямо, без подначки спросил:

— Ну так как... не подкачаешь?

Гросс стиснул его локоть.

— Говори!

— Я выведу тебя из тюрьмы. Не задаром, конечно. Потом отплатишь. Идет?

— Опять под пули!!!

— Зачем же под пули — подземным ходом, он начинается здесь, в котельной.

Они склонились над сизой глубиной, где тускло светились рабочие окна котлов.

— Один, два, три, четыре, пять, — сосчитал их Рэй, а было только четыре. Пятое появилось не очень давно...

Другими словами, без сленгоязычных оборотов, история с подземным ходом выглядела так: однажды ночью среди четырех рабочих окон пробили бетонный барьер до грунта и воткнули еще одно. Так заложили потайной тоннель из «Белой лошади». После землекоп просто залезал с короткой лопатой в топку, запирал за собой заслонку и приступал к работе. Кто бы ни был спустившийся в кочегарку, он даже и не подозревал, что здесь происходит нечто противозаконное.

Выгодным моментом был тот факт, что котельная являлась закрытым

объектом, и лишь немногие имели право туда входить — это создавало надежную завесу секретности. Здесь не за что зацепиться взгляду, — в обстановке, которая не меняется годами, он замыливается и, ухватывая целое, уже перестает ловить детали. Так и с этим окном: конечно, инспектора его замечали, но никогда их не поражала мысль, что оно пятое, которого тут быть не должно.

Подземный ход прошел тютелька в тютельку между двумя нагревательными котлами. Землекоп работал ночами, а утром избавлялся от вынутого грунта: перемешивал его с угольным шлаком, ежедневно тот шлак в мешках вывозился из тюрьмы.

— Только трое знают о нем: я, Марк, а теперь еще и ты, — глядя в сизую мглу, говорил Рэй, — кстати, вот и он сам.

Одна из заслонок открылась, и наружу задом вылез чумазый человек в черной робе. За собой он с трудом вытащил плотно набитый мешок.

— Привет, Марк, — поприветствовал его Рэй. Тот ничего не ответил, только махнул рукой и по полу уволок свою ношу куда-то в темноту. — Он тутошний кочегар. Сорок с лишним дней копал для меня этот ход и сегодня с божьей помощью закончил, теперь осталось только чуть копнуть вверх, и ты на воле.

Гросс зацокал языком.

— Так кто из нас фартовый, коли за столько времени вас с Марком не накрыли?

— Мы все продумали. Докопайся он до Атлантики — никто бы и не просек. Но мне до Атлантики не по карману: за каждый ярд я платил ему доллар. Давай идем отсюда, — Рэй повернулся к выходу. — Здесь я тебе все показал.

Они покинули котельную, перебежали к камерному корпусу и остановились перед неприступной дверью запасного выхода. Почему-то у Рэя оказался от нее ключ, он отомкнул замок и грубо втолкнул Гросса внутрь.

На каком-то этаже горела одинокая лампочка, они поднимались по ступеням, оставляя в пыли четкие отпечатки подошв. На самом верху также имелась запертая дверь, и даже опечатанная сургучной печатью: «Опечатано 23 мая 1951 года печатью № 17639/13 Департамента юстиции США».

Рэй справился и с этой преградой, потом ковырнул ногтем сургуч, и он повис на нитке.

Вышли на крышу.

Гросс приблизился к краю, отсюда, как на ладони, был виден тюремный двор.

— Не высовывайся, — услышал он сзади. — Спрячь башку, тебе говорю!

Оба опустились на четвереньки и как можно дальше вытянули вперед шеи — прямо через двор двигалась процессия инспекторов.

— Узнаешь, кто впереди? — Рэй от злости хрустнул кулаком. — Сейчас мне устроят погром. Мер-р-р-р-завцы!!! И пол вскроют и потолок пробьют. Это они тебя ищут.

Ведомая Гарри Грэбом, процессия приближалась к парикмахерской.

— Да не тухни, Джек, «сверчок» уже замел твои следы, шиш они что найдут. Теперь вникай: ночью, как ты устроил переполох на «запретке», «погонники» прочесали все камеры, считали всели заключенные на местах, а с утра, видишь, пошли щупать «Лошадку» в потаенных местах. Разворошил ты осиное гнездо, теперь только держись. Ничего, переждем облаву здесь... да спрячься ты, бестолочь!!!