Через горизонт
Шрифт:
— Ого, — признал я его заслуги, — ты здорово потрудился. Но для утреннего чая не надо было набирать так много.
— А ты оставь про запас, — флегматично сказал Лео, — завтра они ведь тебе опять понадобятся.
— Ты хочешь сказать, что это место нам подходит для постоянного лагеря? — озадаченно спросил я.
— А что, разве нет? Место удобное, вода рядом. Можешь купаться, сколько душе угодно, да и красиво здесь.
Я огляделся. Лео был, как всегда, стопроцентно прав. Места более удобного для лагеря трудно было себе даже представить.
— Решено, здесь и останемся.
И
— Я думаю, что потом, когда-нибудь, немного позже ты сможешь взять сюда и Паолу.
Я встрепенулся:
— Ты думаешь? Это будет возможным?
— А почему нет. Я думаю, что они должны разрешить тебе это. Да и, если совсем быть честным, то ты и не обязан их спрашивать.
Я задумался. А действительно, что мне мешает. Правда, я совсем не хотел бы, чтобы Паола принимала непосредственное участие во многих событиях, но сюда, на Лизард, я бы мог ее взять. Но тогда бы возникла другая проблема — пришлось все объяснять, и открывшиеся ей новые истины, наверняка, потрясли бы ее, нарушили наши отношения, а я так не хотел терять ее. Но ведь можно и не говорить, где мы находимся. Нет, ничего не получится, достаточно только поднять голову и посмотреть на эти луны, чтобы понять, что мы не на Земле. Да, проблема… Я на время отогнал от себя эти мысли.
— Ладно, подумаем об этом потом , а пока оставим все, как есть. Давай завтракать.
И, несмотря на ворчание Лео, завтрак исчез практически мгновенно.
Немного отдохнув, мы опять отправились путешествовать. В этот раз мы перенеслись еще ближе к горам, и их неприступные массивы стеной стали на нашем пути.
— Ого, Лео, как ты думаешь, они выше земных Гималаев?
— Не знаю точно, но выглядят просто грандиозно. А тебе это важно? — поинтересовался Лео.
— Да нет. Но уж больно высоки. Я не специалист по горам, это Этьен мог часами распространяться об этом, я только зачаровано слушал. Вот послушай: Чо-Ойю, Нанда Парбат, Нанда Деви, Канченджанга. Слышишь, какие удивительные названия, каким ветром странствий и приключений веет от них?
— Мы тоже можем с тобой их как-нибудь назвать.
— Интересная мысль, я об этом сразу как-то не подумал. Надо будет придумать им название. И вообще, Лео, здесь ты прав, ведь всему этому, — и я повел рукой вокруг, — надо дать имена.
— А зачем?
— Как это зачем? — удивился я. — Так принято.
— А, по-моему, они и так хороши.
Да-а. Вот и поспорь с этим.
Так, споря и рассуждая, мы продвигались вперед по небольшим пока глыбам и камням. И здесь, впереди, я увидел большой валун, на который непременно захотел залезть. И не успел я поставить ногу на этот, поросший зеленовато-серым мхом, камень, как неожиданно ко мне сверху услужливо потянулась мускулистая рука, и я услышал над собой уже знакомый мне голос:
— А подайте-ка, батенька, сюда ручку, я вам помогу.
Не поднимая головы (я и так знал кто
— Какая неожиданная и приятная встреча, господин Флейтист, или, как вас там, Алекс Торн, не знаю, вот уж не ожидал вас встретить в такой глуши и где, кстати, ваша флейта?
— Пути мои, как и твои, сир Олфин, неисповедимы, но часто, очень часто наши пути пересекаются, так как бываем мы практически в одних и тех же местах и по одним и тем же делам. Называть меня вы можете как вам угодно, а что касается флейты... то вот она, — и он мгновенно прямо из воздуха достал свой сверкающий инструмент. — Вот только времени поиграть сейчас совсем нет, — добавил он с явным сожалением. — Привет, Лео. Присядем?
Все предыдущие наши встречи были быстротечны и мимолетны и только теперь я смог внимательно присмотреться к своему собеседнику. Он несколько изменился с нашей последней встречи. Теперь передо мной был не изящный средневековый кавалер и не высокомерный аристократ-бизнесмен, а обыкновенный человек, да к тому же еще порядком уставший. И одет он на этот раз был обыкновенно: крепкие ботинки с рубчатой подошвой и высокой шнуровкой, облегающие темные брюки и серого цвета короткую замшевую куртку.
От более пристального разглядывания меня отвлек голос:
— Хочу поговорить, присаживайся рядом, — Флейтист похлопал рукой по ставшей вдруг удобной и плоской поверхности валуна.
Я присел рядом без лишних слов, чувствуя, что эта наша встреча не запланирована и не отрежесирована так, как первые. Лео лег внизу, но не спускал с нас внимательных глаз.
Некоторое время мы оба молчали, потом он заговорил:
— Ты знаешь, Крис, не смотря на просто таки бешеную нехватку времени, хочется немного пофилософствовать, ты не возражаешь? Да и природа к этому располагает, посмотри вокруг — красота-то какая!
Так, начало интересное: времени нет, а мы будем философствовать. Правда, в одном он был прав — место здесь было чудесное. Отсюда, с вершины открывался действительно великолепный вид — недалекие горы величественно поднимались рядом в голубоватой утренней дымке. Снег на их вершинах под лучами восходящего солнца отливал всеми красками. Вверху висела луна, размером примерно втрое превышающая земную, нежная, почти нереальная, а внизу, далеко, почти у самого горизонта, в туманной дымке мягко отсвечивала спокойная гладь озера. И если присмотреться повнимательней, то там, на берегу, еще можно было заметить тонкий бледно-серый султанчик дыма от нашего костра.
— Да, здесь очень красиво и спокойно. — Согласился я. — Думаю, что более прекрасного места для отдыха нет нигде.
— Ты еще мало путешествовал, Крис, и еще мало что видел, хотя не спорю, планета эта действительно хороша.
— Для она меня самая прекрасная, пусть где-то есть и более красивые, — горячо принялся доказывать я. — Не знаю почему, но мне кажется, что она меня слышит и помогает, когда мне тяжело, здесь даже воздух целебный.
— А вот скажи тогда, не хотел бы ты здесь остаться? — внезапно заинтересованно спросил Флейтист.