Чтение онлайн

— Ну, по крайней мере, я не перегнула, — сказала Бонни. — Но я устала от всей этой сверхъестественной ерунды; я устала от всего этого. Это было в последний раз, совсем последний.

— Хорошо, — произнесла Елена, отворачиваясь от зеркала, — давайте поговорим о чем-то другом. Вы узнали сегодня что-нибудь?

— Я говорила с Аларихом, и он назначил еще одну встречу на следующей неделе, — ответила Бонни. — Он спросил Кэролайн, Викки и меня, не хотели бы мы воспользоваться гипнозом, чтобы пережить то, что случилось.

Но я уверена, что он — не Другая Сила, Елена. Он слишком правильный.

Елена кивнула. Она долго размышляла о своих подозрениях на счет Алариха. Не потому что он был правильным, а потому что она проспала четыре дня на его чердаке. На самом деле, позволила бы Другая Сила остаться ей целой и невредимой? Конечно, Дамон сказал, что он заставил Алариха забыть, что она была в доме, но подчинится ли Другая Сила влиянию Дамона? Разве она не сильнее его?

«Если только его Сила временно не перегорела, — подумала она внезапно. — Так же как сгорела Сила Стефана. Или если только он не притворялся».

— Ну, все равно пока что мы не будем вычеркивать его из списка, — сказала она. — Мы должны быть осторожны. Что на счет миссис Флауэрс? Вы узнали что-нибудь о ней?

— Не повезло, — ответила Мередит. — Мы пошли в пансионат сегодня утром, но она не открыла дверь. Стефан сказал, что он попробует найти ее днем.

— Если бы кто-нибудь пригласил меня туда, я тоже могла бы понаблюдать за ней, — произнесла Елена. — Я чувствую себя так, как будто я единственная ничего не делаю. Я думаю… — Она на секунду приостановилась и затем сказала, — Я думаю, что мне нужно идти домой, я имею в виду, к тете Джудит. Возможно, я найду Роберта, затаившегося в кустах или еще что-нибудь.

— Мы пойдем с тобой, — произнесла Мередит.

— Нет, лучше я сделаю это одна. На самом деле. Сейчас я могу быть очень незаметной.

— Тогда последуй своему совету и будь осторожна. Все еще идет сильный снег.

Елена кивнула и перепрыгнула через подоконник.

Когда она приблизилась к дому, то увидела, что какой-то автомобиль выруливал на дорогу. Она затаилась в тени и наблюдала. Фары осветили мрачную картину зимы: соседскую черную акацию, с голыми ветвями и белой совой, сидящей на них.

Когда машина проехала мимо, Елена узнала ее. Это синяя развалина Роберта.

Все это становилось интересным. Она хотела пойти следом, но желание проверить дом и удостовериться, что все в порядке, было более сильным. Елена тихо ходила вокруг, проверяя окна.

Желтые занавески из ситца на кухонном окне были раздвинуты, и с улицы хорошо видно, что происходит внутри. Тетя Джудит закрывала посудомоечную машину.

«Роберт приезжал на обед?» — удивилась Елена.

Тетя Джудит пошла по холлу, и Елена двинулась вслед за ней, снова обойдя дом. Она нашла щель между занавесками в гостиной и осторожно прильнула к толстому, дребезжащему стеклу. Девушка слышала, как входная дверь открылась и закрылась, потом щелкнул замок; тетя Джудит вошла в гостиную и села на диван. Она включила телевизор и начала лениво

щелкать по каналам.

Хотела бы Елена видеть больше чем просто профиль своей тети в мерцающем свете телевизора. Ее охватило непонятное чувство, — хотелось просто смотреть на эту комнату; печальное осознание того, что она может смотреть и не может войти. Сколько времени понадобилось, чтобы понять, с каким вкусом обставлена эта комната? Старый шкаф из красного дерева, переполненный фарфором и стеклянной посудой, лампа от Тиффани на столе рядом с тетей Джудит, кружевные подушки на диване — как она любила все это. Стоя снаружи, чувствуя легкие прикосновения снега на своей шее, она хотела войти хотя бы на мгновение, хотя бы не надолго.

Тетя Джудит откинула голову и закрыла глаза. Елена прижалась лбом к стеклу, затем медленно отошла.

Она поднялась на айву возле своей спальни, но, к сожалению, занавески были задернуты наглухо. Клен возле комнаты Маргарет был хрупким, по нему было тяжелее подниматься, но как только она поднялась, ей открылся хороший обзор; занавески в этой комнате были раздвинуты широко. Маргарет спала под одеялом, натянутым до подбородка, с открытым ртом, ее бледные волосы разметались, словно помпоны болельщицы, по подушке.

«Привет, крошка», — подумала Елена, подавив слезы.

Это была такая умиляющая безобидная картина: светит лампа, маленькая девочка лежит в кровати, полки уставлены игрушками, внимательно наблюдающими за нею. И в завершение всей картины через приоткрытую дверь пришел маленький белый котенок.

Снежок запрыгнул на кровать Маргарет. Котенок зевнул, показывая крошечный розовый язычок, и потянулся, показывая маленькие когти. Затем он изящно прошелся по Маргарет и уселся у нее на груди.

Что-то начало покалывать в волосах Елены.

Она не знала, были ли это обостренные чувства охотника или просто интуиция, но внезапно ей стало страшно. В этой комнате затаилась опасность. Маргарет была в опасности.

Котенок все еще стоял там, мотыля хвостом назад и вперед. Неожиданно Елена поняла, что это напоминало. Собаки. Точно так же смотрела Челси на Дуга Карсона, перед тем, как наброситься. О боже, город запер собак, но никто не подумал о кошках.

Мозг Елены лихорадочно работал, но это не помогало ей. Только возникали картины того, что кот мог сделать изогнутыми когтями и острыми, как иглы, зубами. А Маргарет лежит там, тихо посапывая, не обращая внимания на опасность.

Мех на спине Снежка встал дыбом, хвост распушился, словно щетка для чистки бутылок. Он прижал уши и тихо зашипел. Глаза остановились на лице Маргарет так же, как глаза Челси на Дуге Карсоне.

— Нет! — Елена начала отчаянно искать что-нибудь такое, что можно бросить в окно, что-нибудь, чтобы поднять шум. Она не могла подобраться ближе; дальние ветки дерева не выдержали бы ее вес. — Маргарет, проснись!

Но снег, словно окутывал ее, и, казалось, отправлял слова в небытие. Тихий, писклявый вопль зародился в горле Снежка, когда он посмотрел в окно, а потом в лицо Маргарет.