Чтение онлайн

Его страстные слова и убеждённый вид успокоили её. Ладно, наверняка, он и правда ничего плохого не хотел сказать. И — да, она не очень понимает, что за три проблемы.

— Какие проблемы? — спросила она, стараясь сделать заинтересованный вид. Впрочем, кажется, об одной из них она догадывалась, и его слова мгновенно подтвердили её подозрения.

— Во-первых, яд. Не смейся и не отмахивайся. Сейчас ты сидишь далеко от меня, и поэтому так просто к этому относишься. Но мы оба понимаем, что, стоит мне приблизиться и дотронуться до тебя,

всё сразу изменится.

— Ну, и что тут можно сделать? — Кэтрин пожала плечами. — Знаешь, в конце концов, это не самые ужасные ощущения. Ну, да, в голове шумит, и соображаю я в этот момент не очень, но разве это так уж важно? В любом случае, разве тут есть выбор?

— Конечно, есть, — Кэтрин поражённо уставилась на него, не веря ушам.

— Ты можешь отключать это?… В смысле, можешь перестать вырабатывать этот ваш… как его там…

— Вененум, — машинально подсказал он ей. — Нет, этого я, к сожалению, не могу. А ты — поразительно легкомысленное существо. Ты хоть понимаешь, что я могу отравить тебя насмерть, а ты даже не будешь понимать, что происходит?

— Но ты же говорил, что я фертида и всё такое?… И ещё я надышалась этого твоего яда, когда ты вёз меня из Голубых кедров, и вроде пока жива… или я что-то не понимаю?

— Конечно, ты пережила тот случай. Но… — он смотрел на неё, не веря, что она может не понимать таких очевидных для него вещей. — Знаешь, я ведь очень постарался тогда вытереть с себя кровь, держал тебя на вытянутых руках, даже дышал всё время в сторону. И, тем не менее, этого хватило, чтобы отключить тебя почти на целый день. А теперь представь себе, что с тобой случится, если я… ну, например, поцелую тебя в губы. Ты понимаешь, что я могу даже не понять, когда доза станет смертельной для тебя?

Кэтрин молчала. Да, об этом она, признаться, и не задумывалась. Да и как бы она могла, не зная таких подробностей?

— Ну, и что с этим можно поделать? — спросила она уже с меньшей уверенностью.

— Я вижу, что ты постепенно привыкаешь к моему вененуму. Полагаю — это, правда, только теория — что, как и к почти любому яду, тебя можно приучить к нему, если вводить понемногу малыми дозами.

— Как Борджиа в романе у Дюма? — обрадовано сказала Кэтрин, довольная, что понимает, о чём он толкует.

— Ну, что-то в этом роде.

— Так это прекрасно! Ты сам до этого додумался? — восторгу Кэтрин не было предела.

— Разумеется, — он совсем не разделял её восторга. — Подожди радоваться. Послушай, у этого есть и обратная сторона.

— Звучит зловеще, — хмыкнула Кэтрин. Она никак не могла заставить себя смотреть на вещи так скептично и разумно, как он. Её переполняли чувства, она едва заставляла себя сидеть смирно, не пытаясь ни приблизиться к нему, ни хотя бы дотронуться.

— Твоя бездумная радость и безграничная вера в прекрасное будущее просто… — он не выдержал и засмеялся, снова без особого веселья. — Это невероятно. Я знал, что люди легкомысленны и безответственны, но

не думал, что настолько.

Кэтрин пожала плечами, решив проигнорировать неприятные слова.

— Это всё ты, — легко сказала она. — Рядом с тобой мне всё кажется прекрасным. Так что все свои обвинения можешь сразу же высказывать самому себе.

Он криво улыбнулся и кивнул, пробормотав:

— Да я уже давно это понял. Кэтрин, сделай усилие и выслушай меня внимательно… — Ну, и что теперь? Обижаться на него за каждое слово? Кэтрин поняла, что, видимо, ей придётся смириться с его высокомерием. — В общем, если я приучу тебя к моему яду, другими словами, отравлю тебя постепенно, но так сильно, как ещё никогда никого за всю жизнь, боюсь, что через какое-то время ты уже не сможешь жить без очередной дозы… Не знаю, как объяснить… Как наркоман, наверное, или как алкоголик. Так что у тебя не будет выбора, и придётся оставаться со мной, даже если ты поймёшь, что ошиблась и если я надоем тебе. Это понятно?

Кэтрин прикладывала гигантские усилия, чтобы не рассмеяться ему в лицо. Он, что, действительно, полагает, что может испугать её перспективой провести с ним всю её жизнь? Да, это серьёзная проблема, главное, не расхохотаться, а то опять начнёт поучать. Она очень важно кивнула и спросила:

— А вторая проблема?

Роберт смотрел на неё так, что Кэтрин немного обиделась.

— Что? — сказала она с упрёком. — Я поняла всё, что ты сказал. И теперь хочу услышать продолжение.

— Я сомневаюсь, что имеет смысл продолжать, — честно признался он.

Кэтрин, наконец, решила оскорбиться.

— А что ты хочешь от меня? Что я должна сказать, по-твоему? Что боюсь и не согласна? Ты действительно этого хочешь?

Он покачал головой, возразив:

— Я хочу услышать, что ты боишься, но согласна. Не знаю, улавливаешь ли ты разницу…

— Хватит уже говорить со мной, как с ребёнком! — Кэтрин вскочила, чувствуя, что краснеет от возмущения. Ну, и характер у него! Как его ещё никто не убил, он же святого из терпения выведет своей заносчивостью и самоуверенностью!

Роберт тоже поспешно встал на ноги и сделал шаг, разделявший их, кладя руки ей на плечи, удерживая рядом с собой. Это было нечестно! Кэтрин мгновенно обо всё забыла и закрыла глаза, желая только одного — прильнуть к нему всем телом.

Несколько прекрасных мгновений они так и простояли, но потом Роберт слегка надавил ей на плечи. Кэтрин не сопротивлялась, послушно усевшись обратно. Мысли стали ленивые, размягчённые, она открыла глаза и, улыбаясь, уставилась на него.

— Наверное, ты права, — прошептал он, словно обращался не к ней, а к самому себе. — Напрасно я нагружаю тебя своими рассуждениями, ведь у тебя всё равно нет выбора — я не отпущу тебя. Только не теперь. Да и проблемы эти, собственно говоря, не твои, а мои, так что и справляться с ними мне. Просто я хотел предупредить тебя, чтобы ты понимала, на что идёшь.