Чтение онлайн

Кшатра почти полностью уничтожена. Горстка моих людей оккупировала эту гостиницу. Цогма устроила пункты выдачи гелей для бывших служащих. Мы только и можем, что воровать их запасы, лишь бы выжить. Это крохи. Посмотри на меня Ильс, я съезжаю с катушек...

– Я рядом. И не дам тебе съехать с катушек. Съеду вместо тебя, если окажется, что кто-то должен.

Её колотил озноб.

– Мне перепадает стакан цоджа раз в три дня, и тогда я могу ходить. А если везёт на флегму, то могу

думать, - Цанти ускоряла речь, комкая слова.
– Дэфра - хуже, чем молотом по голове. Не больно, но глупо-глупо. Она здесь большая редкость. Почти всю забирают силовики с Земли.

Жартовский вздрогнул, узнав 'глупый-глупый' характерный для пустошей говор. Цанти под дэфрой превращалась в свою сестру, и это было отвратительно.

– Откуда здесь земные военные?
– спросил он осторожно.

– Земля присылает новые отряды миротворцев каждую неделю. Спасительная миссия, - с презрением выплюнула она.
– Они захватили власть, Ильс. Ходят слухи, Лео Варрич мёртв, но точно никто не знает. Теперь тут заправляет глобальное земное правительство. Так говорят. Из моего положения видимость так себе, - она закашлялась.

– Надо выбираться отсюда.

– Они вывезли с планеты только элиту. Избранных. Ни на Марсе, ни на Земле нет свободного места для беженцев. Эвакуацию остановили.

– Говорят, многие кантуются на орбитальной станции...

– Предатели!
– прошипела Цанти.
– Настоящие танандцы не бросили Первоматерь. Мы остались здесь, рядом с ней! Даже теперь! Хотя город стал той же пустошью. С той лишь разницей, что изоляты знают как в ней выжить, а мы нет! А этот кошмарный звон, ты слышишь его?
– Цанти спрятала голову в тряпье и застонала.

Жартовский похолодел. Никакого звона он не слышал, а галлюцинации очень плохо поддавались лечению без гипнокамеры.

– Цанти, посмотри на меня! О чём ты?

– Они привезли ультразвуковые установки с Земли, - через силу проговорила она.
– Мы с биантами называем их звонари. Хотя с какими биантами, - она всхлипнула, - теперь мы никто. Мы больше не чувствуем Чломму. Звонари глушат её вибрации. Я больше не знаю, как она себя чувствует! Я глохну...

Он молча гладил её по голове.

– Мы с изолятами поменялись местами, - продолжила она, когда отдышалась, - ты ведь был у них, так? Ты почувствовал, как они активизировались? Теперь у них нет приступов, Ильс. Нет приступов! А мы, те, кто слышал Чломму, глохнем от невыносимого звона...

– Теперь понятно, - начал было Жартовский и оборвал себя на полуслове. Ему стала ясна причина аномальной активности Анчисс.

– ... Может, ты был прав. Надо было бежать, когда мы ещё могли, - приговаривала Цанти. Она забилась в угол, обняла колени и мерно раскачивалась из стороны в сторону.

– Шшш...
– он прижал её к себе. Рёбра под грязным балахоном выпирали, как струны

открытого рояля.
– Я помогу тебе. Просто будь здесь, хорошо?

– Не уходи, мне страшно.

– Я принесу тебе гелей, - сказал он единственное, что могло её убедить, - я найду их, ты снова её почувствуешь.

– Это невозможно, Жартовский....
– она снова зашлась кашлем и прижала ко рту скомканный платочек.
– Чломма больше не даёт гелей, все станции добычи брошены. Креаторы пытались. Слишком сильная боль. В пунктах выдают мизер, который только дразнит... Где ты их добудешь?

'Понятия не имею!' - подумал он.

– Привести сюда Рэйми тоже было невозможно. Но я это сделал, так?

Она дергано подоткнула одеяло спящему ребёнку.

– Сделал.

– Верно, - он встал и покачнулся от головокружения. Поправил рюкзак, который прирос к спине за дни похода из пустошей.
– Сделал, потому что ты - кто? Ну, скажи...

– Твоя девочка, - улыбнулась она так ясно, словно вспомнила лучшее, что с ней случалось.

– Точно, моя, - произнёс он, отводя глаза.

– Ильс?

– Я здесь.

– Пожалуйста, будь осторожен. Ты выглядишь как аллергик. Я видела Охэнона на Октановой площади. В петле. С табличкой 'Смерть изолятам'.

***

Зудящая вина подгоняла Жартовского шагать быстрее. Он нёсся по раздолбанному городу и высматривал признаки станции добычи. Узнал её по колючей проволоке, ядовито-жёлтым запрещающим знакам и голограммам с черепом и костями. Земляне явно перестарались с театром безопасности.

Он протиснулся меж заграждений. Стал рыскать между плит, перекрытий и руин. Лишь час спустя наткнулся на ржавеющий фуникулёр у входа в подземный тоннель. На удачу дёрнул рубильник, и спуск озарился морковным светом. Он полез вниз, срывая о рельсы мозоли на ладонях.

Станция была подтоплена, под мясным потолком мостились погнутые металлические укрепления. Чломма пыталась сжаться и зарастить искусственные проходы. Давление превратило титановые балки в загогулины. Лампы мерцали, нагнетая жуть.

Ильс долго плутал в тесных лабиринтах, напоминавших кишечник. Чудом набрёл на отсек добычи. Сотни капсул мостились по обеим сторонам коридора. Двери их были распахнуты. Повсюду валялась брошенная аппаратура. Несло плесенью.

Он шагнул в первую попавшуюся капсулу. Отогнул истерзанный кожаный полог кокона. Край был отодран от мякоти, торчал гигантским заусенцем. Как видно, последний креатор выбирался из ложа в спешке, не выдержав боли сопряжения с Чломмой. Крючки для спецкостюмов пустовали.