Чтение онлайн

Я встал на участок песка и применил навык Земли. Грунт под моими ботинками мгновенно спрессовался в твердую ровную поверхность.

— Ты неосознанно тянешь энергию вверх, пытаясь поднять песок к себе. Направляй ману строго вниз, словно пускаешь тяжелые невидимые корни. Магия должна придавливать слои грунта, а не взламывать их изнутри.

Я методично обходил каждого члена клуба, помогая им найти свой личный подход к базовым навыкам. Мы были одной командой, и я твердо решил сделать все возможное, чтобы никто из них не покинул Академию.

Однако

возросшая нагрузка с клубом требовала жертв. Времени катастрофически не хватало, и мне пришлось принять трудное решение. На следующий день после лекции я задержался и подошел к столу магистра Игнатиуса Вейна.

— Магистр Вейн, мне нужно с вами поговорить, — произнес я, глядя в глаза преподавателю.

Вейн оторвался от своих бумаг и вопросительно поднял бровь.

— Слушаю, Арден.

— Я вынужден отказаться от должности вашего лаборанта.

В глазах магистра мелькнуло искреннее удивление, быстро сменившееся раздражением.

— Вот как. И какова же причина столь поспешного решения? Я полагал, что наши исследования приносят тебе пользу.

— Так и есть, — спокойно ответил я. — Но скоро зимняя сессия. Мне необходимо сосредоточиться на подготовке некоторых своих одногруппников. Часть из них сильно отстает, и им нужна моя помощь.

Вейн недовольно поморщился, откинувшись на спинку стула.

— Арден, ты совершаешь огромную ошибку. Тратить свое время на бездарностей — это путь в никуда. У тебя есть талант, острый ум и огромный потенциал. Ты должен развивать себя, а не тащить на спине слабаков. Брось их. Академия для того и существует, чтобы отсеивать ни на что не годных.

— Я своих не бросаю, магистр, — твердо ответил я. — Эти люди пошли за мной, и я несу за них ответственность.

— Какая нелепая сентиментальность, — холодно бросил Вейн. — Что ж, это твой выбор.

Мы разошлись без открытого скандала, но я отчетливо почувствовал, как между нами пролегла глухая стена. Вейн был откровенно разочарован и определенно затаил на меня обиду. Он не привык, чтобы его исследованиями пренебрегали ради какой-то там студенческой солидарности.

Интерлюдия. Ректор Дальт

Ректор Эстерн Дальт был прекрасно осведомлен обо всем, что происходит в стенах Академии. Внезапное охлаждение отношений между Арденом и магистром Вейном не укрылось от его внимания.

Архимаг пригласил Вейна в свой кабинет. Эстерн Дальт указал преподавателю на кресло для гостей.

— Присаживайтесь, Игнатиус. У меня есть для вас интересная задача, требующая вашего исключительного таланта исследователя.

Вейн заинтересованно подался вперед.

Ректор достал из ящика стола два небольших полупрозрачных кристалла и положил их на гладкую деревянную столешницу.

— Это искусственно созданные кристаллы связи, — пояснил Дальт, внимательно наблюдая за реакцией собеседника. — Одна из самых первых успешных партий. До недавнего времени в магическом мире считалось, что сотворить подобное совершенно невозможно, их всегда только добывали. Ваша задача разгадать секрет их появления. Я хочу понимать, по какому принципу они работают и как именно создаются.

Вейн осторожно взял один кристалл, разглядывая

его на свет.

— Поразительно, — задумчиво протянул он, поворачивая кристалл. — Абсолютно чистая форма. Ни единого природного изъяна или мутного пятна, какие всегда встречаются в естественных минералах. Любопытная структура. Кто автор этой работы, господин ректор? Какой-то известный столичный мастер или скрытный гений?

Дальт позволил себе легкую, почти незаметную улыбку.

— Скажем так, этот артефакт создал один весьма талантливый юноша. Тот самый юноша, Игнатиус, который недавно предпочел возиться с отстающими кадетами вместо того, чтобы помогать вам в лаборатории.

Глаза магистра Вейна слегка расширились, а затем в них вспыхнул опасный огонек. Обида, уязвленное самолюбие и жгучая профессиональная ревность смешались в его взгляде. Осознание того, что его бывший лаборант способен на подобные изобретения, задело его за живое.

— Я понял вас, господин ректор, — сухо произнес Вейн, сжимая кристалл в руке. — Я разгадаю эту технологию. Даю вам слово.

Архимаг удовлетворенно кивнул, понимая, что нашел для своего исследователя идеальную мотивацию.

Приближающиеся экзамены накрыли Академию тяжелым всеобщим напряжением. Беззаботные дни окончательно остались в прошлом, уступив место изматывающей зубрежке и бесконечным практическим отработкам магических навыков. Студенты спали урывками, проводя ночи напролет в библиотеках или пустых аудиториях, освещенных лишь тусклым светом мерцающих свечей и слабых магических светильников. Никто не хотел оказаться в числе тех несчастных, чье имя навсегда вычеркнут из списков. Вылететь из стен этого заведения с волчьим билетом означало поставить крест на своем будущем в королевстве.

Эта лихорадочная гонка на выживание затронула всех без исключения. Даже те, кто раньше кичился своим происхождением и богатством, внезапно забыли про высокомерие и взялись за ум. Мажоры теперь пропадали на учебных полигонах ничуть не меньше остальных.

Я все чаще видел Айлетт на тренировочных площадках, где их элитный клуб отрабатывал боевые взаимодействия. Она сильно изменилась за последние недели. Из ее взгляда исчезла прежняя легкая снисходительность, сменившись жесткой, почти звериной сосредоточенностью.

Однажды я стал случайным свидетелем их очередной вечерней тренировки. Небо над Академией уже почернело, а на полигоне горели лишь несколько уличных магических светильников. Айлетт стояла напротив троих парней из своего клуба, тяжело дыша и вытирая испарину со лба. Они выглядели так, словно готовы были прямо сейчас рухнуть на холодные камни от истощения, но она не давала им ни единой секунды на передышку.

Резким взмахом руки она выстраивала новую атаку, требуя от них мгновенной реакции. Судя по всему, Айлетт прекрасно понимала, что на экзаменах никто не посмотрит на толщину их кошельков или громкие фамилии. Там будет иметь значение только их сила, выносливость и способность применять заклинания в условиях жесткого стресса. Эта новая одержимость тренировками стала еще одним ярким доказательством того, что грядущие испытания не пощадят никого, независимо от статуса.