Через горизонт
Шрифт:
Итак, нас всего четверо: ваш покорный слуга, Лидинг и два Мастера или, как их еще называют, Наставника. Причем самым главным, бесспорно, является пока еще не знакомый мне Тот Кто Принимает Решения. Наверняка, это его я должен благодарить за свое чудесное превращение. Вот бы потолковать. Да пока, к сожалению, не добраться. А потом я стал спокойно думать о том, что же я скажу ему при нашей встрече. Злость, которая переполняла меня с самого начала, уже прошла, и я начинал понимать, что грандиозность задачи просто не оставляла мне свободу выбора в этом вопросе. Я все чаще и чаще приходил к мысли, что в данном случае сама ситуация диктовала
Дни шли за днями. Иногда очень похожие друг на друга, но чаще всего разные, наполненные разнообразными событиями обыкновенного земного делового человека. Семья, работа, повседневные дела, такие приятные мелочи обыкновенной жизни. Но неожиданно для самого себя я затосковал, вдруг почувствовал, что начинаю задыхаться, что мне чего-то не хватает. У меня было все — любимая жена, интересная работа, счастливая жизнь, но уже в ней чего-то не хватало. И я понимал чего — там не было звезд, там не было вселенной. Надо было срочно что-то предпринимать. И я сбежал, позорно сбежал от всего этого в очередную «командировку».
По уже устоявшейся привычке я, передав бразды правления вечно неугомонному Зброевскому, опять отправился для заключения выгодных сделок за океан. А на самом деле я бессовестно сбежал вместе с Лео на Лизард. Да простит меня дорогая Паола, но я просто не мог уже оставаться на Земле. Испытывая жуткие угрызения совести, кляня себя за обман, я все-таки сбежал.
ФЛЕЙТИСТ: ВСТРЕЧА ТРЕТЬЯ — ОБ ИЗНАЧАЛЬНОМ
Каждый раз, когда я попадал на Лизард, я словно окунался в целительную стихию.
Тихий покой этой удивительной планеты обладал для меня притягательной колдовской силой. Тревожные мысли уходили куда-то, растворялись в глубинах моего сознания, и я становился спокойным. Обретал способность спокойно, трезво мыслить.
Первым делом я сбросил с себя тяжеленный рюкзак, полный всякого разного туристического барахла. И встретил насмешливый взгляд Лео:
— Крис, и не надоело тебе упорствовать? Зачем сюда было тащить этот груз, разве нельзя было создать или перенести сюда все то, что тебе было необходимо? Ты ведь это можешь, прекрасно об этом знаешь!
— Знаю, знаю, — пробурчал в некотором раздражении я. — Но это будет не то. Я так не хочу. Я хочу все сделать своими собственными руками, ясно? — И я с яростью принялся сбрасывать с себя такую неуместную здесь обувь.
— Не понимаю твоего упорства, — продолжал Лео, — какая разница, как ты создаешь что-либо, мускульной силой или умственной.
— Я сам этого не понимаю. Просто хочу так, и все. Оо-о, как хорошо! — Я с наслаждением потянулся и оперся спиной на свой здоровенный рюкзак. — Как же здесь хорошо! Посмотри, Лео, здесь даже небо иное, необычное, нежное, спокойное.
Лео
— Да ты просто влюбился в эту планету. Слышала бы твои слова и твою интонацию Паола.
И я с ним молчаливо согласился. Она была прекрасна, эта планета, что тут еще скажешь.
В это время, прошептав мне ласковые слова позволения, умчался в высоту вечернего неба Хеос.
Лети, странник, лети, ты здесь на воле и в своей родной стихии. Я знаю, когда ты мне будешь нужен, ты появишься. А сейчас отдыхай. Как отдыхаю здесь я и мы все.
Некоторое время мы молча лежали, глядя в вечернее небо, где большими и маленькими опалами светились луны. В траве стрекотали невидимые цикады или нечто им подобное. Потом я перевалился на бок, сорвал травинку, задумчиво пожевал ее немного и сказал:
— Лео, ты был прав.
— В чем?
— В том, что я даром тащил сюда инструмент.
— Ну, вот видишь.
— И все равно ты ошибался.
— Как это?
— А вот так. Не буду я здесь больше ничего строить. Здесь любое жилье неуместно, достаточно уже того, что мы построили здесь дом. Теперь же в крайнем случае соорудим шалаш, и только.
— Предлагаешь начать? — сразу заинтересовался моим проектом Лео.
— Нет, не сразу. Надо найти подходящее место для нашей стоянки. А потому предлагаю подняться и отправиться на поиски.
— А как все это? — Лео указал на мой нелепый рюкзак. — Оставишь здесь?
— А что? Никто его не заберет. Пусть пока полежит, когда понадобится, мы его перенесем.
И мы отправились бродить. Шли не спеша, никуда особо не торопясь, наслаждаясь тишиной, редкими трелями птиц и чистым, наполненным ароматами неизвестных трав, воздухом. Сначала мы двигались по зеленым бескрайним лугам, потом перенеслись дальше на север, где в вышине белели пики далеких гор, побродили немного по холмам, а когда уже совсем стало темно, просто упали в высокую ароматную траву и уснули.
Проснулся я от гомона птичьих голосов и ласкового утреннего, солнечного света. Поднявшись, я потянулся. Вся спина затекла, да и шея тоже. Я посмотрел на Лео, тот потягивался, широко зевая и показывая при этом розовую пасть с белоснежными клыками.
— Хорошо тебе, Лео, — кряхтя, позавидовал я, — свернулся себе калачиком и спишь, а вот у меня все тело задеревенело.
— А кто тебе виноват? — проворчал тот, — мог бы запросто соорудить себе комфортный ночлег. Сам ведь захотел, никто тебя не заставлял.
— Да ладно-ладно, не ворчи, это я так просто. Смотри, какое утро чудесное. Сейчас сходим на озеро, умоемся, я вчера здесь где-то рядом видел воду.
И действительно, недалеко, всего в полукилометре от нас, словно голубое блюдце, лежало небольшое озеро. Мы подошли к его берегу. Я зачерпнул ладонью воду.
— Бр-р, холодная какая. Но зато, посмотри, какая чистая и прозрачная.
— Будешь купаться? — поинтересовался Лео.
— Что-то пока не хочется, — я поежился, — еще холодновато, может быть, попозже. А пока давай, дружок, доставим сюда наш багаж и позавтракаем. Знаю, знаю, — опередил я его, — ты скажешь, что мы не нуждаемся в пище и все такое. Но мне хочется обыкновенно позавтракать. Через секунду мой рюкзак прибыл. Я принялся вытаскивать из него припасы, а Лео я отправил собирать сучья для костра. Мне было интересно знать, как он справиться с этой задачей. Справился он отменно. На секунду исчез, а когда появился, то вместе с ним возник и здоровенный стог разнокалиберных сучьев.