Чтение онлайн

Фрикс (греч. «дрожь», «трепет», «холодный озноб») — в древнегреческом языке и воинском обиходе эмоциональное состояние: внезапная крупная дрожь, мороз по коже или озноб. В описаниях сражений античными авторами «фрикс» обозначает тот физиологический трепет, который охватывает тело воина прямо перед столкновением.

Беотийский щит — тип щита овальной формы с характерными полукруглыми вырезами по бокам, являвшийся традиционным атрибутом фиванских воинов. Выемки служили практическим целям: они облегчали

вес щита и позволяли воину просовывать копье или свободно вести обзор, не открывая корпуса перед противником. В IV веке до н. э. изображение беотийского щита и палицы Геракла чеканились на фиванских монетах.

Флегетон — одна из подземных рек Аида в древнегреческой мифологии. В отличие от остальных рек Подземного царства, Флегетон представляет собой поток жидкого огня, который омывает Тартар и подпитывает подземное пламя.

Посейдон — один из верховных олимпийских богов, владыка морей, стихийных бедствий и землетрясений. В культуре и воинской практике IV века до н. э. почитался не только как покровитель мореплавателей, но и как божественный создатель коней (Посейдон Гиппий), что делало его культ ключевым для греческой и особенно македонской и фессалийской кавалерии.

Колхида — историческая область в Восточном Причерноморье, располагавшееся на территории современной Грузии. В древнегреческой мифологии этот далёкий край на самом краю обитаемого мира (ойкумены) считался родиной волшебницы Медеи, владением царя Ээта и местом, куда бог Гелиос прятал свое золотое солнце на ночь. Именно к берегам Колхиды на корабле «Арго» отправились Ясон и аргонавты, чтобы добыть охраняемое драконом Золотое руно. С VIII века до н. э. этот регион, богатый железом, золотом и строевым лесом, стал объектом активной греческой колонизации, в результате чего здесь возникли крупные торговые полисы Диоскуриада и Фасис.

Полемарх — высшая полисная магистратура в беотийских городах, избираемая обычно в составе коллегии из трёх человек. В отличие от беотархов, командовавших общесоюзной армией Беотийского союза, полемархи отвечали за подразделения конкретного полиса.

«Удача помогает только тем, кто отважится дерзать» — греческий афоризм V века до н. э., впервые сформулированный поэтом Пиндаром и позже адаптированный Еврипидом и Софоклом (а ещё позже римлянами).

До битвы при Херонее Священный отряд считался непобедимым. Как рассказывают, впервые он был создан Горгидом; в него входили триста отборных мужей, получавших от города все необходимое для их обучения и содержания и стоявших лагерем в Кадмее. Некоторые утверждают, что отряд был составлен из любовников и возлюбленных.

— Плутарх. «Сравнительные жизнеописания», «Пелопид», Глава 19.

Выехав из плотного пыльного облака на открытый простор, Александр перевёл дыхание и осмотрел вдоль затянутую маревом долину. Увиденное

его искренне порадовало. Сокрушительный прорыв царской агемы начал необратимое падение. Пробитый ими насквозь центр беотийской фаланги облегчил задачу соседним илам, которые, воспользовавшись смятением противника, тоже сумели разрезать фиванский строй. Дальше всё рушилось уже настоящим каскадом. По всему правому крылу союза гоплиты Беотии массово бросали оружие и спасались бегством; лишь кое-где ещё маячили отдельные островки отчаянного сопротивления, но их моментально брали в крепкое кольцо, заставляя складывать щиты.

Ближе к центру сражение всё ещё кипело. Оттуда также тянулись вереницы бегущих, правда, не в таком количестве, как у них. Как мог предположить Александр по звуку боя, большая часть коринфян и мегарцев пока продолжала держать строй. На левом фланге антимакедонского союза, где стояла Аттика, под нажимом его отца афиняне сходно дрогнули, хоть их отступление и отличалось от хаотичного бегства беотийцев. Судя по всему, афинские стратеги, осознав, что после гибели правого крыла битва проиграна, просто решили спасти остатки войска.

Во время этого беглого осмотра внимание Александра в какой-то момент привлекла упрямая задоринка на их собственном участке. На самом краю бывшего правого фланга союза, у самой воды, кипел жестокий бой, где густо толпились педзетайры и всадники. Вглядевшись сквозь редеющую пыль, благо это было совсем недалеко, Александр сумел разглядеть знакомые асписы, замеченные им ещё в самом начале битвы. Сомнений быть не могло — у вод Кефиса стоял Священный отряд из Фив. Глядевший на него гиппарх не смог не удивиться тому, почему они доселе не сумели с ним разобраться. Прежде чем ринуться к центру, требовалось потушить и этот очаг сопротивления.

Взвесив все «за» и «против» и придя к выводу, что исходу сражения уже ничего не угрожает, Александр в итоге доверил руководство центральными илами Клиту. Гиппарх приказал Чёрному добиться от окружённых беотийцев сдачи, а затем, в случае задержки Аргеада, самостоятельно перегруппировать конницу и при необходимости помочь гипаспистам Антипатра дожать вражеский центр. Оставив иларха вместе с Парменионом и Кратером торговаться с перепуганными фиванцами, сам Александр в сопровождении Гефестиона, Птолемея и Аристона направился к берегу реки. Там, прижатый к самой воде, ведший бой Священный отряд зажимали в тиски две синтагмы из пехотного таксиса Кена и две кавалерийские илы. Одна принадлежала гетайрам, а вторую составляли фессалийцы, в рядах которых где-то должен был сражаться ранее отосланный к ним Пердикка.

К слову, долго искать его не пришлось. Не успел Александр со спутниками подъехать к почему-то бездействовавшим на фланге отрядам, как из заднего ряда фессалийской тетрархии им навстречу выскочил усталый Пердикка. Выглядел он так, будто только что вынырнул из глубин Тартара: его роскошная красная хламида была изодрана в клочья, а льняной панцирь плотно покрылся коркой из пыли и засохших брызг крови. Его и без того угрюмое лицо казалось ещё темнее, чем обычно, однако при виде Александра и друзей углы усталых губ парня чуть тронула слабая улыбка.