Чтение онлайн

Есть ещё одно новое чувство — ревность. Когда он приехал, чтобы просить её принять его обратно, она, ещё не видя, кто пришёл, назвала его Андре. Он не спрашивает её об этом мужчине. По большому счёту, она имела право поступать, как ей угодно, ведь он сам оставил её, сказав жить своей жизнью. Разумеется, он понимал,

что рано или поздно у неё появится кто-то: мужчина — муж или любовник, он не слишком разбирается в их человеческих определениях. К тому же, она фертида, другими словами — приманка для всех особей противоположного пола. Правда, он уверен, что у неё не было никого в плане физических отношений: у него очень тонкое обоняние, и он бы учуял чужой запах на её коже мгновенно. Но она называла этого Андре по имени, а у людей это обозначает близкие и доверительные отношения. Значит, она много общалась с этим человеком. Улыбалась ему, говорила всякие глупости, смеялась его шуткам… Роберт поймал себя на том, что у него непроизвольно сжались кулаки. Не хватало ещё соперничать с жалким человечком, из которого он одним щелчком вышиб бы дух.

Испытав ревность, Роберт понял, что благодарен — ещё одно невероятное откровение — судьбе, наделившей его способом приковать к себе её мысли. Его яд, который так мешает им, соединяет их, не позволяя ей долго сосредотачиваться на прочих мужчинах. Он не смог сдержать довольную ухмылку: он без раздумий употребит своё оружие, если вдруг заметит, что она смотрит в другую сторону. Конечно, это нечестно, зато эффективно.

Либби настроена скептично и пророчит ему большое горе и разочарование. В чём-то она права: жизнь Кэтти — лишь миг, мимолётный и быстротечный. Несколько десятков лет, которые он так безжалостно готов заставить её посвятить ему. Однажды её сердце перестанет биться, глаза погаснут, кровь больше

не будет бежать под тонкой оболочкой нежной кожи, и он положит свою Кэтти под холодный камень, на котором напишет её имя. Да, Либби права, это будет очень больно. Однако он знает, что годы, которые он может провести с Кэтти, стоят любой боли. К тому же, он ведь тоже не вечен. Сколько бы он ни прожил, однажды он тоже умрёт, и тогда снова будет лежать со своей Кэтти. Разумеется, он не верит в чепуху о загробной жизни, которую так настойчиво внушает людям их религия. Но, так или иначе, смерть вновь соединит их, уравняв окончательно.

Дыхание Кэтрин сбилось и стало неровным, она снова заворочалась, и Роберт понял, что она проснулась. На его лице тут же появилась неконтролируемая улыбка: он неплохо знал, что сейчас произойдёт: люди очень предсказуемые существа, и его Кэтти не исключение.

Она глубоко вдохнула, высвободила руки из простыни и потянулась, открыла глаза и, обнаружив его рядом с собой — как будто он мог куда-то деться! — заулыбалась.

— Доброе утро, — благодушно пробормотала она и потянулась к нему.

Роберт наклонился к самому её лицу, Кэтрин прикрыла глаза и приоткрыла губы. Про себя он усмехался. Она называет это утренней порцией яда, прикрывая этой фразой простое желание поцеловать его.

Он прикоснулся к её губам, раскрывая их своими и отдаваясь власти острого и ни с чем несравнимого удовольствия, однако где-то в его мозгу постоянно работал счётчик: один, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять, десять… Он оторвался от её губ и мгновенно отодвинулся, пока не успел отравить её слишком сильно. Смотря в её светившиеся счастьем глаза, он прошептал:

— Доброе утро, любимая.