Чтение онлайн

Я смотрела на него и не понимала, что со мной творится, почему мне так хочется до него дотронуться, почему сердце бьется чаще, и как из этой чащи выбраться на свет. А он тоже стал смотреть на меня по-иному, потому что в девятом классе моя грудь доросла до лифчика, и я стеснялась ужасно, но и гордилась втайне, что у меня теперь есть грудь: как у мамы, Джины Кэпвелл и всех крутых девчонок. Так и смотрели друг на друга, краснея и отводя взгляд, пока не случилась восьмимартовская дискотека…

Ладно, что-то я устала вспоминать. Еще одна «бабкина» привычка — постоянно проговаривать, прокручивать в голове свою жизнь.

Вести мысленный, воображаемый дневник, а может быть — писать воображаемую книгу? Интересно, кто-нибудь захотел бы ее прочесть? Может ли так случиться, что моя скучная заурядная жизнь покажется кому-нибудь занимательной? И у меня появятся свои собственные читатели? Обожающие меня воображаемые читатели.

С этой мыслью я и уснула.

А в одиннадцать затрезвонил безжалостный будильник. И какая же у меня была тяжелая голова! Даже первого января я обычно встаю раньше и чувствую себя бодрее. Я ведь говорила, что зануда? Да, я и в новогоднюю ночь почти не пью и засыпаю, едва отгремят салюты. Да, здоровый сон меня всегда привлекал больше, чем это вот так называемое безудержное веселье.

Сейчас воображаемые читатели захлопнут воображаемую книгу и пробурчат, что такой скучной и бестолковой главной героини им еще не попадалось. Но я к этому готова. Слава мне не нужна. И оправдывать чужие ожидания я не стремлюсь. Никогда я их не оправдывала, так что нечего и начинать! Я такая, какая есть, и себя люблю любой. И даже если больше никто в мире меня не любит (кроме, разумеется, наших аквариумных рыбок, хотя кого я обманываю, рыбкам на меня наплевать), себя мне вполне достаточно. Да, достаточно.

Повторяя свой нехитный аутотренинг, я напялила джинсы, футболку, расчесала непослушные волосы, отросшие почти до попы, и потопала на работу. Бар открывается в полдень, и так как на Игоря нет никакой надежды (после ночи с той девицей с подоконника хорошо, если он вообще придет на работу), придется мне взять себя в руки и отправляться за стойку. Тут я вспомнила, что трижды за вчерашнюю смену хлебала коньячное «эспрессо», подливаемое заботливым Игорьком. Так вот, почему такая тяжелая голова! Банальное похмелье. Что ж. Здравствуй, новая жизнь.

К моему величайшему изумлению Игорек торчал за стойкой, свежий и благоухающий, как майская роза. Борода блестит, глаза горят, улыбка до ушей.

— Доброе утро, госпожа начальница!

— Привет, а я думала, ты не придешь.

— Почему это?

— Ну, я решила, ты уйдешь с той девицей, будете развлекаться всю ночь, и ты все проспишь.

— С какой девицей?

— С подоконника

— Чего??

— Которая с низкими джинсами

— Да мало ли таких ходит!

— С красными стрингами

— Ну извините, так глубоко я им в душу не лезу.

— Ну с сиськами большими! Ты издеваешься, что ли? Я ушла, вы там чуть не целовались за стойкой.

— А. Помню. Хорошая девушка. Все шоты перепробовала. Еле телефон держала, я ей помогал себе же чаевые по куаркоду отправлять. А потом Серега ее до такси чуть не на руках тащил. Прекрасная девушка.

— Ты так мило с ней ворковал. Неужели даже телефончик не взял?

— Еще чего! Я жену люблю. И спать предпочитаю дома.

— И никаких левых интрижек?

— Только не в барах.

Суббота подарила еще один приятный сюрприз. К нам пришел повар! Сказал, что он Рустам, брат Акшона, который

тут работал. И что Акшон и второй повар уехали из-за кое-каких семейных проблем, и он теперь будет вместо них. Сказал, что будет работать без выходных, пока не найдем сменщика. Назвал сумму. Я занервничала. Откуда мне знать, сколько платят повару? И как вообще нанимают повара в Бар? Без надежды набрала Арчи, но куда там. Гудки, гудки, гудки.

Хорошо, что был Игорь. Он сказал, что зарплата нормальная, но нужно проверить документы, санитарную книжку, а главное, чего он вообще умеет. Мы послали Рустама на кухню готовить все блюда из меню, но оказалось, что нет половины нужных продуктов, и надо их заказать. В общем, работа закипела.

Рустам оказался приятным толстячком-добрячком, и пока я звонила бухгалтеру и разбиралась с документами, напек нам блинов! Блинов в меню нет, но мы всем коллективом постановили, что они там просто необходимы. Настроение было чудесное, я впервые почувствовала себя в баре как дома.

— Игорь, пожалуйста, не уходи! Ну как я буду без тебя? Сколько ты хочешь? Я заплачу!

— Сколько я хочу, у вас нет. А на завтра у нас уже билеты в Калининград. Открою бар на берегу моря, буду чаек спаивать. Балтийский берег, рыжая заря, вот это вот все.

— Ничего себе… И не боишься? Вот так вот всё бросить и…

— Всё бросить? Как раз всё я и не бросаю. Мое всё едет со мной. Жена и дочки. А деньги — дело наживное. Были бы руки из плечей.

Днем бар, как обычно, был полупустой. Иногда заходили странные люди, брали чай или кофе с собой. Как будто нет вокруг миллиона кофеен на любой вкус. Наверное, им просто нравился наш интерьер: полумрак, деревянные панели на стенах и потолке, массивная деревянная стойка, плакаты на стенах с грудастыми красотками в стиле «пинап», на полках старые книги и журналы. А еще какой-то дырявый башмак, висящий на гвозде, мятый дуршлаг, старинный почтовый ящик и куча другой непонятной ерунды, притащенной Архимедом с барахолок.

Игорь сказал, что пока народу нет, нам надо поговорить. Время пришло. Попросил Сережу постоять за стойкой, приготовил нам кофейку, поставил на столик блины. Мы сели у окошка. Третий стул сразу занял Барсик, просочившийся из подсобки. Я в очередной раз подивилась его тяжеловесной грациозности и необычной расцветке. Он был почти полностью черный, с пронзительными ярко-оранжевыми глазами и белым пятном на шее. И это пятно по форме в точности повторяло бантик, который и носят на шее куртуазные мужчины. Будто кистью нарисовано.

— Хорошо, что ты пришел, Барон. Будешь поправлять меня, если где-то ошибусь. Ты ведь лучше знаешь, как дело было.

Барсик важно кивнул.

— Это ты сейчас с котом разговаривал? — удивилась я.

— Да. Этот кот, между прочим, знает минимум два языка. Русский и турецкий. Английский, французский и испанский не знает, Санек проверял.

Кот недовольно мяукнул.

— Не обижайся, бро, французский ты может и знаешь, но Саня говорит, что плохо. Я в этом не спец, проверить не могу.